Святитель Иоанн Златоуст, собрание сочинений. Том шестой. Книга вторая

Что говоришь ты, блаженный Павел? Неужели галаты в Галатии видели Его распинаемым? Не все ли мы исповедуем, что страдания Его происходили в Палестине, посреди Иудеи? Как же видели Его распинаемым галаты? Очами веры, а не глазами телесными. Видишь ли, как очи веры видят незри­мое? На таком расстоянии и после столь долгого времени они видели Христа распинаемым. Так и вы видите мертвых воскресающими; так и вы сегодня видите прокаженного очи­щаемым; так и вы видите расслабленного восстающим, — и видите более иудеев, которые тогда присутствовали. Они, присутствуя, не признали чуда, а вы, и, не присутствуя, пове­рили, — так что я справедливо сказал о вас, что ваши же блаженны очи, что видят (Мф.13:16). Если же ты и из другого случая желаешь узнать, что очи веры видят невидимое, а на видимое не смотрят, — ведь они не иначе могут увидеть не­видимое, как оставив без внимания то, о чем выше ска­зано, — то послушай беседы Павла об Аврааме, как он очами веры узрел рождение Исаака и таким образом принял обетование. Что говорит апостол? И, не изнемогши в вере, он не помышлял, что тело его, почти столетнего, уже омертвело (Рим.4:19). Велика сила веры! Как робки и слабы суждения человеческие, так крепка и сильна вера. Не помышлял, что тело его, почти столетнего, уже омертвело. Видишь ли, как он пренебрег видимым, как не посмотрел на старость, хотя она была пред глазами?

Но он созерцал очами веры, а не глазами телесными. Поэтому он и не видел ни старости, ни мертвенности Сары: и утроба Саррина в омертвении (Римл.4:19). Здесь апостол указывает нам на бесплодие. Была немощь двоякая: одна от старости, другая от слабости природы; не только тело по возрасту было неспо­собно к деторождению, но и самая утроба была омертвевшею, и самое природное вместилище (деторождения) еще прежде ста­рости было неспособно по причине бесплодия. Видишь ли, сколько было препятствий? Старость мужа, старость жены; бесплодие, ко­торое еще неспособнее старости и в особенности препятствует деторождению. И, однако, Авраам оставил все это без внима­ния и очами веры возвысился до небес, имея величайшее до­казательство на исполнение обещанного — силу Обетовавшего. Поэтому он не поколебался в обетовании Божием неверием, но пребыл тверд в вере, воздав славу Богу (Рим.4:20). Вера есть как бы крепкий жезл и безопасная пристань, избавляющая от заблуждения суждений и успокаивающая душу в великой тишине. Ваши же блаженны очи, что видят (Мф.13:16), — опять нужно повторить это изрече­ние. Хотя иудеи видели совершавшееся в то время, но Господь называет блаженным не внешнее зрение, потому что не оно само по себе видит чудеса, а зрение внутреннее. Они видели слепого и говорили: сей ли есть, не есть сей, — призовем родите­лей его (Ин.9:8,9,18). Слышишь ли, как они сомне­ваются?

Видишь ли, что телесного зрения недостаточно для созерцания чуда? Те, которые присутствовали и смотрели, говорили: сей есть, не есть сей; а мы, отсутствуя, не говорим: этот — не тот, но: он — тот самый. Убедился ли ты, что отсутствие нисколько не вредит, когда есть очи веры, и присутствие не приносит никакой пользы, когда нет очей веры? Какая была польза иудеям от того, что они видели? Никакой. Мы видим яснее их. Итак, если очи ваши видят тем зрением и уши слышат тем слухом, которые Христос назвал блаженными, то мы теперь предложим вам перлы Писаний. Как для иудеев Христос не разрешал вопросов, но еще увеличивал неясность, потому что они не внимали, так и вам, потому что внимаете, нужно ясно представить сокровен­ное. Ученики приступали ко Христу и с удивлением говорили: для чего притчами говоришь им? Он же отвечал: потому говорю им притчами, что они видя не видят (Мф.13:10-13). А так как вы не видя видите, то необходимо говорить вам не в притчах, не так, как тем, которые слушая не слышат. Итак, если вы, не слушавшие тогда, слышите ныне не менее того, как бы слышали тогда, то не следует лишать вас этой трапезы. И Христос назвал послед­них блаженными не менее, как и первых: ты поверил, потому что увидел Меня, гово­рит Он, блаженны невидевшие и уверовавшие (Ин. 20:29). Поэтому не будьте же медленны на добродетель, потому что вы живете не в те времена, а теперь.

Если захочешь, то от этого не будет для тебя никакого вреда, подобно тому, как многие и из живших тогда не получили никакой пользы, потому что не хотели. 3. Итак, что сегодня прочитано? Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие (2Тим.3:1), пишет Павел опять к Тимофею. Страшная угроза; но ободримся: он загадочно указывает нам на те времена и на последующие за ними и на времена при самой кончине (мира). Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие. Кратко изречение, но велика в нем сила! Как ароматы издают благовоние не по количе­ству своему, а по своей природе, так и божественные Писания не множеством слов, но силою содержащегося в них доста­вляют нам всякую пользу. Аромат благовонен и сам по себе, по своему свойству, а когда бросишь его на огонь, тогда он обнаруживает всю свою приятность: так и божественное Писание весьма приятно и само по себе, а когда оно проникнет в нашу душу, как бы попав в кадильницу, тогда наполняет весь дом благовонием. Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие. Он говорит о кончине (мира). Но что до этого тебе, блаженный Павел, что Тимофею, что тогдашним слушателям, которые вскоре имели умереть, освободиться от угрожавших бедствий и злых людей? Я, говорит он, взираю не на настоящее только, но предвижу и будущее; жалею не о настоящей пастве, но и за будущую беспокоюсь и страшусь.

Мы едва проявляем попечение и о тех людях, которые живут с нами; а он обнаруживает великую заботливость и о тех, которые еще не родились. Так и превосходный пастырь не тогда только предостерегает, когда видит волков, устремляю­щихся на стадо и находящихся близ овец, но указывает на них и тогда, когда они еще далеко. Так и Павел, как превосходный пастырь, сидя на высоком месте — в пророче­ском достоинстве — и пророческими очами провидя издалека сбегающихся диких зверей, устремляющихся при самой кон­чине (мира) и нападающих на паству, предрекает и предука­зывает это, чтобы приготовить к бодрствованию и тех, кото­рые еще не родились, и таким пророчеством оградить всю паству. И отец, нежно любящий детей, строя великолепный и огромный дом для детей своих, часто строит его так, чтобы он не для них только был полезен, но и для внуков и для следующих за ними. Так и царь, окружая люби­мый город наружною стеною, делает ее надежною, креп­кою и прочною, чтобы она служила не одному только его роду, но была полезна и всем последующим потомкам, и чтобы она устояла не только против современных ему орудий разру­шения, но и против последующих нападений. Так поступил и Павел.

Апостольские послания — это стены для церквей; он и ограждает ими не только современников, но и будущих лю­дей; и эту ограду он устроил столь твердою и несокрушимою и со всею прочностью так расположил по всей вселенной, что и тогдашних людей и последующих, и нынешних и имею­щих быть после до пришествия Христова она избавляет от всякого нападения врагов. Таковы души святых: любвеобильны, попечительны, превышают любовью отеческую расположенность, побеждают естественную любовь, превосходят и материнские болезни рождения, потому что они исполнены Духа и Божествен­ной благодати. 4. Хотите ли, я докажу и из другого обстоятельства, что святые заботятся не о своих нуждах и беспокоятся не о на­стоящем только, но и о будущем? Ко Христу, сидевшему на горе, говорит Писание, приступили ученики, люди уже достиг­шие старости и имевшие спустя немного времени отойти из на­стоящей жизни. О чем же они спрашивают Его? О чем бес­покоятся? Чего боятся? О чем предлагают вопрос Учителю? О том ли, что будет при их жизни, или что случится в тогдашние времена? Нет. Но, оставив все это, что говорят они? Какой признак Твоего пришествия и кончины века (Мф. 24:3)? Видишь ли, что и они спрашивают о кончине века и заботятся о будущих людях? Апостолы, все вообще и каждый в частности, имели в виду нужды не свои, а остальных.

Та­ков был Петр, верховный в сонме их, уста всех апосто­лов, глава того братства, предстоятель всей вселенной, основа­ние Церкви, пламенно любивший Христа, потому что Господь сказал ему: Петр, любишь ли ты Меня больше, нежели они (Ин.21:15)? Для того я говорю ему похвалы, чтобы вы узнали, что он истинно любил Христа, потому что попечение о рабах есть величайшее доказательство любви ко Владыке; и это не я говорю, но сам Владыка, которого он любил: если любишь меня, говорит Он, паси овец моих (Ин.21:16). Посмотрим же, точно ли он имеет звание пастыря, истинно ли оказывает попечение, истинно ли любит овец, истинно ли питает привязанность к пастве, — чтобы нам знать, что он любит и Пастыря, — так как первое, сказал Господь, есть признак последнего. Итак, этот Петр бросил все, что имел, — мрежу и все, что было в лодке, оставил и море, и ремесло, и дом. Не на то будем смотреть, что это — немногое, а на то, что это — все его имущество, и по­хвалим усердие. Ведь и положившая две лепты положила не­большое количество денег, и однако обнаружила великое бо­гатство усердия, подобно тому как и Петр при великой бед­ности своей показал великое изобилие ревности. Что для иного имение, слуги, дома, золото, то для него была мрежа, море, ре­месло, ладья. Поэтому не на то будем смотреть, что он оста­вил немногое, но — что оставил все.