Страница 148 из 220
Прощай, дражайший!
ты вчера к какой‑нибудь компании и не попал ли в непристойное общество. Если нет ничего предосудительного, то радуюсь твоему великому счастию. Если же не так, то не сокрушайся напрасно; достаточно, если ты ненавидишь порок. Христос уже простил, лишь только у нас явится решение не грешить впредь. Я знаю, что тебе тяжело слышать такие слова. Мне известен нрав юношей; но не все то яд, что неприятно на вкус. Одно только скажу: если эти мои опасения ты не истолкуешь как выражение моей высшей любви к тебе, ты будеЩь глубоко несправедлив ко мне. Да сохранит наилучшим образом Христос твой возраст в безопасности от всяких пороков и Да направит тебя ко всему лучшему!
Весьма любящий тебя Григорий Саввич
На рассвете, ноября 15.
То, о чем ты просишь в своем последнем письме, все будет, лишь бы Христу было угодно и ты сам был тверд в начатом деле. Пиши мне покороче, ибо я знаю, что у тебя не хватает времени, и здоровье береги, как глаза.
19
[1762 г.]
Здравствуй, друг!
Ты спрашиваешь мое мнение о планах твоей жизни, твоего будущего положения, особенно о том, с какими друзьями поддерживать тебе общение. Ты благоразумно поступаешь, заблаговременно заботясь о своем будущем. Но о твоем положении в жизни поговорим в другое время, когда внушит Христос. Теперь же немного об общении. С кем тебе поддерживать отношения, спрашиваешь ты. Фи! С хорошими, отвечаю я кратко. А из хороших лишь с теми, к кому в тайниках сердца ты по натуре склонен. Ибо это лучшая норма дружбы. Пища хороша, но что поделаешь, если она не нравится твоему желудку?.. Неудивительно, что она вредит. Однако, если бы у нас, мой Михаил, было так много хороших людей, как хороших яств! Но этого можно только желать, иметь же — другое дело. Истинно добрый человек, то есть христианин, реже белого ворона. Чтобы найти такого человека, тебе потребуется много фонарей Диогена [752]. Что же делать? Следует поддерживать общение с теми, которые менее дурны, чем другие, которые обычно считаются просто добрыми. Выбирать следует спокойных, постоянных и простых. О спокойной душе говорится, что она совершенно лишена зависти, или недоброжелательства, то есть злобы. Простые — не глупые, но открытые, не лживые, не притворщики и пустые, ибо этот род людей я пуще Тартара ненавижу. О, если бы у нас было таких поменьше! Но что делать, если этот мир, то есть большинство людей, состоит из таких?
«Мир — клетка глупцов и лавочка пороков», как поет наш Палингений [753]. Поэтому всего правильнее я считаю приобретать друзей мертвых, то есть священные книги. В числе живых имеются до того хитрые, ловкие и бесчестные пройдохи, что юношу явно обманывают, вливая свой яд невинной простоте и особенно нападая на простых, потому что около них у этих змей имеется надежда на добычу. Ибо и собака не ест собачины. О, берегись таких! Какой ущерб в добрых нравах я сам потерпел, обманут этими посланцами дьявола. Как хитро они вкрадываются в доверие, так что только по истечении пятилетия ты это почувствуешь. Ах! Воспользуйся хоть моим опытом! Я тот моряк, который, будучи выброшен на берег кораблекрушением, других своих братьев, готовящихся сделать тот же путь, робким голосом предупреждает, каких сирен, каких чудовищ им следует остерегаться и куда держать путь. Ибо другие потонули и отошли в вечность. «Но, — скажешь ты, — я могу и сам стать благоразумным под ударами судьбы». О мой дражайший друг! Разве ты не знаешь, что многие терпят кораблекрушение, спасаются же очень немногие — трое из ста. Можешь ли ты поручиться, что ты спасешься? Если у тебя есть лекарство, то неужели ты по собственной воле должен принять яд? Достаточно беды, если ты по неосторожности его попробуешь.
Но колокол зовет меня в греческий класс. Поэтому если будет тебе угодно в другое время поговорить о той же материи, ты мне вскоре напиши. Так мы будем вести беседу о святых предметах, а тем временем и стиль будет вырабатываться. Будь здоров!
Безмерно тебя любящий Григорий Саввич
23 ноября, из музея
[29 ноября 1762 г.]
ф[Ххахв cpiXxaxcov, Mt^a‑r\k fXoxioxe![754]
Почему не был ты sv хаТ^ eo7repivaT<; [755]. Читалась прекрасная охг/урт. о святом — 'Axaxi(p [756], из которой sXa^ov [757] следующее: «Дух не смущен и ум чист» — — 'О axapai‑a;; ^ojiocxai voo<; xa&apoc. О, более счастлив, чем само счастье, тот, кто обеспечил себе это! Что сладостнее души, не тревожимой нечистотами и низменными желаниями? Что блаженнее, чем ум, очищенный от земных помышлений и видящий самого бога? Твоего болтуна Палингения я без труда для тебя получил. Читай его, терпи, выжимай и насыщайся. Питай божественной и приятнейшей пищей твоего малютку Яшу, чтобы и он когда- нибудь овладел скипетром. Радуйся в боге, пой под музыку, гуляй, как я делаю («Житейское море»), и прочее. 'Efcb тсросштиф jxsv оксшу, xtj Be xapBia [758] всегда с тобою. Будь здоров и весел.
Более всего любящий тебя Григорий Саввич
Записки твои мне очень неприятны, поэтому не пиши ничего.
21
[1 декабря 1762 г.]
Tptov Be |Aaxapioi ot icpxaXfiol oxi pXeirooat xat xd шха 6[xa3v 6xi axooet (Матфей, гл. 13) [759].
Всякий рожденный, который всем сердцем ищет, несомненно, найдет и увидит то, что увидеть могут глаза не каких угодно людей, а лишь блаженных. Это значит: божественную истину всего труднее найти, но зато узревшим ее она всего приятнее. Увидеть истину — завершение всего ^«разве бо сего (духа святого) ни деяние, ни слово»,/, как сегодня говорится в антифонах, сегодня ни начинается, ни завершается. Так искал Авраам, оставив свою землю; этим путем пошел Исаак, которому землю указал господь. Иаков и его сыновья сделали то же самое. Иметь в себе святой дух есть не что иное, как видеть истину божию, которая является единственной истиной. Если ее видели и Аристотель и его последователи, они блаженны; если нет, онй (jLtopooocpot [760]. Если мы ot aico‑jfovot too 'A^paaix [761], если мы того же с ним духа, мы это подтвердим подобными же делами; ибо откуда, если не из плодов наших, станет известно, что в нас имеется дух twv?: po — [6va>v [762]. Что прочие делают, к чему стремятся, они и сами увидят; я же точно знаю, что я всецело посвятил себя одной только божественной истине. Я не успею в этом? Однако же в конце концов успех будет. Сегодня я слышал в евангелии: /«Очи бо ею держалися, да его не познают»/. II они его, однако, познали, хотя глаза их и плохо им служили. Какой честный труд не победит?
II какая работа не будет приятной, когда мы рождены для этого, когда мы проникнуты духом Авраама? Ибо естественное движение со временем становится стремительнее. Поэтому хочется кричать с Павлом: «Буду стремиться, может, достигну» (гл. 3, К филип- пийцам) [763]. /«Гоню же, если и постигну, то есть особливо постигну»/. Братья и проч. Если во мне ничего нет, кроме жара сердца, или, говоря словами евангелиста, т] хар8(а ijj{jLa)V xaiofiivTj [764], то я доволен этим, ибо то iravieXai; ftsXsiv [765], исходит от св. духа, который как начал, так, наверное, и завершит, дабы мы могли сказать: /«Мы же открытым лицом взираем на славу божию»./ В этом живу, в этом хочется действовать дни и ночи, в нем я решил, мой драгоценнейший Михаил, умереть, хотя я уже ранее умер для мира, чтобы когда‑нибудь подняться во славу со Христом. Тебя же я считаю Авраамовым потомком и стремлюсь и желаю, чтобы ты был моим союзником и спутником в жизни, так избегаемой всеми. Если у тебя т] xapSia -g xaiopivTj [766], а оно, несомненно, должно гореть, если ты тот, кем я тебя считаю, извергни из груди всякую смертную заботу, вымой нечистоту из сердца. Нечистота — это то, что земное, а что видимо, то земное.
Если огонь в твоей груди подлинный и истинный, то сгорит все, что в ней есть земного, чтобы ты когда‑либо стал чистый сердцем и узрел бога, xov fteov xat ttjv aXr^etav [767], делающую блаженными те очи, которые ее видят. Кто хорошо загорелся, тот хорошо начал, а хорошо начать — это наполовину завершить. Приучи себя к тому, чтобы ежедневно через чувства зрения и слуха попадало в твою душу не только что‑нибудь из Священного писания и других книг, но и то, что увидишь и услышишь из текущих событий, пережевывай, размалывай и, насколько можешь, превращай в питательный и спасительный сок, как животное, которое должно быть принесено в жертву богу. У тех, кто душою низки, самое лучшее из написанного и сказанного переходит в самое худое и сам Христос есть нечто неприятное. Но те, кто проникнут Авраамовым духом, для тех бог даже из бесплодных скал производит божественную и прекраснейшую поросль. Если мимо тебя, например, проходит пьяный, ты так мысли: бог представил тебе зрелище, дабы ты на чужом опыте узнал, какое великое зло — пьянство, — беги от него. Проходишь мимо лежащего нищего, у которого ноги сгнпли или нос с труповидным лицом внушает ужас зрителю, ты так рассуждай: этот или эта, несомненно, вели развратную жизнь, это плоды разврата. О, счастливы те, кто может быть свободен от этого зла; о, как велико значение здоровья и целомудрия! Как высока добродетель!