Страница 5 из 163
И Павел часто называете богатством спасение людей, как например, когда говорит: "один Господь у всех, богатый для всех, призывающих Его" (Рим.10:12); и еще: "перед своим Господом стоит он, или падает" (Рим.14:4). Видишь, как пророк выражает Божию к ним любовь, промышление, попечение, благоволение, назвав их "достояние Свое". Тем и другим выражением он показывает особенное о них промышление Божие, – и тем, что "избрал", и тем, что – "в достояние Свое". Видишь ли, как он показал Его человеколюбие? Потому и в начале сказал: "ибо я познал, что Господь велик и Господь наш превыше всех богов" (ст. 5). Вот и другую представляет причину – воспевать хвалы. Но скажи мне: ты "познал", а другие разве не знают? Знают, но не так, как я. Люди святые и особенно возвысившиеся могут истинно знать величие Его, не все, каково оно есть в самом себе, – это невозможно, – но яснее других. "И Господь наш превыше всех богов". Вот, скажешь, сказав: "Господь велик" и "ибо я познал", он потом уменьшает силу своих слов, сравнивает Бога с другими богами и по сравнению отдает Ему преимущество. Нет, он сказал так приспособляясь к немощи слушателей, желая мало-помалу возвысить их до такого разумения. Действительно, не очень сильное доказательство величия – сказать, что Бог выше и больше других; но, как я выше сказал, он приспособляет свою речь к немощи слушателей, возвышая их мало-помалу.
Они тогда любили слышать это и убеждаться в этом. 2. А что Бог несравненно превосходит всех, это Он показывает далее, приводя величайшее доказательство Его могущества и тем объясняя, что прежнее сказано им по немощи слушателей. Когда он только указывает на этот предмет, то говорит о неважном; а когда подтверждает, объясняет и доказывает Его величие, то представляет великие дела Его. Какие же он потом представляет дела, достойные Бога и свойственные Ему одному? Посмотри: "все", продолжает он, "что восхотел Господь, сотворил на небе и на земле, в морях и во всех безднах" (ст. 6). Видишь ли всесильное могущество? Видишь ли источник жизни? Видишь ли непреодолимую силу? Видишь ли несравненное превосходство? Видишь ли власть, не встречающую никаких препятствий? Видишь ли, как для Него все легко и удобно? "Все", говорит, "что восхотел Господь, сотворил". Скажи мне: где? "На небе и на земле"; не только здесь, но и на небе; не только на небе, но и на земле; и не только на земле, но и "в морях и во всех безднах". "Бездною" он называет преисподние места земли, равно как словом: "на небе" выражает и места выше небес. Не смотря на обширность их, воля Его нигде не встречает препятствий, но проникает все, и, что подлинно удивительно, Создавший это создал не с трудом, не с усилием, не повелением, но хотением; Он только захотел, и дело совершилось.
Видишь, как Он показал и легкость творения, и множество созданий, и власть неограниченную? Затем, не говоря о самом небе и море, излагает то, что находится в них, и притом не все, находящееся в них, но, оставив находящееся на небе, хотя оно особенно дивно, говорит о том, что близ неба. Почему? Потому, что те предметы, хотя и велики, но многим неизвестны, а эти, хотя и меньше, но открыты и очевидны для всех. Так как он говорил людям, которые не столько верою руководились к разумению предметов невидимых, сколько занимались предметами видимыми, то отсюда он и начинает учение, делая сам тоже, что внушал делать другим. Что же именно? Воспевать Бога за дела Его, возносить Ему хвалы, изучая каждое дело Его и за каждое славословя Его. Увещевая хвалить Бога, он часто говорил: "хвалите имя Господне, хвалите, рабы Господни"; а теперь показывает и то, как должно хвалить, именно: исследуя состав творений, удивляясь и изумляясь премудрости, промыслу, могуществу, попечению Его. Отсюда мы научаемся, что существует не одно наше море, но что много морей, различных и беспредельных, потому что он говорит: "в морях и во всех безднах". Так моря Каспийское, Индийское, Чермное – почти отделены от этого моря, а вне – Океан, окружающий землю. "Он возводит облака от краев земли и при дожде молнии творит. Он изводит ветры из сокровищниц Своих" (ст. 7). Другой (неизвестный переводчик, см. Ориг.
Экз.): поднимая (αναβιβάζων). Третий (неизвестный, см. Ориг. Экз.): привлекает от пределов (ανασπα̃ απ ακρων). Четвертый (неизвестный, см. Ориг. Экз.): от конца (εκ τελέσματος). Так и у Иова сказано: "заключает воды в облаках Своих" (Иов.26:8), и у Соломона: "завязал воду в одежду" (Прит.30:4). Впрочем, он говорит не то, а нечто другое чудное. Что же именно? То, что воздух, сделавшись более густым, поднимается вверх и несется, поднимается то, что тяжело, получая направление противоположное своей природе. Удивительно и то, что в нем держится вода; но гораздо удивительнее то, что тяжелое носится на легком; а еще удивительнее то, что сгустившаяся в этом воздухе вода, вытекая из облака, уже не задерживается последующим воздухом и не сгущается, но разливается во все стороны и нисходит на землю. Если бы она держалась там по своей природе, то должна была бы держаться и в этом воздухе. Если кто пустит на воздух пузырь, наполненный водою, то, когда он понесется по воздуху, понесется и заключающаяся внутри вода, хотя бы она и вылилась из пузыря; так следовало бы и здесь быть. Но так как все исполнено чудес и дела Божии дивны, то все это превышает обыкновенный порядок вещей и наше разумение. Вода, которая держится в воздухе облачном, уже не держится в воздухе последующем. Видишь ли необычайное дело?
Видишь ли, как пророк, представив то, что кажется маловажнее прочего, показал удивительность этого? Затем представляет и нечто другое удивительное: "от краев", говорит, "земли", или: от пределов земли. Облака не только поднимаются, но и носятся, и не везде, где появятся, производят дождь, но часто, прошедши многие страны, миновав города и народы, производят дождь в другом месте. Итак, удивительно не только то, что они поднимаются, но и то, что идут, как бы в горних жилищах, нося в себе тяжесть такого множества вод. 3. "И при дожде молнии творит". Посмотри на другое чудное явление, как соединяются предметы, противоположные по природе. Нет ничего пламеннее молнии, и нет ничего холоднее воды; но и они здесь соединяются вместе, однако не сливаются и не смешиваются, а сохраняют каждая свои свойства. Огонь находится в воде и вода в огне, но ни огонь не осушает воды, ни вода не погашает огня. Между тем молния острее солнечного света, блистательнее и пронзительнее. Это доказывается зрением, которое постоянно встречается с солнечными лучами, а стремления молнии не может выносить даже на короткое время. Притом солнце в продолжение целого дня пробегает небо, а она в одно мгновение – всю вселенную, как и Христос свидетельствует: "как", говорит Он, "молния исходит от востока и видна бывает даже до запада" (Мф.24:27). "Он изводит ветры из сокровищниц Своих".
Вот еще явление природы, которое доставляет нам пользу не малую, а такую, что много способствует нашей жизни, укрепляет и освежает утомленные тела и делает воздух более легким. Дело ветров – приводить в движение воздух, чтобы он, оставаясь неподвижным, не испортился, способствовать созреванию плодов, питать тела. Кто мог бы описать пользу их для мореплавания, и времена года, в которые они являются по порядку и сменяют друг друга, господствуя на море и препровождая плавателей? Один отправляет, другой принимает, идут противоположными путями и служат, так что сама борьба их бывает полезна для жизни; и множество других действий ветров можно было бы исчислить. Но пророк, не говоря обо всем этом и предоставив соображать слушателю, сам представляет только легкость, с какою они производятся. Словами: "из сокровищниц Своих" он выражает не то, будто есть некоторые сокровищницы ветров, но то, как легко Бог управляет ими и как живо и удобоподвижно это создание. Как имеющий что-нибудь в своей сокровищнице свободно вынимает все, когда хочет, так и Создатель всего легко сотворил все и передал природе. Видишь ли, какое разнообразие и в воздухе, подобно тому, как есть много разнообразия в воде и в огне? Из вод иная в источниках, иная в морях, иная в воздухе, иная в облаках, иная на небе, иная выше небес, иная под землею.