Страница 74 из 95
Сколько он твердил от лица Божия, чтоб покаялись? — Не послушали. Таковы будут люди и пред концом мира. Тогда потоп взял сынов противления, в конце же мира суд Страшный внезапно постигнет непокоривых. Евангелие всем станет известно; все будут слышать уроки, что жить нечисто — пагубно, но никто слушать того не будет, успокоивая, конечно, свою совесть какими-нибудь суетными словесы, подобными тем, от которых предостерегал Апостол ефесян.
— Вот что приводит святой Павел на мысль христианам ефесским, чтоб воодушевить их и пороков тех бегать и от всех кривотолков, суетными словами умаляющих их тяжесть, слух отвращать. Он хотел страхом суда Страшного исполнить души их и тем поставить их души в напряженную трезвенность и бдение как над сердцем своим, так и над внешними сношениями своими. Стих 7. Не бывайте убо сопричасщницы сим. Сим , то есть сынам противления.
Причастниками их станут, если им уподобятся, а уподобятся им, если, послушав суссловцев, расслабнут в строгом блюдении себя против означенных пороков, и, впадши в них, окажутся противниками слову Божию, которое Апостол им проповедал и теперь предлагает. Убойтесь, говорит, противлением истине и поблажкою нечистоте и лихоимству уподобиться им. Если допустите это, то и участь тех разделите. А участь их — огнь суда и мучения!
— Итак, остерегитесь, и всегда возбуждайте в себе трезвенную бдительность представлением себе картины Страшного суда, чтоб соблюсти себя чистыми от похотных не дел только, но чувств и мыслей. Видим в аскетических писаниях, что для отгнания приражений похоти нет могущественнее средства, как память о суде. Иные советуют стать на суде и не отводить от него мыслей.
Это держит в страхе, поядающем все нечистое. Два многовозбудительных образа заповедует Апостол держать в уме и сердце борющимся со страстьми — образ Господа, распявшегося за нас на кресте для погашения всех недобрых движений, порождаемых раздражительною силою души, и образ Страшного суда для погашения страстных движений похоти. Ими изгоняется из души всякая страсть, ими же, когда доброе намерение угождать Богу утвердится в душе, предотвращается и самое их возникновение.
У кого они сорастворились с сознанием, тот вошел в область бесстрастия. Состояние бесстрастия приближает к всесовершенству Божию, или к светлости Божией. Создав человека по образу Своему, Бог вложил в него все Свои добротности, какие только мог вместить тварь — человек. Сии добротности, по падении, помрачены, закрыты и извращены страстями, прившедшими с самосгию, бывшею источником падения.
Во Христе Иисусе привходящая благодать восстановляет дух наш, в коем образ Божий, и научает его, и помогает ему изгнать из естества человеческого все страсти, омрачающие его, положив в основание сего изгнания попрание самости самоотвержением — что составляет первый шаг в следовании Христу. Когда страсти изгнаны, естество человеческое входит в предопределенное ему совершенство Божеское, в Богоподобие.
Бог свет есть, и тмы в Нем несть пи единыя (1 Ин. 1,5). Этим выражается всесовершеннейшее Его всесовершенство. И человек, когда вступает в Богоподобие, или причащается всесовершенств Божеских, или вкушает Божеских доброт, называется вступающим в свет Божий, облекающимся в него, и самым делом он тогда становится светом. И вот это — и есть, о чем теперь начинает речь свою святой Апостол.
Доселе вводил он христианина в борьбу со страстьми, из раздражения и похоти исходящими, и довел его до состояния бесстрастия — чистого и светлого светлостию Божескою. Теперь, обращая внимание самих же христиан на это изменение, в них совершившееся, он говорит как бы им: вы были тьма, а теперь стали свет. С этого слова начиная, он изображает далее светлость деятельной христианской жизни в себе самой (ст. 8—10)
и светоносность ее для всех не причастившихся света Христова (ст. 11 — 14). Подобное сему Господь говорил Апостолам: вы свет... будьте светильником для всех (Мер. 5, 14—16). Светлость деятельной христианской жизни в себе 5, 8-10 Стих 8. Бесте 6о иногда тма, ныне же свет о Господе: якоже чада света ходите. «Потому так говорит об них, что они озарились Божественным светом» (Феодорит).
«Напоминает им о прежней жизни во грехе и заблуждениях языческих, говоря как бы: вспомните, что вы были и чем стали, — из тьмы — свет. Прежде вы и по догматам (по образу мыслей и верований), и по жизни были настоящая тьма, а ныне вы свет: и Бога истинного знаете, и дела света творите. Сбылось же так с вами не от вашей добродетели, а в Господе, то есть Божественною благодатию.
Так не следует уже вам бывать причастниками сынов непокоривых, на которых грядет гнев Божий. Были некогда и вы таковы же, и были достойны за то гнева Божия, а ныне уже нет: не бегите опять во тьму» (Феофилакт, почти слово в слово из святого Златоуста). Первоначально все крещаемые и миропомазуемые — или возложение рук принимавшие осязательно для себя и видимо для других исполнялись светом.
Отчего и день крещения Господня, в который наиболее собиралось крещаемых, назван праздником светов. В самих крещаемых это сопровождалось совершенным внутренним обновлением, состоянием, в коем они чувствовали, что грех ими уже не обладает (Рим. 6, 12),— иначе — состоянием бесстрастия, которое им предлежало лишь хранить. Ныне мы не видим этого, крещаемые в младенчестве.
Не можем, однако ж, не видеть, что из детей, входящих в самосознательный возраст, одни бывают мирного строя духа, а другие — бурного, то и другое в разных степенях. Это следствие сохранения или несохранения благодати святого крещения и миропомазания. И вообще ныне такой порядок, что благодать в начальных таинствах дается вся сполна; получившие ее тогда, по вере и силе Церкви, пришедши в возраст, принимают обязательства, условливающие общение благодати, и с этой минуты становятся тем, чем первые христиане (и вообще возрастные крещаемые)
становились в самый час принятия таинств. Другая разность теперь та, что мы, вступая в сознательный возраст, находим в себе в большей или меньшей степени развившиеся страсти, несмотря на присутствие благодати: это дикорастущие сорные травы на поле, которого еще не касалась рука земледельца. Они и действие благодати Божией закрывают. Почему нам всегда предлежит труд борьбы со страстьми прежде, чем благодать Божия явится в силе.
Когда страсти самодеятельно с помощшо той же присущей нам благодати бывают наконец побеждены, тогда благодать Духа просиявает. И достигший сего ощущает ее, и другие могут заметить ее. Тогда к таковому вполне приложимо: был тьма и стал свет,— стал то, что первоначально крещаемый и принимавший возложение рук Апостольских становился в этот самый час.
Механического в духовной жизни ничего нет. На какой бы степени духовного просветления ни стоял кто, всегда на нем лежит бдительно хранить и усердно делать. Как тогда, так и ныне для восприявших действо Духа неотложный есть закон, выраженный в следующем стихе: Якоже чада света ходите . Чада света, то есть рожденные вновь благодатию Святого Духа, в Господе Иисусе Христе, по благоволению Бога Отца.
Чада света — чада Бога, в Троице поклоняемого. Почему? — По причине Богоподобия, благодатию восставляемого в духе нашем. Ходить, как свойственно чадам света, есть ходить в Богоподобии, — являя в своем хождении, или в жизни, совершенства, или доброты Божий. Отрицательно определяет это святой Иоанн Богослов, в Ефесе же живший, так: рожденный от Бога греха не творит (1 Ин. 3, 9).
И сам святой Павел в послании к Римлянам, по объяснении силы крещения, говорит: грех вами да не обладает... да не царствует грех в мертвеннем теле вашем... ветхий ваш человек распят в крещении; да упразднится тело греховное, яко ктому не работами вам греху... Теперь предлежит нам одно: ходить в обновлении жизни (Рим. 6, 14, 12, 6, 4). Таково состояние бесстрастных!
— Но оно же есть состояние светлости духовной, по причине проявлений действенности Духа, или исполнения сердца Духом.— Почему далее, объясняя, в чем состоит это хождение яко чад света, Апостол указывает на плоды Духа. Стих 9. Плод 6о духовный есть во всякой благостыни и правде и истине. Ответ на то, если б кто спросил: что значит ходить яко чада света?