Страница 8 из 18
и поцелуй любви, примите заповедь Господню:
Отвергнись себя! Возьми свой крест и последуй за
Мной – куда бы Я ни пошел... Аминь.
Воздвижение Креста
Господня
1989 г.
Сегодня
мы празднуем обретение Животворящего Креста
Господня. Для нас Крест – знак Божией любви к нам.
Мы знаем, что на кресте был распят Господь. Мы
знаем, что на нем Он умирал долгой,
страдальческой, человеческой смертью. Но чувство
реальности смерти Богочеловека редко
пронизывает нас тем ужасом и трепетом, которые
должны бы всегда жить в наших душах.
Крест – это образ; однако
было время, когда этот крест был мучительной
реальностью умирания Человека Иисуса из
Назарета. Для нас крест связан только с Ним и с
тайной нашего спасения, но в то время крест был
“просто”, как ни страшно употребить такое слово,
орудием пытки и смерти. На крест пригвождались
преступники, чтобы мучительной смертью
заплатить за зло, принесенное людям, и чтобы их
страшная смерть вселяла страх в жителей
окрестных городов и деревень.
Крест был наказанием для
преступников; и среди распинаемых оказался Тот,
Которого мы называем своим Господом, – Иисус
Христос. Суд Синедриона и римского прокуратора
признали Его достойным смерти за преступления. В
чем же преступления Христа, за которые Он принял
муки?
Во-первых, образ
Спасителя-Мессии, явленный людям Иисусом
Христом, оказался несовместимым с тем образом,
который они выработали для себя сами. Истинный,
живой Богочеловек разбился об идола, созданного
людьми из их представлений о том, каким Он должен
быть. Фальшивый образ Мессии как будто
восторжествовал над Богом, пришедшим во плоти.
Другим Его преступлением
было Его учение о любви. Оно вносило страх и ужас
в каждую душу, не готовую погибнуть ради
благовестия, ибо Евангелие содержало страшную
весть о том, что Царство Божие не допускает в себя
никакого себялюбия, что человек должен
отказаться от себя, чтобы жить только любовью к
Богу, к людям. Ни тогда, ни теперь люди не могут
этого принять легко, потому что это значит убить
в себе все себялюбивое и низменное.
Господь “преступил”
против людей еще тем, что разочаровал их. Они
ожидали политического вождя, им нужна была
только земная победа над поработившей их Римской
Империей, над чужой, ненавистной властью, а Он
предлагал им Евангелие: смирение и кротость. Он
призывал их любить врагов, подобному тому, как
Отец Небесный любит всякого человека, и теперь,
после Креста Господня, можем сказать: любит
крестной любовью, любит до пролития Своей Крови,
до смерти Своего Сына.
В то отдаленное от нас
время, когда был найден Крест Господень, все это
было еще близкой реальностью, его можно было
коснуться, тронуть рукой. Его дерево было еще
конкретно, реально и жестко, как суд и смерть.
Тогда он был принят с трепетом, ужасом и любовью и
был воздвигнут – поднят на высоту – Патриархом
Иерусалимским, чтобы все могли видеть древо
крестное, на котором, как преступник, по злой воле людей умер Царь мира и
Спаситель всех, Тот, Кого Бог послал не судить, а
спасти мир.
Вспомним и мы эту
страшную, конкретную реальность креста и
распятия, и поклоняясь сегодня образу того
Креста, перенесемся духом в те страшные дни,
когда Бог смертью Единородного Своего Сына
одержал победу над тьмой и спас нас от власти
смерти, греха, диавола. Ответим любовью на любовь
– мало поклониться Древу, если мы останемся
чуждыми тому, ради чего принесена эта жертва.
Поклонимся Кресту.
Осознаем, что Христос умер, потому что
преступники мы. Апостол Павел говорит, что и
за друга своего мало кто согласится отдать жизнь,
разве что за благодетеля (Рим. 5, 7), а Христос умер
за ненавидящих Его, за людей, которые способны,
как и мы, пройти мимо Его жертвы и не дрогнуть
душой, не преломиться волей, не перемениться до
конца.
Обратим наш взор на Крест.
Сказано в Писании: Воззрят на Него, Егоже
прободоша (Ин. 19, 37), взглянут на Него те, которые
пробили Его ноги, руки, ребро. Таковы мы, и если
только Крест нас не обновит, то рано или поздно мы
станем перед Ним в ужасе, потому что нам придется
ответить перед своей совестью за то, что мы
прошли мимо Крестной Божественной Любви. Аминь.
Рождество Божией Матери
В Своем Евангелии Господь
и Бог наш говорит: Когда наступает время младенцу
родиться, то бывает скорбь: когда же родится –
пребывает одна радость, ибо новая жизнь вошла в
мир... И когда рождается ребенок, окружающие
дивятся: какова будет судьба этого младенца?
Рождение младенца – только первый день его;
какова будет долгая чреда дней, составляющих
человеческую жизнь? И каков будет последний день,
который подведет итог всему, что было жизнью
этого человека?
Сегодня мы празднуем
рождение Божией Матери, и наша мысль обращена к
Ней. Она родилась – снова, как говорит Евангелие,
– не от хотения плоти и не от хотения мужа; Она
родилась от Бога. Она родилась как последнее,
заключительное звено длинной цепи людей, мужчин
и женщин, которые на протяжении всей
человеческой истории боролись: они боролись за
чистоту, боролись за веру и полноту, боролись за
цельность, боролись, дабы на первом месте в их
жизни был Бог, и они поклонились бы Ему в истине и
послужили Ему со всей верностью. В этом длинном
ряду людей были и грешники, в жизни которых, может
быть, была только одна черта, искупающая их
существование; были в нем и святые, в чьей жизни
едва сыщется какой недостаток. Но всем им
приходилось бороться, и у всех них одна черта
была общей: они боролись во имя Божие – против
самих себя, не против других – для того, чтобы
восторжествовал Бог. И постепенно, из столетия в
столетие, они подготовили Наследницу своего
рода, Которая должна была родиться, как и всякий
младенец, в ряду добра и зла, греха и святости, но
была бы таким ребенком, который изберет добро с
самого начала и будет жить в чистоте и во
всецелой верности своему человеческому
величию...
Сегодня родилась Божия
Матерь; сегодня начинается преодоление того
разделения, которое существовало между Богом и
человеком с момента падения; родилась Та, Которая
станет Мостом между Небом и землей; Та, Которая
станет Дверью Воплощения, дверью, раскрывающейся
на Небо. Будем радоваться сегодня, ибо начало
спасения пришло; станем думать о Ней с лаской,
дивиться на Нее и просить Ее научить нас – может
быть, не уподобиться Ей, потому что большинство
из нас не может на это надеяться, но – любить Ее с
благоговением, поклоняться Ей так, чтобы стать
достойными быть одного с Ней рода: рода
человеческого, от которого родился Бог, потому
что Она явила такую совершенную верность. Аминь.
Введение Божией Матери во храм
Есть праздники, сила
которых заключается в воспоминаемом событии;
важно, значительно в них, решающе для судеб
человеческих то, что случилось; таков праздник
Рождества Христова или праздник Воскресения;
решающее значение имеет то, что действительно в
тот день Бог стал человеком и родился на земле,
что именно в тот день воскрес Господь,
умерший крестной смертью ради нашего спасения.
И есть праздники, так же
как и иконы, которые говорят нам о каком-то
внутреннем событии, даже если историческая их
обстановка не ясна. Таков праздник Введения во
храм Пресвятой Богородицы. Чтобы исторически в
древнем Иерусалиме действительно случилось то
событие, которое описывается в богослужебной
песни, – едва ли возможно; но оно сообщает нам
что-то более значительное, более важное о Божией
Матери, нежели физическое Ее вступление во
Святая Святых, которое было запрещено и
Первосвященнику. Это день, когда Пресвятая Дева,
достигшая той ранней зрелости, которая делает
ребенка способным лично переживать, лично
воспринимать и отзываться на таинственное
прикосновение благодати, когда, достигши этого
возраста, Она вступила действительно действительно действительно во Святая Святых – не
вещественное Святая Святых храма, а в ту глубину
Богообщения, которую исторически Храм собой
изображал.
И с каким трепетом мы
должны читать в богослужебной книге слова,
которые приписываются с такой нежностью, с такой
глубиной Иоакиму и Анне: Чадо, иди! И будь Тому,
Который все тебе дал, возношением и сладким
благоуханием! Вступи в ту область, куда нет двери;
научись тайнам и готовься стать местом вселения
Самого Бога... Как дивно подумать, что мать, отец
могут обратиться к ребенку с такими