Страница 91 из 149
Потому что действие послания является общим делом (Лиц Св. Троицы), и особенно в отношении явления Духа. Он являет Себя не Своим (Божественным) естеством, — потому что никто никогда не видел и не возвестил естество Божие (Ин. 1:18), — но бывает являем т. ск. в действии благодати, силы и действии, которое обще — Отцу и Сыну и Духу. Потому что, с одной стороны, в Святой Троице наблюдаем Три Лица, Которым принадлежат личные Им свойства, принадлежащие каждой Ипостаси в отдельности. С другой же стороны, не только сверхъестественная сущность Троицы является общим свойством Лиц, — которая превосходит всякое наименование, показание и участие, — но также — общи для Них: и благодать, сила, действие, сияние, норма и бессмертие, и вкратце молвить, все то, согласно чему Бог общается и соединяется по благодати со святыми Ангелами и с людьми. Не лишается Дух Святый Своей Простоты по причине раздаяния и в силу различия Лиц в Троице, или в силу различия сил и действий в семь раздаянии. Таким образом, Всемогущий Бог — Един, в Едином Божестве для нас. Потому что ни множественность совершенных Лиц никогда не могла бы произойти, ни мы не могли бы говорить о Самовластном, как дающем Себя во множественность потому что Он обладает силою и силами.
В добавление к сему, мы почитаем образ Сына Божия, Который тем, что стал ради нас Человеком, стал описуем (во плоти), — вознося наше почитание образа к Первообразу. Мы почитаем также святое Крестное Древо и все символы Его Страданий, как божественные трофеи против общего врага нашего рода. Но мы почитаем также и спасительное знамение святаго Креста, священные храмы и места, священные сосуды и словеса, изреченные Богом, потому что в них обитает Бог. Подобным же образом, мы почитаем также иконы всех Святых по причине нашей любви к ним и к Богу, Которого они истинно возлюбили и Которому послужили; в этом почитании вознося наш ум к тем, которые изображены на этих иконах. Мы почитаем также Мощи Святых, видя, что освящающая благодать их священнейших костей не оскудела как и Божество не отступило от Владычнего Тела в течение Его Трехдневной смерти.
Мы ведаем, что по своей природе ничто не является дурным, ни начало зла не является чем–либо иным, как заблуждением от правого пути одаренных разумом людей, которые злоупотребили свободой воли, данной им Богом. Мы любим все церковные предания, как писанные, так и неписанные, и больше всего — таинственнейшее и всесвятейшее Служение (Божественной Литургии), Причастие и собрание в Церкви, в котором (служении) и все другие службы приводятся к божественной цели. Эти священнейшие действия совершаются в священных и божественных чинопоследованиях, согласно Его божественной заповеди и действию, совершенному Им Самим, в память Того, Кто смирил Себя, не истощив, восприял плоть и пострадал за нас. Мы отвергаем и анафематствуем всех тех, которые не исповедывают и не веруют в то, что Святый Дух говорил через Пророков; которые отрицают то, что Господь, являя Себя во плоти, возвестил нам; что Апостолы, посланные Им, проповедывали; и что наши Отцы и наследовавшие их научили нас, но которые вместо этого веруют или в принципы своих собственных ересей или до конца следуют тем, которые повели дурным образом.
Мы с любовью принимаем Святые Вселенские Соборы: Никейский Собор, составленный 318 богобоязненными Отцами, собравшихся против богоборца Ария, нечестиво хулившего Сына Божиего, сводя Его на тварь, и рассекавшего Божество, Которое — покланяемое во Отце, Сыне и Святом Духе, — на тварное и несотворенное; также (мы принимаем) Константинопольский Собор, составленный из 150 святых Отцев [220], собравшихся против Македония, хулившего Святаго Духа, не признавая Его Божество, и против учения Аполлинария, нечестиво учившего относительно воплощения Сына Божиего; также — Ефесский Собор, состоявший из 200 Отцев, собравшихся против Нестория, патриарха Константинопольского, который неправильно понимал личное единение Божества и Человечества во Христе, и никак не желал именовать Деву, истинно родившую Бога, «Богородицею»; также — Четвертый Собор, в Халкидоне, где 630 Отцев собрались против Евтихия и Диоскора, которые проводили учение, что во Христе — одна природа; также — Собор в Константинополе, где 165 Отцев собрались против Феодора и Диодора, которые в своих писаниях держались того же мнения, что и Несторий и были соучастниками его ереси, — и против Оригена, Дидима, и некоего Евагрия, живших до них, и пытавшихся ввести некие басни (языческие вымыслы) в Церковь; также — и Собор, бывший после сего Константинопольского Собора, и собранный в том же городе, состоявший из 170 Отцев, собравшихся
против Сергия, Пирра и Павла, имевших Константинопольский престол, которые отрицали, что во Христе имеют место два действия и две воли, отвечающие двум природам Богочеловека; наконец — и Второй Собор в Никее, где 367 Отцев собрались против иконоборцев.
Еще мы приемлем все те святые Соборы, которые были собраны благодатью Божиею в различные времена и в различных местах для утверждения правой веры и христианской нравственности; среди них находятся и те Соборы, которые были собраны в великом Граде (Константинополе) в знаменитом храме Святой Премудрости Божией, против Варлаама Калабрийца и вместе с ним Акиндина, согласующего с учением того и спешащего путем обмана отмстить за него. Они проводят учение, говорящее что благодать, которой обладают сообща Отец, Сын и Святый Дух, является сотворенной, и является тем светом будущего века, — силою которого и праведники также воссияют, как солнце, что и Христос явил нам наперед, когда исполнился светом на (Фаворской) Горе, — и что вообще вся сила и действие (энергия) Триипостасного Божества являются сотворенными, как и все иные свойства Божественного естества, которое само по себе, является иным (т. е. несотворенным). Эти люди этим нечестиво рассекают единое Божество на сотворенное и несотворенное, и при этом они клеймят, как двубожников и многобожников тех, которые благочестиво почитают тот божественный (Фаворский) Свет, как несотворенный, и всю силу и действие (энергию) Божества, как — божественные; они же клеймят таким образом православно верующих, на том основании, что, как они говорят, ни об одном из свойств Божиих не говорится, как об относящемся к Его природе.
Во мы отвергаем как тех (последователей Варлаама), так и других (последователей Акиндина), как являющихся вместе и безбожниками и многобожниками; и мы, верующие в единое и вместе триипостасное, и всемогущее Божество, — Которое никоим образом не лишается Своего единства и простоты (естества) вследствие сил или Лиц, — совершенно отсецаем тех от полноты (собрания) православно верующих, как именно и поступила сватая, кафолическая и апостольская Христова Церковь путем «Синодальных» и «Святогорских Томов».
К сему, мы ожидаем воскресение мертвых и нескончаемую жизнь будущего века. Аминь.
Беседа на спасительное Рождество Пренепорочныя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии [221]
1. Действительно, всякое время является удобным для того, чтобы положить начало спасительному образу жизни; и показывая это, великий Павел сказал: «Се — время благоприятно, се — день спасения. Отложим дела темная, и сотворим дела светлая; яко во дни благообразно да ходим» (Рим. 13:11–13); не один какой–либо определенный час или день называя благоприятным для спасения, но (говорит, что) после явления Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, всякое время является благоприятным для этого. Потому что, как с восходом чувственного солнца, для людей настает время для телесной деятельности, — как сказал Давид: «Возсия солнце, и изыдет человек на дело свое и на делание свое до вечера» (Пс. 103:22, 23); — так и когда воссияло нам во плоти Солнце Правды, после явления Его, всякое время представляется благоприятным для духовного делания, что тот же Пророк в ином месте являя, — после того, как сказал о Владычнем пришествии: «Камень, егоже небрегоша зиждущии, Сей бысть во главу угла», — привел: «Сей день, егоже сотвори Господь, возрадуемся и возвеселимся в онь» (Пс. 117:22, 24). Но при чувственном солнце, которое словно перебивается ночью, «изыдет», говорится, «человек на делание свое до вечера»; Солнце же Правды, будучи незаходимым, и, по слову Апостола, «не имущим пременения или преложения стень» (изменения и тени перемены. Иак.