Страница 13 из 23
104. Ищем вредного, бежим от полезного
Почему мы прилепляемся сердцем к земным вещам? Причина очевидна: мы не помним, что нас ожидает смерть. Или не верим. Но к тем, кто не верит в вечную жизнь, у меня нет слова, а мы-то, верующие люди, почему полностью погрузились в земное? Потому что умом верим, а по вере не живем, и что еще хуже - не хотим жить по вере и не каемся в этом.
Святые отцы пишут, и наш малый духовный опыт нам говорит, что всякая скорбь, которую Бог посылает, если мы ее принимаем без ропота, приносит нам духовный плод. А всякое утешение, не только греховное, но даже невинное, нас надмевает, и если мы без внимания, без внутреннего самоукорения его принимаем, то оно нам вредит. А всякая похвала, всякий успех, всякое наше доброе дело соблазняют нас еще и на гордость.
Мы можем умереть в любую секунду, и сразу - конец иллюзиям. Все, что нам казалось плохим, на что мы роптали, о чем сожалели, оказывается, было нам на пользу. Если кто-то нас поругал, не почтил, воздал нам за наше добро злом, но мы приняли это от Бога с благодарностью и потерпели, то все это послужило очищению наших душ и подготовке их к вечному блаженству. А всякое утешение, которое мы бездумно и без покаяния принимали, наоборот, разлагало нас и делало к вечному блаженству неспособными.
И вот если бы мы сейчас умерли, то сразу бы и поняли, что все, чему мы радовались, чего искали, ради чего, может быть, жертвовали временем и силами, все это было нам во вред, потому что мы искали плотского - а не духовного, временного - а не вечного.
Если всеблагой Бог не исполняет наше благое желание, очевидно, Он уготовил нам нечто лучшее.
105. Наше фарисейское рассуждение
Когда раскаявшаяся блудница омывала слезами ноги Спасителя, фарисей Симон подумал: Если бы Он был пророк, то знал бы, кто и какая женщина прикасается к Нему, ибо она грешница (Лк. 7, 39). Фарисею было очевидно, что святой не позволил бы прикоснуться к себе падшему человеку, он должен был бы если не обругать и выгнать, то, по крайней мере, с презрением отстраниться от грешника. Симон был уверен, что знает, как поступают святые и как следует себя вести Помазаннику Божию.
Но и мы, и мы тоже знаем! Знаем, как вести себя святым и как - Богу. Когда Бог поступает не по-нашему, мы ропщем на Него. Впрочем, в этом до конца не идем, потому что вопрос встает уж очень остро: или отступить перед волей Всемогущего, или вовсе отречься от Него. Отречься же мы не решаемся, но и не смиряемся, а как бы затаиваемся и, в глубине души оставаясь при своем недовольстве, лицемерно воздыхаем: "Да будет воля Господня".
Так мы Бога кое-как терпим, но с ближними всегда и до конца принципиальны: если кто-то ведет себя не так, как я считаю правильным, то он грешник, а если при этом он мне лично чем-то досадил, то заслуживает немедленной Божией кары.
Если же человек поступает, как я считаю, по-святому да если к тому же и хвалит меня, то он явно святой и прозорливец. Вот образ нашего духовного рассуждения. Если мы от него не отречемся и не начнем рассуждать по заповедям Божиим, плохо наше дело.
106. Смерть - врата в вечность
Смерть - не выход куда-то вовне, а переход в иное измерение, провал в глубь себя. Царствие Божие внутрь вас есть, - сказал Христос (Лк. 17,21).
Мы привыкли видеть в смерти только зло, но, хотя смерть сама по себе - зло, для нас, духовно мертвых, она стала вратами в вечную жизнь. Поэтому смерть - отчасти зло, а отчасти милость Божия. Если бы мы помнили о том, что наша временная жизнь с ее бессмысленной суетой кончится и нам предстоит суд Божий, то по-другому бы ко всему относились. Воспоминание о смерти, не как об исчезновении, а как о вечной блаженной жизни или вечной муке, возвращает нас к реальности и ставит все на свои места в нашем сознании. Еще не в сердце.
Но когда в нашем сознании будет все на своих местах, когда будем знать, что действительно полезно, а что вредно, тогда постепенно и сердце наше будет склоняться к истине, исправляться по заповедям Божиим.
107. Не хотим сокрушаться сердцем
Сказано в 50-м псалме: Сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит, а мы не хотим, чтобы сердце наше сокрушилось, мы его бережем, нам его жалко, и мы всеми силами стараемся избегнуть скорбей. И даже когда все-таки скорби приходят прорывается к нам Бог, - мы усиленно гоним от себя мысли о смерти, о вечности и о Страшном суде. Поэтому сердца наши остаются несокрушенными, нераскрытыми, и Бог не может войти в нас, чтобы спасти.
108. Где мы будем распяты ?
Если признаем правду Божию и свою вину перед Ним и перед людьми, то распинаемся по правую руку от Господа, и если помолимся (попросим, как евангельский разбойник), то нынче же будем с Ним в раю (см. Лк. 23,39-43). А если не признаем, то все равно будем законно распяты, но по левую руку.
Если же возлюбим Бога и ближнего, то так исполним закон Христов (см. Гал. 6,2) и сораспнемся с Ним на Животворящем Кресте.
109. Воздвижение Креста Господня
Все двунадесятые праздники, господские и богородичные, посвящены событиям из жизни Христа или Матери Божией, и только один из них - Воздвижение - посвящен событию более позднего .времени, когда в четвертом веке был обретен крест Господень. Интересно, что праздник называется не Обретение, а Водвижение креста, хотя, по-видимому, обрести столь великую святыню важнее, чем показывать ее народу, для чего, по преданию, и поднимали, то есть воздвигали, крест.
Не знаю, почему так получилось с названием праздника, но думаю, что получилось хорошо, потому что слова "воздвижение креста" напоминают нам о том единственном, чего Господь, все устроивший для спасения человека, ждет от нас. Он ждет, чтобы мы добровольно и благодушно понесли свой жизненный крест, то есть воздвигли крест в своем сердце.
110. Крест несоответствия
Душа каждого человека в каких-то условиях может развиваться лучше, а в каких-то хуже. Кто-то расположен к монашеству, кто-то к семейной жизни; для кого-то естественно обрабатывать землю, кому-то быть ученым, художником; кто-то как бы создан Богом быть в Церкви отцом, кто-то даже владыкой, а кто-то чадом. Так по человеческому рассуждению, хотя и правильному, но Бог выше всякого рассуждения и, бывает, посылает человека с монашеским складом души в мир, а мать троих малюток - в концлагерь. И душа человека томится от такого несоответствия много больше, чем от самих внешних трудностей. Это крест, который нужно нести.
111. Брань - это бич Божий
Бог использует плотскую брань как бич для нашего вразумления, а если мы и от этого не смиряемся, то попускает нам впадать в тяжкие грехи уже не мыслью, а делом. Но и тогда еще не все потеряно, нужно лишь не отчаиваться и не оправдывать себя, не искать виноватых, а признать причиной грехопадения собственную гордость, смиряться, искренне укорять себя, и тогда Господь умилосердится и пошлет Свою помощь.
112. Болезнь временна, а жизнь вечна.
Бог дает нам скорби и телесные болезни, чтобы мы исцелялись от душевных недугов. Люди ли нас обижают, сами ли себе вредим, болеем ли, даже когда демоны на нас нападают и искушают - во всем этом действие благой воли Божией, все это послано Богом нам на пользу.
Зло только в нарушении заповедей Божиих. Когда я их нарушаю, причиняю себе зло. А если кто-то их нарушает, причиняя мне этим боль, то он себе этим вредит; я же, если принимаю боль благодаря Бога, получаю пользу. Все, что идет на меня извне, я должен принять как посланное Богом, сам же должен жить по заповедям Божиим и, прежде всего, не осуждать своих обидчиков.
113. Хотеть ли худеть?
Наши поражения (в том числе грехопадения) часто полезнее наших побед, потому что первые смиряют, а вторые возносят.
Я человек толстый и от этого всегда страдал и хотел похудеть, но только недавно понял, что это было греховное желание. Действительно, зачем хотеть худеть? Грехом является отнюдь не полнота. Лев Оптинский, великий преподобный отец, пророк и чудотворец, был очень полным, не от чревоугодия, конечно, а от болезни. Чревоугодие является грехом, толстый человек или нетолстый. Но мы на это внимания не обращаем и хотим есть повкуснее и до отвала, но при этом еще и сохранить стройную фигуру, чтобы нравиться девушкам или, наоборот, мужчинам. Это подход нехристианский.