Страница 3 из 10
Но ведь любой грех есть преступление не только против ближнего, но и против Бога. Бог не способен обижаться, конечно же. Но преступая волю безконечного и вечного Бога, человек делает сам себя преступником против вечности, против вечных благих принципов мироздания. Если человек рассудит по справедливости, то поймет, что за это ведь тоже должно полагаться соответствующее наказание.
Итак, по справедливости, каждый человек и всё человечество в целом заслуживает вечной муки. И это было бы ужасно, если бы Господь судил нас только по справедливости. Но, к счастью, Господь есть не только справедливый, нелицеприятный Судия, но, прежде всего, Бог есть любовь. (1Ин.4:16). Бог есть Бог мира, любви и милосердия. Он не хочет нашей погибели. Он желает, чтобы ни один грешник не погиб, но был оправдан и наследовал жизнь вечную в Царстве Небесном.
Поэтому не надо думать, что Божественное наказание есть наказание уголовное. Нет, Бог не уголовная инстанция. Но Он создал определенный нравственный миропорядок, и в этом нравственном миропорядке посеянное зло в конце концов оборачивается против того, кто его посеял. Человек несет ответственность за то, что он создал, причем эта ответственность связана с глубокой солидарностью людей. Люди связаны между собой, и когда мы творим зло, то это не наше личное дело — это всегда распространяется вокруг. Поэтому извечный вопрос, который мы задаем Богу, видя множество страданий вокруг: "Почему страдает невинный" - имеет простой, но не всем очевидный ответ: "Из-за чужих грехов".
Однако, как можно оправдать человечество, одновременно не нарушив Саму Правду, Саму Справедливость? Требования Милости и Справедливости, как будто, противоречат друг другу. Милость хочет простить, Справедливость требует наказать. Но и наказать, и простить следует так, чтобы не погубить человечество, не сделать его еще хуже, но привести к святости и совершенству. Решение неочевидно. Но "Мои мысли - не ваши мысли, ни ваши пути - пути Мои, говорит Господь". (Ис.55:8)
Перед тем, как попытаться объяснить каким удивительным и чудным образом Господь спас человечество от греха, хочу сделать небольшое отступление. В первые годы после октябрьского переворота в 1917 году в России, безбожники решили устраивать религиозные диспуты с тем, чтобы, как они надеялись, "разоблачать поповские выдумки". С одной стороны на этих диспутах выступал кто-нибудь из верующих людей (чаще всего в этом соглашались участвовать живоцерковники-обновленцы), с другой – кто-нибудь из ловких на язык атеистов, например, нарком Луначарский. Одним из излюбленных приемов безбожников было воспользоваться каким-нибудь софизмом, логическим утверждением, содержащим в себе подвох, внутреннюю закавыку, с тем, чтобы смутить оппонента и заслужить одобрение публики. Одним из таких софизмов был следующий:
- Если Бог есть, то Он всемогущ? - спрашивал кто-нибудь из безбожников у оппонента, - Так вот, может ли Всемогущий Бог сотворить такой камень, который Он Сам не смог бы поднять?
Ответить на этот вопрос, кажется, невозможно с точки зрения формальной логики. Ведь если Бог может создать такой камень, то будучи Всемогущим, как же Он не сможет его поднять? Если же Он сможет Его поднять, следовательно, Он не может сотворить такой неподъемный камень. Таким образом, безбожники хотели показать, что идея Всемогущего Бога содержит в себе внутреннее противоречие, и следовательно, Бог не существует.
Но один из русских религиозных философов (утверждают, что это был Н. Бердяев) блестяще ответил на этот вопрос во время религиозного диспута. Он замечательно показал всю ограниченность формальной логики, сославшись на очевидный пример из реальной жизни.
- Бог может создать такой камень, - ответил философ, - и Бог уже создал такой камень. Этот камень - человек и его свободная воля.
Действительно, Всевышний, даровав человеку свободную волю в выборе между добром и злом, очевидным образом показал нам всем, что Он способен сотворить такой камень, который Он сам "не может" поднять. Но к словам философа, мы можем добавить и то, что Господь, сотворив такой неподъемный камень, как человек с его свободной волей, все же "поднимает" его, (то есть спасает человека от греха), одновременно его не "поднимая", (то есть не нарушая свободы человеческой воли).
Парадокс? Как это может быть?! - спросите вы.
Действительно, парадокс, ответим. Но это не должно нас удивлять, как уже не удивляют физиков парадоксы и тайны сотворенного Богом мира, например, парадоксы квантовой механики, знаменитого "шредингеровского кота" - такого явления, когда частица существует одновременно в двух и более позициях, в "суперпозиции", когда "шредингеровский кот" "жив и мертв" одновременно. (Желающих более подробно ознакомиться с этими парадоксами, отошлем к учебнику квантовой физики).
Но нам, для того, чтобы понять парадокс и тайну человеческого спасения, не нужно обращаться к таким сложным учебникам. Достаточно лишь ясным взором веры взглянуть на происшедшее в Палестине 2000 лет тому назад. И мы увидим, как для того, чтобы спасти человечество от греха, от страданий и смерти, Бог совершает чудное и парадоксальное дело: Он Сам становится человеком.
Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшего с небес и воплотившегося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася.
Выше мы говорили о том, что Бог мог простить нас и избавить от греха, либо лишив нас свободы воли, либо "закрыв глаза" на нашу злобу. Но первый путь несогласен с Божественной Любовью, а второй - с Божественной Правдой. Оставался только третий путь - путь Жертвы, путь выкупа, путь Искупления.
Мы знаем из юридической практики, что преступник, осужденный на длительный срок, бывает выкуплен от наказания путем внесения денежного или имущественного залога его друзьями или родственниками. Таким образом, за преступление, совершенное одним лицом, страдают (через потерю денег или имущества) его ближние. По любви к преступнику невинный родственник страдает за чужой грех.
Нечто подобное произошло и на Голгофе.
Сам Творец Неба и Земли, восприняв на Себя человеческую природу, сделавшись во всем, кроме греха, подобным нам, на Кресте принес Себя в Жертву за грехи всего человеческого рода. Таким образом, Божественная Любовь принесла Себя в жертву Правде, а Правда принесла Себя в жертву Любви. Правда и Любовь, как говорит одно церковное песнопение, встретились и облобызались.
Господь, сделавшись Сам человеком, в силу общности человеческой природы, в силу природного единства человечества, освободил из-под власти первородного греха всех нас. Наша природа, унаследовав от первых людей испорченность и поврежденность грехом, была исцелена Господом Иисусом Христом через Его вочеловечение, распятие и воскресение из мертвых.
И мы с вами, дорогой читатель, именно в силу этой общности человеческой природы, глубинного родства всего человеческого рода, можем воспринять это спасение, совершенное 2000 лет назад, может исцелиться от греха прямо сегодня - если сами этого захотим. Насильно, против нашей воли и желания, Господь не исцелит нас даже сейчас. Чтобы унаследовать спасение, нам нужно проявить желание и приложить усилие. "Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его". (Мф.11:12)
Главное, к чему нужно приложить наше усилие и желание - это к приобретению живой веры в Господа Иисуса Христа и исполнению Его заповедей. "Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет". (Мк.16:16) Посещение храмов, воззжение свечей, молитва, посты - это всё очень хорошо и полезно, но не это является главным в деле нашего спасения. Во всех мировых культурах и религиях есть свои храмы, песнопения, колокола, четки, священные тексты, жрецы, монастыри, однако, зачастую это не только не спасает людей, но служит к их большему осуждению (см. Мф.23:14). Главное же отличие Христианства от других мировых религий заключается в Евангелии и в Самой личности Иисуса Христа.
Именно божественная личность Господа Иисуса Христа стоит в центре нашей веры. Этой Личности, этого Откровения нет нигде. Как бы ни была оригинальна личность Будды, основателя буддизма, его установки, его поучения, его принципы гораздо более существенны для буддизма, чем личность его самого. В конце концов, если бы и не было на свете Магомета, а просто кто-то неизвестный выдвинул бы эти догматы: единый Бог, покорность Богу, пятикратная молитва в день, паломничество и т.д., — то ислам был бы таким, каков он есть и теперь. А вот христианство без Иисуса Христа лишается своей сущности — самой первой и важнейшей.