Собрание сочинение. Том 1. Аскетические опыты

ПОСТ

Глава добродетелей — молитва; их основание — пост.

Пост есть постоянная умеренность в пище с благоразумною разборчивостью в ней.

Гордый человек! Ты мечтаешь так много и так вы­соко о уме твоем, а он — в совершенной и непрерыв­ной зависимости от желудка.

Закон поста, будучи по наружности законом для чрева, в сущности есть закон для ума.

Ум, этот царь в человеке, если желает вступить в права своего самодержавия и сохранить их, должен, прежде всего, подчиниться закону поста. Только тогда он будет постоянно бодр и светел; только тогда он мо­жет властвовать над пожеланиями сердца и тела; толь­ко при постоянной трезвенности он может изучать за­поведи евангельские и последовать им. Основание доб­родетелей — пост.

Вновь созданному человеку, введенному в рай, дана единственная заповедь, заповедь о посте. Конечно, дана одна заповедь потому, что она была достаточна для сохранения первозданного человека в его непороч­ности.

Заповедь не говорила о количестве пищи, а воспре­щала только качество. Да умолкнут же те, которые при­знают пост только в количестве пищи, а не в качестве. Углубясь в опытное изучение поста, они увидят значе­ние качества пищи.

Так важна заповедь поста, объявленная Богом человеку в раю, что, вместе с заповедью, произнесена уг­роза казнью за нарушение заповеди. Казнь заключа­лась в поражении человеков вечною смертью.

И ныне греховная смерть продолжает поражать нарушителей святой заповеди поста. Не соблюдающий умеренности и должной разборчивости в пище не мо­жет сохранить ни девства, ни целомудрия, не может обуздывать гнева, предается лености, унынию и печа­ли, делается рабом тщеславия, жилищем гордости, ко­торую вводит в человека его плотское состояние, явля­ющееся наиболее от роскошной и сытой трапезы.

Заповедь поста возобновлена или подтверждена Евангелием. Внемлите же себе, да не когда отягчают серд­ца ваша объядением и пиянством (Лк.21:34), завещал Господь. Объядение и пьянство сообщают дебелость не только телу, но уму и сердцу, то есть вводят человека по душе и телу в плотское состояние.

Напротив того, пост вводит христианина в состоя­ние духовное. Очищенный постом — смирен духом, це­ломудрен, скромен, молчалив, тонок по чувствам сер­дечным и мыслям, легок по телу, способен к духовным подвигам и умозрениям, способен к приятию Боже­ственной благодати.

Плотский человек всецело погружен в греховные наслаждения. Он сладострастен и по телу, и по сердцу, и по уму, он не способен не только к духовному наслаж­дению и к приятию Божественной благодати, но и к покаянию. Он не способен вообще к духовным заняти­ям: он пригвожден к земле, утонул в вещественности, заживо — мертв душою.

Горе вам насыщеннии ныне: яко взалчете! (Лк.6:25) Таково из­речение слова Божия нарушителям заповеди святого поста. Чем будете вы питаться в вечности, когда научились здесь единственно пресыщению вещественными брашнами и вещественными наслаждениями, которых нет на небе? Чем будете вы питаться в вечности, ког­да вы не вкусили ни одного небесного блага? Как мож­но вам питаться и наслаждаться небесными благами, когда вы не стяжали к ним никакого сочувствия, стя­жали отвращение?

Насущный хлеб христиан — Христос. Ненасытное насыщение этим хлебом — вот пресыщение и наслаж­дение спасительное, к которому приглашаются все хри­стиане.

Ненасытно насыщайся словом Божиим; ненасытно насыщайся исполнением заповедей Христовых; нена­сытно насыщайся трапезою, уготованною сопротив стужающих тебе, и упивайся чашею державною (Пс.22.5).

С чего начать нам, говорит святой Макарий Вели­кий (Слово 1, гл. 4), никогда не занимавшимся исследованием сердец наших? Стоя вне, будем стучаться молитвою и постом, как и Господь повелел: Толцыте, и отверзется вам (Мф.7:7).

Этот подвиг, который предлагает нам один из ве­личайших наставников монашества, был подвигом свя­тых апостолов. Из среды его они сподоблялись слы­шать вещания Духа. Служащим же им Господеви, говорит писатель их деяний, и постящимся, рече Дух Святый: от­делите Ми Варнаву и Савла на дело, на неже призвах их. Тогда постившеся и помолившеся, и возложше руки на ня, отпустиша их (Деян.13:2.3). Из среды подвига, в котором совокуп­лены были пост и молитва, услышалось повеление Духа о призвании язычников в христианство.

Чудное совокупление поста с молитвою! Молитва — бессильна, если не основана на посте, и пост — бес­плоден, если на нем не создана молитва (Преподобный Марк Подвижник. Слово 8 о пощении и смирении).

Пост отрешает человека от плотских страстей, а молитва борется с душевными страстями, и, победив их, проникает весь состав человека, очищает его; в очищенный словесный храм она вводит Бога.

Кто, не обработав земли, засевает ее, тот по­губляет зерна, и вместо пшеницы пожинает терние. Так и мы, если будем сеять семена молитвы, не ис­тончив плоти, то вместо правды плодопринесем грех.

Молитва будет уничтожаться и расхищаться различ­ными суетными и порочными помышлениями и меч­таниями, оскверняться ощущениями сладострастны­ми. Плоть наша произошла от земли и, если не возде­лать ее подобно земле, никогда не может принести плода правды (там же).

Напротив, если кто обработает землю с великим тщанием и издержками, но оставит ее незасеянною, то она густо покрывается плевелами. Так, когда тело будет истончено постом, а душа не возделается молит­вою, чтением, смиренномудрием, тогда пост делается родителем многочисленных плевелов — душевных стра­стей: высокоумия, тщеславия, презорства (там же).

Что такое — страсть объядения и пьянства? Поте­рявшее правильность, естественное желание пищи и пития, требующее гораздо большего количества и раз­нообразного качества их, нежели сколько нужно для поддержании жизни и сил телесных, на которые из­лишнее питание действует противоположно своему ес­тественному назначению, действует вредно, ослабляя и уничтожая их.

Желание пищи выправляется простою трапезою и воздержанием от пресыщения и наслаждения пищею. Сперва должно оставить пресыщение и наслаждение: этим и изощряется желание пищи, и получает правиль­ность. Когда же желание сделается правильным, тогда оно удовлетворяется простою пищею.

Напротив того, желание пищи, удовлетворяемое пресыщением и наслаждением, притупляется. Для воз­буждения его мы прибегаем к разнообразным вкусным яствам и напиткам. Желание сперва представляется удовлетворенным; потом делается прихотливее, и, на­конец, обращается в болезненную страсть, ищущую непрестанного наслаждения и пресыщения, постоянно пребывающую неудовлетворенною. Намереваясь посвятить себя на служение Богу, по­ложим в основание подвига нашего пост. Существенное качество всякого основания должна быть непоколе­бимая твердость: иначе невозможно устоять на нем зданию, как бы здание само по себе ни было прочно. И мы никак, никогда, ни под каким предлогом не доз­волим себе нарушить поста пресыщением, особенно же упивством.

Наилучшим постом признают святые отцы употреб­ление пищи однажды в день не досыта. Такой пост не расслабляет тела продолжительным неядением и не отягощает его излишеством пищи, притом сохраняет его способным к душеспасительной деятельности. Та­кой пост не представляет никакой яркой особенности, и потому постящийся не имеет причины к превозно­шению, к которому так склонен человек по поводу са­мой добродетели, особенно когда она резко выставля­ется.

Кто занят телесными трудами или так слаб телом, что не может довольствоваться употреблением пищи однажды в день, тот должен вкушать дважды. Пост для человека, а не человек для поста.

Но при всяком употреблении пищи, и редком, и частом, строго воспрещается пресыщение: оно делает человека неспособным к духовным подвигам и отворя­ет дверь другим плотским страстям.

Неумеренный пост, то есть продолжительное из­лишнее воздержание в пище, не одобряется святыми отцами: от безмерного воздержания и происходящего от него изнеможения человек делается неспособным к духовным подвигам, часто обращается к объядению, часто впадает в страсть превозношения и гордости. Весьма важно качество пищи. Запрещенный рай­ский плод, хотя был прекрасным на вид и вкусным, но он пагубно действовал на душу: сообщал ей познание добра и зла, и тем уничтожал непорочность, в которой были созданы наши праотцы. И ныне пища продолжает сильно действовать на душу, что особенно заметно при употреблении вина. Такое действие пищи основано на разнообразном дей­ствии ее на плоть и кровь и на том, что пары ее и газы от желудка подымаются в мозг и имеют влияние на ум. По этой причине все охмеляющие напитки, особ­ливо хлебные, возбраняются подвижнику, как лишаю­щие ум трезвости, и тем победы в мысленной брани. Побежденный ум, особливо сладострастными помысла­ми, усладившийся ими, лишается духовной благодати; приобретенное многими и долговременными трудами теряется в несколько часов, в несколько минут.