Страница 66 из 93
В результате, греховность протестантов настолько отделена от спасения, что само спасение достигается ни чем иным как исповеданием правого вероучения. Соответственно и причина потери Царства Небесного сугубо конфессиональная – отпадение от общины. Об этом пишет Ф.Л. Форлайнс: “Единственная причина утраты спасения – это отступничество, или неверие”597. Таким образом, незаметно для себя, баптистская сотериология вернулась к тому же образу уверенности в спасении, которого ошибочно придерживались фарисеи I века.
“Мысль о том, что истинный верующий, у которого есть залог Духа, может полностью и окончательно лишиться благодати, означает буквально то, что Бог может не выполнить Своих торжественных обязательств”598, - пишет Сэмюель Уолдрон. Но Бог не давал обязательств спасать “возложивших руку свою за плуг и озирающихся назад” (Лк. 9,62), “угашающих (в себе) Духа” (1Фес. 5,19), “согрешающих против братьев и таким образом - против Христа” (1Кор. 8,12) или “причащающихся недостойно” (11,29-30). Библия строже смотрит на эти вещи: Праведник, если отступит от правды своей и будет поступать неправедно... будет ли он жив? Все добрые дела его, какие он делал не припомнятся (Иез. 18,24).
“Верующие раз и навсегда спасены благодатью через веру”599 - гласит Символ веры ЕХБ. В отличие от этого убеждения Новый Завет, как видим, отрицает мысль о том, что первоначальная вера, чистота и ревность христианина может вмениться ему впоследствии. Ты много переносил и имеешь терпение, и для имени Моего трудился и не изнемогал. – Говорит Господь, - Но имею против тебя то, что ты оставил первую любовь твою. Итак, вспомни, откуда ты ниспал, и покайся, и твори прежние дела; а если не так, скоро приду к тебе, и сдвину светильник твой с места его, если не покаешься (Откр. 2,3-5; 3,3). Исходя из этого немаловажного библейского принципа, никто из христиан не в праве уповать на то, что он свят и спасён святостью Христовой. Свят Господь и именно поэтому требует святости и от нас (Мф. 5,48). Мы верим, что непременно получим спасение, если только начатую жизнь твёрдо сохраним до конца (Евр. 3,6).
Поэтому апостолы личное спасение чаще всего относят к будущему: Мы веруем, что благодатью Господа Иисуса Христа спасёмся (Деян. 15,11). Мы ныне, будучи оправданы Кровью Его, спасёмся. Им от гнева... примирившись, спасёмся жизнью Его (Рим. 5,9-10). И указывают способ достижения личного спасения: Братия, более и более старайтесь делать твёрдым ваше звание и избрание: так поступая, никогда не преткнетесь, ибо так откроется вам свободный вход в вечное Царство Господа нашего и Спасителя Иисуса Христа (2Пет. 1,10-11). Послание это адресовано отнюдь не к стоящим на пороге веры, а к принявшим с нами равно драгоценную веру по правде Бога нашего и Спасителя Иисуса Христа (1,1). Со страхом и трепетом совершайте своё спасение (Флп. 2,12) – заповедует апостол Павел христианам. Почти то же повторяет и Пётр: если вы называете Отцем Того, Который нелицеприятно судит каждого по делам, то со страхом проводите время странствования вашего (1Пет. 1,17). Вы спасаетесь если преподанное удерживаете так, как я благовествовал вам, если только не тщетно уверовали (1Кор. 15,2). Мы сделались причастниками Христу, если только начатую жизнь твердо сохраним до конца (Евр. 3,14; Рим. 8,23-24). Апостол велит облечься в шлем надежды спасения (1Фес. 5,8) и пребывать в надежде вечной жизни, которую обещал неизменный в слове Бог (Тит. 1,2).
Итак, Новый Завет пропитан: надеждой, упованием, страхом (Божиим) и ожиданием спасения с обязательным “если...”, т.е. с определённой долей необходимой условности опирающейся на чистоту и непрестанность ответного действия человека.
Не таково богословие баптистов. Оставляя без внимания “человеческий фактор” в деле спасения, последние черпают уверенность в личном спасении, в верности Бога Своим обещаниям. “Спасение основано на верности Божией Своим обещаниям милости. Отсутствие уверенности в спасении означает сомнение в надёжности и правдивости Божией”600. “Верность и неизменность Бога – вот гарантия нашего спасения в вечности”601 - утверждают баптисты. Но взгляд на спасение человека, был бы односторонним без рассмотрения самого человека.
Бог неизменен, это верно, но изменчиво сердце человеческое. Мы можем твёрдо говорить о вечном блаженстве Бога, ибо Он неизменяем (Иак. 1,17), но вероятность блаженной вечности человека целиком зависит от его собственной верности неизменному в Своих обетованиях Богу.
“Вера подобна пустой руке, которая хватается за Христа”602,- приводит сравнение баптистский богослов. Это совершенно верный образ отношений Христа-Спасителя и спасаемых Им (т.е. христиан). Рука Бога протянута ко всем одинаково и постоянно, следовательно, уверенность в спасении должна быть уверенностью в постоянстве и непоколебимости человеческой руки ко Христу, а не благонадёжности рук (т.е. обетований) Господних. Никакой пользы не принесёт протянутая рука спасателя, если утопающий изменчив в своём ответном действии.
“Уверенность в благодати и спасении – это не уверенность в том, что Божии обетования верны и истинны. Это уверенность в том, что они относятся к нам. Это знание того, что мы сами как отдельные личности спасены и будем спасены”603, - уточняет баптистское богословие. Но, Божии обетования относятся к “преданным до конца”. И для того, чтобы быть уверенным, что эти обетования относятся к нам, необходимо гарантировать свою непоколебимость пред лицом дьявольских ухищрений. По данному определению С. Уолдрона, христианам нужно более, нежели гарантировать, они должны просто “знать”, что они “как отдельные личности” сделают Евангельские “блаженства”, вводящие в Царство, своими (Мф. 5,3-11). Но, ап. Иаков запрещает подобную самоуверенность. Вместо того, чтобы вам говорить: “если угодно будет Господу и живы будем, то сделаем то или другое”... вы, которые не знаете, что случиться завтра... по своей надменности, тщеславитесь: всякое такое тщеславие есть зло (Иак. 4,15;14;16).
“Царствие Божие стоит позади всего. – Говорит святитель Феофан Затворник, - Начальная точка движения к нему есть призвание к вере и приятие благодати; средина – насаждение в сердце добродетелей с искоренением из него страстей, ревность к чему почерпается из веры и сила на что подаётся благодатию. О Царствии нечего беспокоиться; оно не уйдёт; беспокойся и хлопочи об одном том, чтобы достойным его явиться”604.
Прекрасным изображением двух спасений (общего – по благости Божией и личного – по чистоте сердца) является притча о званных на пир (Мф. 22,2-14). Господь призвал всех. Откликнулись (т.е. поверили в Него) многие. Но когда пришёл Господин, то проявившие личное нерадение были извержены вон. Да, мы (христиане) откликнулись на брачный пир, но все ли мы в брачных одеждах? Как видно из притчи, это определится не ранее пришествия Господина.
С кем бы падший человек ни сотрудничал, он не перестаёт при этом быть падшим, т.е. подверженным искушениям и изменчивости, а посему не может, полагаясь на надёжность другого, гарантировать надёжность свою. Господь обещал дары и помощь (2Пет. 1,3), но Он не отнимает свободы, человек не становится марионеткой в Его руках. Доколе человек жив, он – свободен. Доколе свободен – может грешить, а значит (порой и незаметно для себя) отчуждаться от Бога (т.е. спасения).
Поэтому даже у апостолов не было железной уверенности в личной спасённости. Приняв благовестие всем сердцем и служа Богу ревностно и честно, апостол Павел тем не менее не успокаивал себя “уверенностью в спасении”, а всё же опасался, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным (1Кор. 9,27). И, мысленно прозирая Страшный Суд, писал: Только бы нам и одетыми не оказаться нагими (2Кор. 5,3). Ибо много званных, а мало избранных (Мф. 22,14). Об этом же опасении пишет он и в послании к евреям: Посему будем опасаться, чтобы, когда ещё остается обетование войти в покой Его (т.е. в Царство Божие), не оказался кто из вас опоздавшим. Ибо и нам оно возвещено, как и тем; но не принесло им пользы слово слышанное, не растворенное верою слышавших (Евр. 4,1-2). Говоря “нам” и “мы” апостол разумеет христиан, ибо послание писано к “братьям святым, участникам в небесном звании” (3,1). Непосредственно раскрывает этот вопрос ап. Павел в послании филиппийцам: Братия, я не почитаю себя достигшим; а только, забывая заднее и простираясь вперёд, стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе. Итак, кто из нас совершен, так должен мыслить (Флп. 3,12-15). Апостол склонен был даже свидетельство совести о своей чистоте не рассматривать как основание для уверенности в оправдании на конечном Суде.