Страница 20 из 33
Наконец, из жития, приписываемого ученику преподобного Антонию, приведем пример покаявшегося у столпа преподобного Симеона великого разбойника ( 20; Lietzmann, 48, 1-54, 2). О значении деятельности преподобного Симеона в социальном отношении красноречиво говорит автор сирийского жития: "Сколь много обремененных освободились через его слово от своих тягостей! Сколь много долговых обязательств было разорвано его стараниями! Как много притесняемых освободились от тех, которые проявляли на них свою силу! Как много рабов было освобождено, и их свидетельства были пред преподобным разорваны! Сколь многие сироты и вдовы были питаемы благодаря столпнику!" ( 57. S. 108, 24-30). Блаженный Феодорит говорит: "Можно видеть его и судьей, выносящим правильные и справедливые решения" (Lietzmann, 17, 3-4). Этим, впрочем, он занимался после 9-го часа, после молитвы, когда его можно было видеть примиряющим враждующих. Сирийское житие говорит еще о благодетельном воздействии преподобного Симеона на понижение процентов. Об этом же говорится и в "Увещаниях", сохранившихся с именем преподобного Симеона, и в письме пресвитера Косьмы. Именно преподобный Симеон, если верить сирийскому житию, рекомендовал брать только полпроцента в месяц (следовательно, 6% в год).
В 92, 93, 95 сирийского жития говорится о помощи преподобного Симеона от притеснений какого-то сенатора антиохийского, затем трибуна какой-то арабской царицы, потом даже какого-то comes (Orientis) - помощи чудесной. Та же чудесная помощь преподобного Симеона простиралась иногда и на бедствующих в море ( 104-105; Ss. 151, 17 - 153, 24). Но и другие сирийские подвижники, по примеру своих предшественников IV в., в годины тяжелых общественных бедствий являлись в числе ходатаев пред власть имущими. Например, когда блаженный Феодорит писал префекту Константию (письмо 42 у профессора Н.Н. Глубоковского, стр. 40-44) о сложении части податей, то, по его словам, об этом вместе с ним просили и все находившиеся в их стране (Кирестике) святые и особенно преподобнейший и святейший муж Божий, господин Иаков (сравни письмо к патрицию Сенатору N 44, стр. 46-47). Оба письма относятся к 447 г.
Но при всех своих подвигах сирийские подвижники-отшельники сохраняли удивительное смирение. Особенно характерным можно назвать следующий случай. Подвижник Полихроний, когда к нему пришел блаженный Феодорит с одним начальником, пожелавшим видеть подвижников, упал к этому последнему в ноги и просил его исполнить одну просьбу. Тому было это неприятно, ибо он думал, что отшельник за кого-нибудь ходатайствует. Но Полихроний, оказывается, просил только принести за него усердную молитву Богу. Тот же подвижник обыкновенно обнимал ноги у всех приходивших к нему и перед каждым падал ниц - будет ли то воин, ремесленник или поселянин4.
Кроме отмеченной духовной и телесной благотворительности необходимо отметить и широкую общественную и церковную деятельность сирийских подвижников, проявлявшуюся особенно в критические и бурные моменты церковной жизни V в. На первом плане здесь должна быть поставлена миссионерская деятельность, отличавшая, как мы видели, сирийских подвижников и в IV в. и продолжавшаяся с неменьшим успехом и теперь, в первой половине V в. В VI, 38 "Церковной истории" Созомена рассказывается об обращении в христианство целого племени сарацинов во главе с шейхом патриархом их Зокомом, у которого по молитвам одного старца-отшельника, родился сын5. Особенно сильное воздействие в деле обращения язычников в Христову веру оказывал преподобный Симеон Столпник. Это не были нарочитые с его стороны подвиги миссионерствования, так как он никогда не сходил со своего столпа, а само собой вытекавшие последствия из необычайности и изумительности подвига всей вообще жизни великого столпника. К удивительному проповеднику веры, стоящему на столпе, стекались толпы жаждущих спасения из различных стран и народов. Феодорит называет исмаелитов, персов, армян, иверийцев, гомеритов (из южной Аравии). В сирийских актах в числе тех, которых обращал в христианство святой Симеон6, подле арабов, армян и иверийцев называются язычники всякого народа. В дальнейшем рассказе выступают арабы (исмаелиты и сарацины).
Биографы насчитывают бесчисленные тысячи принявших крещение по влиянию "стоящего миссионера". На вечно кочующих и носящихся по пустыне номадов естественно должно было производить особенное впечатление долголетнее стояние. Они приходили, по свидетельству блаженного Феодорита7, толпами по двести, по триста человек в одно время, а иногда и по тысяче, торжественно отрекались от своих отеческих заблуждений, сокрушая пред столпом великого светила почитаемых ими идолов и отрекаясь от безумных оргий в честь Афротиды (Uzza)8 (которой они издавна служили), принимали затем Божественные Таинства, подчинялись правилам, какие предлагали им его священные уста, и, простившись навсегда с отеческими обычаями, отказывались от ядения диких ослов и верблюдов. Далее Феодорит сообщает, как наивны были в своей юной христианской вере эти "сыны пустыни". Однажды преподобный Симеон, который, нужно сказать, был очень почтителен к блаженному Феодориту, равно как и к антиохийскому архиепископу, уважая в них священный сан, сказал толпившимся у его колонны бедуинам взять благословение у епископа кирского. Блаженный Феодорит, как он сам рассказывает, чуть не задохся от их стремительного набега. Или еще картинка в том же роде: отряд войска просил молитв и благословения своему начальнику, а другой доказывал, что должно послать благословение его начальнику. Поднялся великий спор, началась великая ссора.
Наконец, они напали друг на друга. "Я, - говорит блаженный Феодорит, - должен был употребить много усилий, чтобы убедить их в необходимости тишины, говоря, что Божий человек может в изобилии дать благословение обоим начальникам". После этих общих замечаний об обращении язычников мы можем привести со слов блаженного Феодорита и отдельные факты. Начальник сарацинов молил блаженного Симеона помочь человеку, которого внезапно на пути постиг паралич всех членов тела. Заставив больного отречься от отеческого нечестия и исповедать веру во Святую Троицу, преподобный Симеон исцелил его от его страшной болезни и приказал ему понести своего начальника. По этому поводу блаженный Феодорит приводит слова Господа, очень часто применяемые к преподобному Симеону и другими исследователями: "Веруяй в Мя, дела, яже Аз творю, и той сотворит, и больша сих сотворит" (Ин. 14, 12). Из сирийских актов можно узнать, что целое селение на Ливане обратилось в христианство после чудесного избавления молитвами преподобного Симеона от диких зверей (по актам - пантер)9. И целый ряд чудес, заставивших арабов обратиться в христианство, живописуется в сирийском житии10. Могущественное воздействие "стоящего миссионера" простиралось не только на кочевников Сирии и Аравии, но шло далеко за пределы этих стран и ощущалось в столь сильно языческой Персии.
Блаженный Феодорит сообщает о приходивших к столпу Симеона персах, а затем о том, что слава подвижника дошла до персидского царя, который тщательно расспрашивал (о чем рассказывали бывшие послами при его дворе византийские чиновники), какова жизнь того мужа (святого Симеона) и сколь велики его чудеса. А супруга царя, говорят, требовала даже елея, благословенного подвижником, и приняла его как драгоценнейший дар. Сирийское же житие ( 102)11 рассказывает о прекращении молитвами преподобного Симеона гонения на персидских христиан, воздвигнутого было на них в Персии по проискам архимага12. Еще то же житие рассказывает о чудесном исцелении больного сына одного хорепископа ( 67)13. В 99 того же жития рассказывается о посещении преподобного Симеона людьми из какой-то отдаленнейшей от Телнешина страны, из которой надо было идти 13 месяцев14. Несмотря на такой длинный путь, припасы этих людей сохранились в целости. Эти люди также крестились. Миссионерством среди язычников занимался и Раббула, епископ Эдесский, после своего обращения (Vita Alexandri). "Евангелизацией" пустынь, соседних с Евфратом (до Пальмиры с одной стороны и до персидской границы с другой), занимался и преподобный Александр со своими "неусыпающими"15.