Страница 114 из 269
Потому Он укорил фарисеев, эти бледные луны, а жене сказал: прощаются тебе грехи (то есть мусор твой Я изметаю из тебя); вера твоя спасла тебя, иди с миром212.
Теперь посмотри на разбойника на кресте справа. Пригвожденный, спорил он со своим товарищем, висевшим слева и хулившим Господа. Благоразумный усовещевал хулителя: или ты не боишься Бога?.. мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал213. Не написано, чтобы этот благоразумный разбойник когда-нибудь ранее видел и слышал Иисуса. Впервые на кресте, корчась от боли, повернувшись к среднему Кресту, он оказался лицом к лицу с Ним. И свет лица Его осветил нечто в душе его, нечто погребенное, засыпанное пеплом, забытое, что от сотворения мира, из поколения в поколение, от предка к потомку восставало, тщетно силилось пробиться наружу. Под впечатлением от этого лица, хотя и окровавленного, измученного, иссиня-бледного, он вспомнил что-то самое исконное в себе, что-то человеческое и божественное и сразу ощутил себя сродным Распятому посередине. В жизни он уподобил себя злодею и скоту, а умирая, ощутил себя человеком. Буря жизни вырвала его дерево с корнем, но он сподобился припасть к Источнику воды живой, чтобы глотнуть оттуда и не умереть. Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое! Два часа размышлений в муках на кресте; два часа покаяния и отвращения к загубленной своей жизни; два часа глядел он на лицо Иисусово – и обрел милость Божию, обновление, оживотворение и переселение в рай.
Истинно говорю тебе, проговорил ему Сын Божий в агонии, истинно говорю тебе: ныне же будешь со Мною в раю214.
Это лишь несколько классических примеров. А куда больше – тысячи – душ тех простодушных, хоть и грешных людей, чьи глаза не могли оторваться от лица Иисусова! Ученики, последовавшие за Ним без слов. Никодим, не разумевший ничего, но из-за сияния лика Его ставший Его тайным последователем. Иосиф и Гамалиил и много других имен и примеров. Для таковых Господь Иисус предстал как прекраснейший сынов человеческих215.
Но многих не тронуло очарование лица Его. Кто они? Это те, в ком и последняя крупица хрусталя превратилась в песок. Это князья еврейские, фарисеи, священники и книжники, ядом лицемерия, тщеславия и формализма вконец умертвившие себя. Они смотрели на это лицо, как слепые смотрят на солнце, и вторили словам пророка: нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему216. Они были тогда, они есть и сейчас среди нас: лицемеры, глупцы слепые, вожди слепые, оцеживающие комара, а верблюда проглатывающие; чаши, омытые снаружи, а внутри полные нечистот; гробы окрашенные, исполненные смерти и мертвых костей, убийцы пророков и священников, змеи и порождения аспидовы, отродье человеческое и чада сатаны. Каиафа, Ирод и Пилат смотрели на лик Иисусов, но не видели в нем ни одной своей черты, ни один луч лика Его не уловил ни одной точки в их душе, на которой бы мог остановиться и которая засветилась бы ему в ответ.
За исключением их и таких, как они, и тогда, и сейчас, и до края времен лицо Иисусово являет лицо Всечеловека. Всякий человек, у кого хоть самый маленький уголок души не разъеден смертью греховной, может увидеть себя в лике Христовом, и свет лика Христова, входя в него, оживляет всю его душу.
Скажи мне теперь, Феодул, какое лицо больше всего хотел бы ты увидеть? И ненасытно глядеть на него в вечности?
Типы
Как чудесно звездное небо, Феодул!
Как прекрасно цветущее поле!
Как прелестны стадо овец или стая птиц!
Как страшен шум волнующегося моря, раскат грома в бурю и клокотание тяжелых градовых облаков!
Все это упоминается в Евангелии Божием, но как нечто второстепенное, вспомогательное и символическое; никогда как главное. Главное – Бог и человек; все остальное – декорации на сцене жизни.
Какие люди вошли в жизнь Спасителя мира! Поистине, Феодул, и это одно из многих чудес Божиих, из которых соткана вся жизнь Его.
Все они типы, и они все типы человеческие.
Возьмем Ту, Которая есть первая страница Евангелия и первая таинница217 Божественных тайн,– Святую Пречистую Богоматерь Марию. Вся Она предана воле Божией: cе, Раба Господня; да будет Мне по слову твоему218. Она вся в Боге, как и весь Бог в Ней. Беспримерная преданность воле Божией, судьбе Божией, стыд девичий, смирение, прославление Бога (величит душа Моя Господа [Лк. 1, 46]) и молчание (а Мария сохраняла все слова сии, сказанные Ангелами и пастухами, слагая их в сердце Своем219). Это тип – прототип – праведной и святой девы.
Иосиф праведный – тип человека законнической правды. Поняв, что Дева Мария непраздна, он надумал тайно отпустить Ее. И тем самым как бы и Ее позора не обнаружить, и себя уберечь от законных последствий. Однако он отказался от своих намерений, когда Ангел Божий явился ему и объяснил, что Дева зачала от Духа Святаго220.
Захария-священник, отец Предтечи Иоанна, был человек хотя набожный и без порока221, но усомнился в благовестии Архангела Гавриила о том, что у него родится сын. Я, говорит, стар, и жена моя в летах преклонных222. Из-за этого сомнения – вестник ли небесный явился ему в святыне храма? – поразил его Архангел немилостью, и он был нем все то время, пока не родился сын его. Захария – тип тех священников, что исправно исполняют свое служение, но слабо веруют в надприродную силу всемогущего Бога.
Елисавета, праведная супруга Захарии и мать святого Иоанна, являет собой благую старицу и сердечную сродницу: когда приходит Пресвятая Дева Мария, чтобы поздравить ее с тем, что она зачала чадо во чреве своем, Елисавета радуется и задерживает свою юную Родственницу у себя в гостях на три месяца223.
Мудрецы с востока, звездочеты, по необычной звезде пришедшие в Вифлеем на поклонение новому Царю224,– типичные ученые-мистики, испокон веков по звездам и сочетаниям звезд толковавшие судьбы людей и народов и видевшие за всеми природными изменениями тайную руку премудрого Промысла Божия. Никогда мир не оставался без таких ученых, и в наше время тоже. Только некогда это были серьезные и набожные мыслители, а теперь это чаще всего астрологи-гадатели.
Ирод-царь, названный Великим,– тип властителя-злодея, удерживающегося у власти благодаря хитрости и насилию. Такие тираны-властители были и на Востоке, и на Западе, и неизвестно, где их было больше, хотя высокомерные историки европейские и привыкли все тиранство приписывать одним только восточным сатрапам225. Почти все кесари римские были такими тиранами. При известии о новом Царе Ирод показал себя и как лукавая лисица, и как кровожадный волк. Как лисица, говорил он звездочетам: пойдите, тщательно разведайте о Младенце и, когда найдете, известите меня, чтобы и мне пойти поклониться Ему226.
А когда звездочеты, наученные Ангелом Божиим, не вернулись в Иерусалим, а отошли другим путем в свою страну, разъярился Ирод, как бешеный волк, и послал палачей, и заклали всех младенцев в Вифлееме и во всей его окрестности227. Много-много невинных детей – первых мучеников Христа ради. Блаженны души их!
Святой Иоанн Предтеча. Он весь был свят; от самого рождения до смерти был свят. Как Святая Дева подготовлена была Божиим Промыслом к тому, чтобы родить Мессию, так и Иоанн в пустыне был подготовлен к тому, чтобы возложить руку свою на главу Мессии и крестить Его во Иордане. Ни хлеба не ел он, ни вина не пил и никогда ни одной заповеди Божией не преступил. Чистый, как песок пустыни, и алчущий правды Божией среди людей, как голодный лев, ищущий ловитвы, он дерзал бесстрашно призывать людей: Покайтесь, порождения ехиднины!228 И ничто не могло заставить его промолчать и не обличать царя Ирода в кровосмешении229. Во все века христианские святой Иоанн был примером и вдохновителем для бесчисленных отшельников, пустынников и аскетов, равно как и для отважных изобличителей людских неправд.
Ну, и апостолы Христовы. Все они типы разных людей и разных человеческих характеров. Андрей, Иаков и Симон Зилот – типы людей, которые не говорят, а делают. Петр – тип людей, которые быстро воодушевляются на всякое добро, но столь же быстро устрашаются всякой напасти. Юный Иоанн – молчаливый, как и брат его Иаков, но прямолинейный и последовательный до конца. Он стоит и перед Крестом своего Учителя, невзирая на угрозу смертельной опасности. Филипп – тип открытого и общительного человека. Через него хотели некие эллины войти в общение с Иисусом230. Он приводит Нафанаила ко Господу. Его [Филиппа]231 Господь спрашивал: где нам купить хлебов, чтобы их накормить? – то есть пять тысяч людей (см.: Ин. 6, 5). При последней беседе Иисусовой он задал вопрос: Господи! покажи нам Отца, и довольно для нас232. Фома – тип человека неустрашимого, но реалистичного. Когда Господь услышал о смерти Лазаревой, Он сразу распорядился идти из Галилеи, куда они только что пришли, в Иерусалим, где смертельная ловушка очевидно была Ему уже приготовлена; тогда сказал Фома перед лицом перепуганных учеников: пойдем и мы умрем с ним233. А когда ему сказали, что Иисус воскрес, он не хотел верить: если не увижу, говорит, на руках Его ран от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его234.