Страница 156 из 163
†
Я, как Вы видите, ждал некоторое время — думал не получу ли письмо от Ал.6 — покудова ничего нет, а между тем Вы пишете, что"менее удобно, если я напишу ей сам". Затем Вы пишете, что может быть она сама зайдет ко мне по адресу Шера, а адрес ее Козлов. Я не знаю, как ей предложить работу: прислать туда к ней или просить приехать сюда. Если ей нужно уехать из Козлова, и у ней есть деньги на проезд, и все дело в том, что она боится, что в Москве останется без средств, и потому не едет, — то я могу дать ей работу рублей на 25–30 (не в месяц, а всего, т. е. июль и август) (до сентября) — а там и еще. Напишите сейчас же ждать ли от нее письма и вообще все, что предпринять по этому поводу. Письмо это может быть до Вас скоро не дойдет, а потому пишите по адресу: Рязано–Владимирская ж. д. станция Спас–Клипики, имение Шер, Вал. Пав. Свенцицкому.
†
Дорогой мой, милый мой ради Бога не сердитесь, прочел я Розанова, это просто сукин сын! Где Вы там нашли"глубину", это не в"материнских ли пустотах"?! Неужели же можно называть глубиной какие‑то обрывки идей, пересыпанные напряженно истерическими всхлипываниями"тайна!.. тайна!.."Не говоря уже о совершенно справедливой записке ему присланной:"под гнетом любодеяния написана ваша последняя статья".
А где"гнет любодеяния" — там мудрости не жди, ибо это"потемнение"сознания.
А"Переписка"со всевозможными"иереями", которые ему пишут:"Так вы из чиновных"!"Ну что же Слава Богу, нынче все пророки из чиновных напр. Победоносцев". Не говоря уж о том, что Ў Книги занимают"полемические материалы"и книга стоит 1 р. 50 к.!7
Я бы на вашем месте и рук об него марать не стал.
Вообще насчет"Нового пути"и мистики с"полетами"; насчет Ал. Блока (прочтите ради Бога его"бред"в июньской кн."Нов. пут."8); насчет всяческих"тайн"и пр. и пр. — я установил вполне отчетливое суждение.
Мне очень важно знать какие впечатления на Вас произвела фантазия"Три дня"напеч. в"Нов. пути"за июнь9.
Я много занимаюсь и чувствую себя прекрасно.
Крепко Вас целую.
Вал. Свенцицкий
P. S. Может быть что не так написал, простите.
СВЕНЦИЦКИЙ — ФЛОРЕНСКОМУ
Конверт: г. Тифлис. Николаевская, 67. Штемпели: Спас–Клипики 31. VII.1904; Тифлис 6. VIII.1904.
Ольгино 28/VII 04
Дорогой друг! Говоря о Розанове, Вы советуете мне не бояться слов — уверяю Вас: никакой боязни я не чувствую, очень хорошо понимаю также, какое бедное и ограниченное орудие"слово", — но хорошо знаю разницу между неясностью, происходящую от сложности идей и чувств, — и неясностью, которая является результатом бедности содержания и сознательного или бессознательного стремления прикрыть нищенское содержание глубокомысленной формой.
Спор о Розанове действительно становится трудным, в силу того, что я могу говорить только о том, что сказал г. Розанов, а Вы можете говорить также и том, что он хотел сказать.
Вы усматриваете в писаниях Розанова мистические глубины, которые, по вашим словам, ни есть ни"идеи", ни"философия", ни даже"толковое писание", — я же, действительно, усматриваю только неясные идеи, плохую философию и юродствующий слог10. В целой серии знаков восклицательных, которыми пересыпает Розанов свои статьи, вроде: недоумеваю!.. Страшно поднять очи!.. Трепещу!.. по–моему мистики столько же, сколько в пироге с ливером.
С Шараповым же я никаких дел не имею11.
"Читая Розанова, — пишете Вы, — нужно не придирчиво цепляться за фразы, а с любовью стараться уловить смысл", — но иной раз любовь является тем же, — по своим последствиям, — как и"настроения"…
Глядя на какой‑нибудь купол, сделанный из мозаики, в магометанской мечети — могут явиться глубочайшие идеи, — если лицо созерцающее будет на них способно, — но на куполе они не написаны. И в странное положение попал бы мыслитель, который тех, которые смотрели на купол и не прочли там философской системы, — стал упрекать в безграмотности…
Ваш Розанов пишет набор фраз, пишет, выражаясь словами Михайловского,"маханально"12, цепляясь за созвучия, пересыпая все:"тайна!..""не постигаю!.."А Вы прочтете слово"Бог"и переживете, увидав это слово, целую вереницу идей, — а потом пишете:"Розанов несет в дар философии такое количество материала, какого еще быть может никто из наших писателей не приносил". — И смешно, и обидно.
Я чрезвычайно рад, что мы с Вами несколько столковываемся по вопросу о Едином Сущем. Мы с Вами дотолковались до признания Единого наряду с отдельным. Вы совершенно верно отметили, что вся суть"в каком смысле понимать отдельность".
Вы даже излагаете, в каком смысле Вы понимаете ее.
Для меня проверкой истинности всякого умозрения и всякой философии является Евангелие. Зная, что в этом мы стоим с Вами на одной почве, я прежде всего и укажу, что вопрос мною выставленный, вопрос об Аде, при Вашем умозрении остается вопросом.
Пусть в"Царстве Божием нет личного существования"(в известном смысле), потому что каждая"часть"имеет своим"центром"И. Х., но те, которые вне Царствия, очевидно, не имеют Х. своим центром. Ад, по Вашему, очевидно, есть"дробности". Эти"дробности"являются результатом"самоутверждения частей". Во–первых, мне не ясно есть ли это результат стремления к самоутверждению или это самоутверждение, так сказать, удавшееся. Если оно факт свершившийся, то спрашивается, может ли быть такое самоутверждение лишь результатом пассивного, как Вы выражаетесь,"недопускания Х.". Ведь Ад будет не отсутствие наслаждений, а присутствие страдания, т. е. начала активного. Очевидно, та форма загробного бытия, которую Вы представляете как некоторое самоутверждение части, самоутверждение, в основу которого полагаете"недопускание Х.", не соответствует Аду страданий, который имеет в своей основе творческий грех. И священное писание и творения св. отцов полны явного различения"глухоты"к воспринятию Х. и врагов Х.,"не слушающих"и"Антихриста". Вспомните, что есть грехи непрощаемые во веки, как например хула на Д. Св.
О связи Ваших рассуждений по поводу множества в Абсолютном и типах святости ничего сказать не могу, т. к. Вы только обмолвились словечком, и я с должной ясностью не представляю, что Вы хотели сказать. Мне это очень интересно, а поэтому, если соберетесь, напишите, пожалуйста.
По вопросу о пресловутых"настроениях", а в связи с этим о познании, мы все еще стоим на точке непонимания друг друга.
Вы пишете:"Я думаю, что ничего нельзя судить о человеке на основании чисто–эмпирического наблюдения".
Совершенно верно. Но никогда я и не говорил о"чисто"эмпирическом наблюдении как методе познания.
Далее Вы выставляете 4 способа познания.
С тремя последними я вполне согласен, а именно: 2) из непосредственной, неизвестно откуда явившейся уверенности (мистическое восприятие?); 3) ясновидение и Дух. Св. Лишь с оговоркой, уничтожающей Ваше замечание, что"непосредств. уверенности часто не бывает". По–моему, это необходимое условие познания личности и имеется всегда.
О первом речь особо. Вы пишете"настроение"Но что это такое? Если Вы это слово не объясняете по–своему, то Вы должны принимать его в общепринятом смысле. Тогда Вам придется под"настроением"разуметь то ощущение, то чувство, которое является суммой целого ряда воспринятых впечатлений. А если так, то оно не есть метод познания, а есть результат познания.
В силу этого мое соображение и мое замечание, Вас касающееся, остается в прежнем виде и в прежней силе: нельзя людям, склонным к настроениям, т. е. к разно ощущаемой"сумме"впечатлений, получая какие‑либо впечатления от нового лица, свои настроения считать за впечатления именно от данного лица и на основании этого настроения (которое неверно принимается за впечатление) давать оценку этого лица.
Весьма возможно, что под настроением Вы разумеете совсем другое, тогда напишите.
†
Насчет Ал. и денег следующее: я от нее ничего не получал, а потом и ей ничего сделать не мог. Вы спрашиваете, куда мне привезти деньги — адрес такой Рязанско–Вла. ж. д. ст. Спас–Клипики, Василию Владимировичу Шеру13. (Не для В. П. Св.) Только надо ли это? Ведь уже теперь конец июля, может быть до средины сентября будет достаточно и 25?
Насчет"Нов. пути" — советую Вам подождать до осени, — нам действительно необходимо решить этот вопрос радикально. Это самый существенный вопрос, в практическом смысле и по отношению нашего журнала14. Дело в том, что одним из самых важных пунктов нашего будущего издания я считаю необходимость выяснить, в каком отношении мы стоим ко всяким сторонам и партиям и что заставило нас выделиться в самостоятельный орган. Едва ли не с первого с чего придется начать — это с отповеди"Нов. пути", ибо нет врагов более опасных, как врагов в том же"костюме"и в том же"лагере", их можно узнать только путем"вскрытия". Несогласие по этому пункту делает немыслимым одну из существеннейших задач журнала, а значит, и сам журнал. Между тем, покудова разногласия несомненны: Вы говорите — он велик, но одинок, а я говорю — он прохвост каких много, — разница порядочная!