Страница 13 из 33
Подвиг, предпринятый преподобным Симеоном, вызвал к себе различное отношение со стороны его современников, как вызывает и теперь. Массы народные были изумлены и с благоговением стали взирать на столп святого Симеона, но из числа монашествующих нашлись такие, которые отнеслись к неслыханному дотоле виду подвижнической жизни с сомнением. Рассказ Евагрия об этом уже отчасти был приведен. "Обитатели святой пустыни (Иерусалимской?) послали к преподобному Симеону своего брата и заповедали ему спросить, что это за странный образ жизни, для чего он, оставив проложенный и святыми мужами проходимый путь, идет иным, необыкновенным и для людей вовсе неизвестным? И вместе с тем, внушали ему сойти и совершать путь избранных отцев. Если он покажет готовность сойти (со столпа), то пустынники позволяли ему жить своим образом, ибо послушание его было бы знаком того, что он подвизается таким образом под руководством Божиим, а когда станет упорствовать, либо окажется рабом своего хотения и не покорится их внушениям, то повелевали совлечь его насильно. Однако святой Симеон, выслушав предложение старцев, немедленно же хотел его исполнить. Тогда пришедший позволил ему совершать свой путь, сказав: "Укрепляйся и будь мужествен; стояние твое от Бога" (65).
В житии Даниила-столпника также рассказывается, как возвращавшиеся из Антиохии (куда они путешествовали по вызову Антиохийского архиепископа) месопотамские аввы (архимандриты) остановились в монастыре не то Теледском (66), не то в самом Телнешине (67), и отозвались о подвиге преподобного Симеона отрицательно. Жители монастыря убедили их взойти и посмотреть собственными очами. Они взошли с преподобным Даниилом, но подняться по лестнице, как предлагал им сам преподобный Симеон, под равными предлогами отказались, за исключением преподобного Даниила, который взошел и получил благословение от святого Симеона на предстоявший и ему в будущем (после смерти святого Симеона) подобный подвиг. Но это были исключения. А вообще неслыханный подвиг и удивительное терпение прославили преподобного Симеона так, что слава о нем распространилась далеко за пределы его округа, дошла и до Рима, где, по свидетельству блаженного Феодорита (68), во всех мастерских при входах ставили изображения столпника (вероятно, изготовлявшиеся не в Риме, а в Сирии) " в надежде получить через то защиту и безопасность". И за пределами римской империи был хорошо известен и почитаем преподобный Симеон, например, при персидском языческом дворе.
Последующие поколения до нашего времени также всегда высказывали свое удивление и почитание исключительному подвигу человеческого терпения и религиозного самопожертвования, явленному миру первым столпником. Только некоторые рационалисты, как, например, известный английский историк Гиббон и английский же поэт Теннисон, позволяют говорить по поводу подвига преподобного Симеона о "страшном фанатизме" ограниченного монаха. Беспристрастные же мыслители говорят по этому поводу о великой силе духа, которая, как известно, начинается там, где теряется чувствительность нашей внешней оболочки. Церковь считает преподобного Симеона одним из своих великих святых и в своих песнопениях так воспевает его подвиг: "Терпения столп был еси, ревновавый праотцем, преподобне: Иову в страстех, Иосифу во искушениих и безплотных жительству, сый в телеси, Симеоне отче наш" (тропарь) (69).
Что же делал преподобный Симеон, стоя в течение 37 лет на столпе? Да то же, что он делал в продолжение всей своей подвижнической жизни, со времени обращения к ней, т.е. в течение 56 лет. Молился, молился пламенно и усердно, соединяя свою молитву с великим постом (пищей его была моченая чечевица и вода, а в святую четыредесятницу он ничего не вкушал), размышлял о дивных судьбах Божиих. Биографы преподобного Симеона говорят, что молитва преподобного Симеона на столпе продолжалась всю ночь, за исключением краткого сна, и весь день до 9 ч., т.е. до нашего 3 ч. пополудни. "Во дни церковных празднеств святой подвижник, по свидетельству блаженного Феодорита, являл особый образ терпения. Со времени заката солнца до самого восхода его на востоке он стоит всю ночь с поднятыми к небу руками, забывая о сне и об усталости", т.е. совершает всенощное бдение. Черта в жизнеописании особенно замечательная, ибо этим свидетельствуется не только великое терпение и великий молитвенный подвиг первого столпника, но и его глубокое уважение к церковным празднествам. Но потом, когда слава о столпническом подвиге святого Симеона распространилась и число приходивших умножилось до чрезвычайной цифры, преподобный отделил часть своего дня с 9 ч. для выслушивания и удовлетворения просьб своих посетителей, которым он давал многочисленные наставления (по блаженному Феодориту, дважды в день) со столпа.
Понятно, что при 10-саженной высоте его подвижнику приходилось сильно напрягать голос. Кроме удовлетворения духовных и телесных нужд приходивших к нему, преподобный Симеон, по свидетельству биографов и многочисленных оставшихся памятников, занимался еще и общецерковными делами, за которыми он, видимо, внимательно следил. Но об этой стороне его деятельности, очень важной в церковной истории первой половины V в., скажем дальше, когда будем говорить об общественном значении и влиянии сирийского иночества в указанную эпоху. А теперь наша речь будет о блаженной кончине святого Симеона Столпника.
Несмотря на сверхчеловеческие невероятные подвиги, которые нес преподобный Симеон, он, как уже было отмечено, дожил до того возраста, который псалмопевец считал крайним - именно до 70 или около этого. Об обстоятельствах преставления блаженного Симеона от сей жизни в жизнь вечную точных сведений в источниках не имеется. У блаженного Феодорита (хотя он может быть и пережил, впрочем, вряд ли), конечно, о смерти подвижника ничего не говорится. Сирийское житие, написанное спустя лишь лет 15 после смерти подвижника, говорит, что эта смерть была ему предвозвещена одним видением еще за 40 лет и, таким образом, не была неожиданной. Ближайшей причиной ее, как рассказывает то же житие, был страшный упадок сил и боль во всем организме (ї 125). Эта предсмертная болезнь продолжалась с вечера 29 августа, которое тогда падало на субботу (очевидно, что год здесь разумеется 459, как, впрочем, потом в ї 137 это прямо говорится: 770=459), три дня: воскресенье, понедельник и вторник. А в среду, 2 сентября 459 г. около 9 ч. (3 ч.) дня, при трогательной обстановке, окруженный учениками и простившись с этим миром, святой Симеон склонил голову на плечо одного своего ученика и предал Богу дух. "И почил, - добавляет сирийское житие, - и пришел в покой от своих подвигов, трудов и мучений". Несколько иначе рассказывает о кончине преподобного Симеона житие, написанное Антонием.
Именно по этому житию, преподобный Симеон скончался в пятницу, но уже в этот день он не показывался собравшемуся народу, как это было у него обычно. То же отсутствие подвижника наблюдалось в субботу и в воскресенье и тогда, поднявшись, ученик увидел столпника неподвижным и безмолвным. После нескольких вопросов стало ясным, что старца в живых уже нет. В этом последнем изображении излагаемого события исследователи видят путаницу и неправильности и поэтому отказывают ему в достоверности (а вслед за этим пунктом и во многих других частностях Vita). Помимо внутренних противоречий указывают (70), что пятница была днем памяти мучеников и святых, а потому и агиографы заставляли умирать описываемых ими святых людей преимущественно в пятницу. Но и сообщение о том же предмете сирийского жития при всей его хронологической корректности (год и день здесь очень хорошо сходятся: 2 сентября 459 г., действительно, было в среду) по внутренним признакам заключает в себе еще более невероятного, чем рассказ Антония. Хорошо предполагают относительно обоих рассказов (принимая во внимание и другие неуказанные здесь частности), что мы в этих версиях имеем в сущности одну сильно стилизованную монастырскую легенду о кончине великого основателя монастыря. За всем тем остается хронологическая проблема о точной дате смерти преподобного Симеона Столпника.