Сочинения

Стих 7: Тогда встали все те девы и украсили светильники свои[1230]. — Встали все девы, и каждая украсила светильник свой, т. е. мысли, которыми они воспринимали елей познания, чтобы иметь дела добродетелей, которые могли бы блистать перед Истинным Судией.

Стих 8: Неразумные же сказали мудрым: дайте нам вашего масла, потому что светильники наши гаснут. — Те, которые находят, что светильники их угасают, показывают, что они отчасти сияют; однако в них нет непрерывного[1231] света, ни непрестанных [добрых] дел. Итак, если кто–нибудь имеет девственную душу и любит скромность, то он не должен довольствоваться посредственностью, которая скоро иссякает и, — когда поднимется жар, — высыхает, но должен следовать совершенной добродетели, чтобы иметь свет вечный.

Стих 9: А мудрые отвечали: чтобы не случилось недостатка и у нас и у вас. — Они отвечают так не вследствие скупости, а из боязни. Действительно, ведь, каждый получит награду по делам своим, и в день суда добродетели одних не могут превысить пороков других. И как во время вавилонского пленения Иеремия не мог помочь грешникам, и ему говорится: Не проси за этот народ[1232]: так и тот день будет страшен, потому что каждый должен будет заботиться о себе самом.

Пойдите лучше к продающим и купите себе. — Это масло продается и покупается дорогой ценой и приобретается великим трудом, — под этим мы разумеем все милостыни, добродетели и советы учителей.

Стих 10: Когда же пошли они покупать, пришел жених. — Правда, как благоразумные они дают совет, что нельзя[1233] встречать жениха без масла для светильников; но так как время для покупки уже истекло и, — с приближением дня судного, — уже не осталось места для покаяния, — как говорит псалмопевец: Во гробе кто будет славить Тебя[1234] — то они вынуждены не новые дела совершать, а дать отчет в своих прежних делах.

И готовые вошли с ним на брачный пир, и двери затворились. — После дня судного не остается (или: не останется) средств к совершению добрых дел и к тому, чтобы оправдаться.

Стих 11: После приходят и прочие девы, и говорят: Господи! Господи! отвори нам. — Правда, превосходно исповедание их, обнаружившееся в обращении[1235] «Господь», а повторение его служит признаком веры. Но какая польза в том, что призываешь устами Того, Которого отрицаешь делами.

Стих 12: Он же сказал им в ответ: истинно говорю вам: не знаю вас. — Знает Господь тех, которые принадлежат Ему, а кто не знает [Его], тот не будет познан[1236]; не знает Господь делателей неправды; и хотя они девственны, и хотя в двояком отношении, т. е. и по чистоте тела и исповедованию истинной веры они могут быть прославлены[1237], однако так как они не имеют елея познания, то достаточным наказанием для них является то, что они неведомы Жениху.

Стих 13: 13 Итак, бодрствуйте, потому что не знаете ни дня, ни часа. — Я всегда убеждаю благоразумного читателя, чтобы он не успокаивался на суеверных толкованиях и [на том] что с решительностью высказывается вследствие желания измышляющих их; но чтобы он понимал[1238] предыдущее, среднее и последующее и связно представлял себе все, что написано. Итак, из того, что Он говорит: Бодрствуйте, потому что вы не знаете ни дня, ни часа, объясняется все, что Он сказал, т. е. и о двух, которые были на поле, и о двух мелющих, и о домохозяине, который доверил рабу своему свое имущество, и о десяти девах, и что притчи эти предпосланы для того, чтобы, так как мы все не знаем дня судного, то заботливо приготовили себе свет добрых дел и чтобы судья не пришел, пока мы находимся в беспечном состоянии.

Стихи 14–15: Ибо [это произойдет подобо тому], как человек, отправляющийся в далекую страну, призвал рабов своих и передал им благосостояние свое. И одному дал пять талантов, а другому — два, а третьему — один, каждому по силам его, и вслед за тем отправился[1239]. — Человек этот домохозяин есть, несомненно, Христос, Который по Воскресении, восходя к Отцу как Победитель, призвав апостолов Своих, передал им учение евангельское, не соображаясь с широтой или узостью в том отношении, чтобы дать одному больше, а другому меньше, но подавая соответственно силам получающего; таким же образом и апостол говорит, что не могущих принимать твердой пищи он поит[1240] молоком[1241]. Поэтому, в конце концов, Он с одинаковой радостью принимает и того, который из пяти талантов сделал десять, и того, который два таланта обратил в четыре. Под пятью, двумя и одним талантом мы должны понимать или различные дары (gratias), которые даны каждому, или в первом случае все подвергнутые испытанию

чувства, во втором — разум и дела, в третьем — разум, которым люди отличаются от животных.

Стих 16: Получивший пять талантов пошел, употребил их в дело и приобрел другие пять талантов. — Получив земные чувства он усвоил себе познание о небесном, познавая Творца через тварей, бестелесное — через телесное, невидимое — через видимое и вечное, — через кратковременное.

Стих 17: Точно также и получивший два таланта приобрел другие два. — И этот соответственно силам своим все, что ни изучил в законе, удвоил в Евангелии, т. е. (sive) познание и дела настоящей жизни понимал в значении образов будущего блаженства.

Стих 18: Получивший же один талант пошел и закопал его в землю и скрыл серебро господина своего. — Негодный раб вследствие земных дел и похоти века сего не радел о Заповедях Божиих и осквернил их, хотя у другого евангелиста написано, что он завязал его в куске полотна[1242], т. е. обессилил учение Домохозяина, проводя жизнь в неге и роскоши.

Стихи 19—20: По долгом времени, приходит господин рабов тех и требует у них отчета. И, подойдя, получивший пять талантов принес другие пять талантов и говорит: господин! пять талантов ты дал мне; вот, другие пять талантов я приобрел на них. — Велико время между Вознесением Спасителя на небо и Его Вторым Пришествием. И если даже апостолы должны[1243]дать отчет и[1244] воскреснуть под страхом за исход суда, то что же нам должно делать?

Стихи 21–23: Господин его сказал ему: хорошо, добрый и верный раб! в малом ты был верен, над многим тебя поставлю; войди в радость господина твоего. Подошел также и получивший два таланта и сказал: господин! два таланта ты дал мне; вот, другие два таланта я приобрел на них. Господин его сказал ему: хорошо, добрый и верный раб! в малом ты был верен, над многим тебя поставлю; войди в радость господина твоего. — К тому и другому рабу, как я уже сказал,

т. е. и к тому, который из пяти талантов сделал десять талантов, и к тому, который из двух сделал другие два таланта, обращено одно и то же хвалебное слово. При этом необходимо заметить, что то, что мы имеем в настоящей жизни, хотя и кажется великим и многочисленным, однако в сравнении с будущим мало и немногочисленно. «Войди, — говорит, — в радость Господина твоего» и получи то, чего око не видело и ухо не слышало и что не входило в сердце человека[1245]. Но что большее может быть дано верному рабу, если не быть с Господом и видеть радость Господа Своего?

Стихи 24–25: Подошел и получивший один талант и сказал: господин! я знал тебя, что ты человек жестокий, жнешь, где не сеял, и собираешь, где не рассыпал, и, убоявшись, пошел и скрыл талант твой в земле; вот тебе твое. — Поистине известное слово: Нетщевати вины о грехах (т. е. для измышления оправдания грехов)[1246], относится также и к этому рабу, так что [у него] к лености и небрежности присоединяется еще преступление гордости. Действительно, тот, который просто должен был бы сознаться в своей бездеятельности и умолять домохозяина, — тот, напротив, злословит (на н)его и говорит, что он последовал благоразумному решению, — именно: не подвергать опасности целость [вверенных ему] денег, пока он будет обращать их в выгодных предприятиях.

Стихи 26–28: Господин же его сказал ему в ответ: лукавый раб и ленивый! ты знал, что я жну, где не сеял, и собираю, где не рассыпал; посему надлежало тебе отдать серебро мое торгующим, и я, придя, получил бы мое с прибылью; итак, возьмите у него талант и дайте имеющему десять талантов.

— То, в чем он видел оправдание для себя, обращается в вину для него. Но он называется еще рабом злым, лукавым, потому что он произнес хулу против Господа. Он ленивый, потому что не захотел удвоить таланта, так что за первое обвиняется в гордости, а за второе — в нерадивости. «Если, — говорит Он, — ты признаешь, что Я суров и жесток и гоняюсь за чужим, и пожинаю там, где не сеял, то почему мысль об этом не внушила тебе страха, чтобы ты мог знать, что Я буду искать своего гораздо заботливее, и отдать деньги мои, или серебро, торговцам; ведь на греческом и то, и другое значение заключается в слове άργύριον. Слова Господни, — говорит псалмопевец, — слова чистые, серебро, очищенное от земли в горниле, семь раз переплавленное[1247]. Итак, деньги и серебро это есть проповедование Евангелия и слово Божие, которое должно быть вручено торгующим и меновщикам, что значит: или остальным учителям (это делали и апостолы, поставляя по отдельным странам пресвитеров и епископов), или всем тем верующим, которые могут удвоить сокровище и возвратить с прибылью, т. е. через исполнение делом того, что они изучили словесно. А отнимается талант и дается тому, кто создал десять талантов, с той целью, чтобы мы понимали, что хотя и в том, и другом труде, — т. е.