Страница 10 из 42
О. Д. и сам вынужден приводить святоотеческие цитаты, опровергающие его взгляды: "В том, что не является преступлением Божией заповеди или апостольских правил и установлений, вам подобает слушаться всякого его распоряжения и повиноваться ему, как Господу. Однако в том, что подвергает опасности Евангелие Христово и законы Его Церкви, не должно повиноваться не только убеждениям и приказаниям игумена, но даже и Ангелу, только что спустившемуся с небес и благовествующему вам противное благовестию самовидцев Слова" (См. рус. пер. прп. Симеон Новый Богослов. Прп. Никита Стифат. Аскетические произведения в новых переводах. Клин, 2001. С. 144, 145.) (С. 42 брошюры о. Д.).
Вот с чем учение святителя Игнатия согласно слово в слово! Невозможно увидеть несоответствие учения игумена Евангелию, если не сопоставлять их. Но о. Доримедонт, не видя грубых противоречий в своей работе, продолжает утверждать: "Все сказанное прп. Симеоном лишний раз подтверждает как неизменное святоотеческое правило всецелого послушания, так и указанные выше исключения из него... Бог никогда не постыжает жертвенной веры в Него. Если пастырь учит пасомого о том, что заповедь о целомудрии требуется откорректировать применительно к новой эпохе, если старец велит послушнику облить бензином и поджечь келью недруга-соседа, если игумен монастыря принуждает братию к принятию числа антихриста, то это отвергается сразу, как противное Евангельской Истине, освящающей всякий подъятый во имя ее подвиг. С креста в этом случае послушник не сходит ни на мгновение ..." (С. 42).
Понятно, когда тебе велят облить келью соседа бензином или "откорректировать" заповедь о целомудрии, но ведь есть масса вопросов, в которых разобраться не так легко! Сам автор в числе очевидных примеров того, когда послушание оказывать не надо, приводит "принятие числа антихриста", но ведь сейчас что только не называют числом антихриста! Сначала начали ходить письма, подписанные "афонскими старцами": "афонские старцы" против налоговых номеров. Потом, правда, стали уже писать "оптинские старцы" и "валаамские". Письмо "Братии Оптиной пустыни", с восемьюстами подписями, достаточно быстро разоблачили. Мне, как постриженнику Оптиной, хорошо известно, что там нет более восьми-десяти братий, и уж никак не восемьсот. Ни один из моих знакомых насельников Оптиной это письмо не подписывал и не подозревал о его существовании. "Афонские старцы" были самые радикальные: все, конец света, ребята, скоро надо будет бежать в леса, и уже бегут...
"Раз в послушании есть исключения - его уже нельзя назвать слепым, - пишет диакон Владимир Соколов 39 . - Но как послушнику отличить, где его склоняют к ереси или к безнравственному поступку, ведь проявления безнравственности столь широки, что это требует знания традиции? Поэтому-то и прп. Симеон, и свт. Игнатий настаивают на сличении того, чему научает наставник, с Писанием и со святоотеческими высказываниями. Собственно, два этих случая они и имеют в виду. Они не отрицают послушания, а признают его одной из величайших добродетелей, но такое послушание, которое было у древних отцов и которое пытаются повторить те, кто не избавился от страстей, может оказаться пагубным. Послушание в их понимании - это послушание воле Божией и послушника, и наставника. Однако такое послушание возможно только тогда, когда эта воля действительно открывается, а не подменяется страстной человеческой волей. Иеромонах Доримедонт, к сожалению, этого в наставлениях прп. Симеона и свт. Игнатия не увидел".
Далее о. Д. пишет: "Глава 34 из Деятельных и Богословских глав говорит следующее: Всякий невидящий (слепой духовно), если берется руководить других, есть прелестник и последующих ему ввергает в ров пагубы по слову Господа: Слепец слепца аще водит, оба в яму впадут (Мф. 15; 14). Объяснение: вся глава обращена не к послушнику, а к старцу и является напоминанием и предостережением последнему... В главе О жительстве в послушании у старца цитата помещена в контекст наставлений, обращенных не к старцу, а к новоначальному послушнику! Помещенное в иной по смыслу контекст само по себе неоспоримо верное замечание преподобного Симеона начинает работать совершенно по-другому", - полагает о. Д. (С. 43). Как пишет о. диакон Владимир: "Что же такого соблазнительного в этом тексте и такого специфического, направленного именно к старцу, а не к послушнику: ведь это всего лишь небольшое расширение всем известной фразы из Евангелия? Неужели же послушник сам не способен понять, что в Евангелии речь идет о духовном руководителе?" 40
По о. Д., послушники подобны католической "церкви учимой" и должны получать духовные знания избирательно...
О. Д. сам признает, что опровергнуть учение свт. Игнатия затруднительно: "Наиболее сложной для толкования является приводимая свт. Игнатием цитата из 8 (по славянскому и русскому переводу) слова прп. Симеона Нового Богослова. Великий угодник Божий, - говорит свт. Игнатий о св. Симеоне, - советуя иноку действовать по указанию духовного отца, присовокупляет: "Однако да поступает так только в таком случае, когда знает, что духовный отец его - причастник Духа, что он не будет говорить ему противоположного воле Божией, но по дарованию своему и по мере повинующегося возглаголет угодное Богу и полезное для души, чтоб не оказаться повинующимся человеку, а не Богу" (Слово 8). Анализ сего слова в русском переводе дела не проясняет. Действительно, может показаться, что преподобный Симеон побуждает послушника к выборочному послушанию, главным критерием которого является его субъективное духовное восприятие. Если это действительно так, то система святителя Игнатия получает святоотечески весомый голос в свою защиту. Но сравнение этих цитат хотя бы с немногими высказываниями преподобного Симеона о послушании, что приведены выше, становится очевидным, что все они утверждают обратное" (С. 44). Все они утверждают то же самое, что утверждено только что приведенной цитатой. Сколько о.
Доримедонт ни цитирует Симеона Нового Богослова, переводя его так и эдак, добавляя фразы из контекста, но слова преподобного неизменно говорят сами за себя.
О. Доримедонт пишет, что в греческом подлиннике данное слово прп. Симеона, называющееся "О хитрых уловках по отношению к любящим суетную славу и первенство, используемых лукавым по кончине пастыря" и содержащее большее количество глав, чем в русском переводе, "посвящено конкретной ситуации - кончине игумена общежительного монастыря и выборам нового игумена. Прп. Симеон ...описывает связанные с междувластием смущение, духовные проблемы, честолюбивые желания некоторых монахов достигнуть игуменского сана... Далее преподобный обращается к некоему духовно преуспевшему благоговейному брату той же обители, действительно достойному и способному стать отцом и пастырем словесного стада... Ситуация предельно конкретна: у тебя умер старец, в монастыре творится полный разброд, тебе предлагают стать игуменом... Как тут узнать волю Божию? Иди, - говорит преподобный, - найди духовного отца, только будь уверен, что он причастник того же Духа, что он не возвестит тебе противное воле Божией (то есть, - замечает в скобках о. Доримедонт, - вероятно, подразумевается, что он не принимает участия в "предвыборной борьбе"), и послушайся его совета" (С. 45 - 47).
Таким образом, о. Д. прямо приписывает словам святого отца узкий, конкретный смысл, и именно он, а не свт. Игнатий помещает цитату в нужный ему контекст. "Но содержание этого отрывка столь однозначно, - пишет диакон Влади-мир, - что объяснить его только контекстом происходящего представляется нам большой натяжкой - желанием автора непременно доказать, что мнение свт. Игнатия не соответствует мнению других Отцов. Поэтому если прочитать эти тексты без авторских комментариев, то можно убедиться еще раз, что мнение свт. Игнатия поддерживают и древние Отцы".
Не говорит в пользу мнений о. Д. и следующая цитата из прп. Симеона: "Если ты живешь в общежитии братий, то никогда не вздумай пойти против постригшего тебя в монахи отца (то есть против твоего старца - и. Доримедонт), даже если ты видишь, как он совершает блуд или пьянствует, или, по твоему мнению, плохо управляет монастырским хозяйством. Не иди против него, даже если он подвергает тебя побоям и бесчестиям и причиняет тебе многие другие скорби. Не садись в сонме порицающих его и не делайся споспешником тех, кто замышляет против него зло. Потерпи его до конца и не любопытствуй о его злых делах. Вложи в сердце свое видимые тобой его добрые дела и понуждай себя помнить только о них. Все же неподобающее и злое, творимое и говоримое им, приписывай себе и, считая это своими собственными грехами, со слезами кайся в них, считая своего отца святым и призывая его молитву" (С. 45-46).