Страница 2 из 3
Но эти, болѣе аріане, нежели христіане, на другихъ своихъ Соборахъ осмѣлились Сына назвать тварію, однимъ изъ тѣхъ созданій, которыхъ Зиждителемъ и Творцемъ есть само Слово. Ибо, если вся Тѣмъ быша, а самъ Сынъ есть тварь; то сотворилъ Онъ и самого Себя. Но какъ творимое можетъ творить? Или какъ Творящій творится?
5) Такъ не стыдятся они утверждать подобное сему, за что и ненавидимы всѣми; выставляютъ просто на видъ Ариминскій Соборъ, когда доказано, что на этомъ Соборѣ они низложены. И если взять это выраженіе, написанное въ Никеи, что Сынъ единосущенъ Отцу, за которое они, какъ показываютъ, препираются съ Соборомъ, и о которомъ всюду жужжатъ, какъ комары; то — или по невѣдѣнію претыкаются о него, какъ претыкающіеся о положенный въ Сіонѣ камень преткновенія (Рим. 9, 33)
, или, хотя и знаютъ, но потому именно спорятъ и непрестанно вопіютъ, что оно служитъ подлинно самымъ строгимъ приговоромъ ихъ ереси. И оскорбляетъ ихъ не выраженіе, но заключающееся въ выраженіи ихъ осужденіе. И въ этомъ опять виновны сами они. Если же хотятъ они скрыть это, хотя и знаютъ; то намъ слѣдуетъ сказать, чтобы и изъ сего явствовала совершенная точность великаго Собора.
Поелику собравшіеся Епископы хотѣли отстранить злочестивыя выраженія, изобрѣтенныя аріанами, каковы: «изъ не-сущихъ»; «именованіе Сына тварію и произведеніемъ»; «было, когда Сынъ не былъ»; «Сынъ измѣняемъ по естеству»; написать же употребляемыя всѣми выраженія, взятыя изъ Писаній, а именно: Слово есть единородный отъ Бога по естеству (Іоан. 1, 14. 18), Отчая сила, единая Отчая премудрость (1 Кор. 1, 24)
, истинный Богъ, какъ сказалъ Іоаннъ (1 Іоан. 5, 20), сіяніе славы и образъ ѵпостаси Отчей, какъ написалъ Павелъ (Евр. 1, 3); а Евсевіевы приверженцы, увлекаемые собственнымъ своимъ зловѣріемъ, говорили другъ другу: «согласимся въ этомъ, потому что и мы отъ Бога; единъ Богъ, изъ Негоже вся (1 Кор. 8, 6)
; древняя мимоидоша, се быша вся нова, всяческая же отъ Бога (2 Кор. 5, 17-18)»; имѣли они также въ виду и написанное въ книгѣ «Пастырь»: «прежде всего вѣруй, что единъ есть Богъ, Который все создалъ и устроилъ, и изъ небытія привелъ въ бытіе»; то Епископы, усмотрѣвъ ихъ коварство и злокозненность нечестія, яснѣе выразили бытіе отъ Бога и написали, что Сынъ отъ Божіей сущности, показывая тѣмъ, что тварямъ приписывается бытіе отъ Бога, потому что существуютъ онѣ не сами отъ себя и не безъ причины, но имѣютъ начало бытія; единый же Сынъ собственно есть Божіей сущности, въ чемъ и состоитъ особенность единороднаго и истиннаго Слова въ отношеніи къ Отцу.
Таковъ былъ поводъ написать: «отъ сущности».
Но опять, поелику Епископы спрашивали у сихъ немногихъ: не именуютъ ли они Сына не тварію, но силою, единою Отчею премудростію, вѣчнымъ образомъ, во всемъ подобнымъ Отцу, истиннымъ Богомъ; то Евсевіевы послѣдователи, какъ замѣтно стало, показывали другъ другу знаками, что и эти выраженія простираются и на насъ, потому что и мы называемся образомъ Божіимъ и славою Божіею, и о насъ сказано: присно бо мы живіи (2 Кор. 4, 11)
; и силъ много: изыде вся сила Господня отъ земли Египетскія (Исх. 12, 41); даже гусеницы и пруги именуются силою великою (Іоил. 2, 25); и: Господь силъ съ нами, заступникъ нашъ Богъ Іаковль (Псал. 45, 8); имѣемъ же свидѣтельство и на то, что мы свои Богу, не просто, но такъ, что назвалъ насъ даже братіями (Евр. 2, 11).
Не печалитъ насъ и то, что Сынъ именуется истиннымъ Богомъ; ибо, содѣлавшись Богомъ, Онъ есть истинный Богъ.
6) Таково развращенное разумѣніе аріанъ! Но и здѣсь Епископы, усмотрѣвъ ихъ хитрость, собрали реченія Писаній: сіяніе, источникъ, рѣка, образъ ѵпостаси, и: во свѣтѣ Твоемъ узримъ свѣтъ (Псал. 35, 10); и: Азъ и Отецъ едино есма (Іоан. 10, 30); и наконецъ яснѣе и кратко написали: Сынъ единосущенъ Отцу; потому что все сказанное выше имѣетъ это самое значеніе.
Напрасенъ ропотъ ихъ, что выраженія эти взяты не изъ Писанія; въ этомъ обличаютъ они сами себя. Нечестивыя выраженія свои заимствуя не изъ Писанія, — потому что нѣтъ въ Писаніи: «изъ несущихъ»; «было, когда не было», — жалуются, что осуждены на основаніи реченій не изъ Писанія взятыхъ, хотя и благочестиво разумѣемыхъ.
Но они, какъ изъ гноя возникшіе, дѣйствительно глаголали отъ земли; Епископы же написали такъ, не сами изобрѣтши выраженіи сіи, но имѣя на то свидѣтельство отъ Отцевъ. Ибо древніе Епископы, почти за 130 лѣтъ жившіе, Епископъ великаго Рима и Епископъ нашего города, письменно осуждали утверждающихъ, что Сынъ — тварь и не единосущенъ Отцу.
Это зналъ и Евсевій, бывшій Епископомъ кесарійскимъ, прежде согласный съ аріанскою ересію, а впослѣдствіи подписавшійся на Никейскомъ Соборѣ. Пиша къ своимъ, подтверждалъ онъ, что изъ древнихъ извѣстны нѣкоторые ученые и знаменитые Епископы и писатели, о Божествѣ Отца и Сына употреблявшіе реченіе: единосущный.
7) Посему, для него же выставляютъ еще на видъ Ариминскій Соборъ, на которомъ они низложены? Для чего отмещутъ Соборъ Никейскій, на которомъ подписались Отцы ихъ и исповѣдали, что Сынъ отъ сущности Отчей и единосущенъ Отцу? Для чего не стоятъ въ одномъ? Они противятся не однимъ Епископамъ, сходившимся въ Никеи, но и Епископамъ у нихъ почитаемымъ великими, а наконецъ даже своимъ.
Посему, чьи же они наслѣдники и преемники? Какъ могутъ именовать Отцами тѣхъ, отъ которыхъ не пріемлютъ ихъ исповѣдашя, написаннаго прекрасно и апостольски?
Если думаютъ, что въ-состоянiи они возражать; то пусть говорятъ, чтобы обличены были противорѣчащіе себѣ самимъ, лучше же пусть отвѣчаютъ: вѣруютъ ли въ Сына, Который говоритъ: Азъ и и Отецъ едино есма (Іоан. 10, 30); и: видѣвый Мене видѣ Отца (Іоан. 14, 9)? «Да», скажутъ они; «поелику написано, то вѣруемъ».
Но какъ же едино суть, и какъ видѣвый Сына видѣ и Отца? Если и о семъ будутъ спрошены, то, конечно, скажутъ: «по подобію», если только не состоятъ въ совершенномъ согласіи съ держащимися сроднаго съ симъ образа мыслей и извѣстными подъ именемъ аномеевъ. И если еще спросятъ у нихъ: какъ Сынъ подобенъ? — смѣло скажутъ: «совершенною добродѣтелію и согласіемъ — тѣмъ, что хочетъ одного и того-же со Отцемъ, и не хочетъ, чего не хочетъ Отецъ».
Но пусть знаютъ, что уподобляющійся Богу добродѣтелію и хотѣніемъ имѣетъ произволеніе перемѣниться. Сказать же сего о Словѣ невозможно, развѣ только и Слово подобно отчасти, какъ и мы, а не подобно по сущности: это же свойственно намъ, созданнымъ и имѣющимъ тварное естество; потому что мы, хотя не можемъ содѣлаться подобными Богу по сущности, однако-же, усовершаясь упражненіемъ въ добродѣтели, уподобляемся Богу, такъ какъ и это даровалъ намъ Господь, и сказалъ: будите милосерди, якоже и Отецъ вашъ милосердъ есть (Лук. 6, 36).
Будите совершени, якоже Отецъ вашъ небесный совершенъ есть (Матѳ. 5, 48). Но что созданное измѣняемо, этого никто не будетъ отвергать, потому что и Ангелы преступили законъ, и Адамъ преслушалъ, и всѣ имѣютъ нужду въ благодати Слова. А измѣняемое не можетъ быть подобно неизмѣняемому Богу, какъ и сотворенное — Сотворшему.
Посему-то, насъ имѣя въ виду, сказалъ Святый: Боже, кто уподобится Тебѣ (Псал. 82, 2)? И: кто подобенъ Тебѣ въ бозѣхъ Господи (Псал. 85, 8)? Богами же именуетъ, хотя сотворенныхъ, но содѣлавшихся причастниками Слова, какъ сказалъ самъ Сынъ: аще оныхъ рече боговъ, къ нимже Слово Божіе бысть (Іоан. 10, 35). Но причастное не одно и то-же съ тѣмъ, чего оно причастно, и не подобно тому.
И о Себѣ сказалъ Сынъ: Азъ и Отецъ едино есма (Іоан. 10, 30), потому что не можетъ сказать сего созданное. Ибо пусть отвѣтятъ ссылающіеся на Ариминскій Соборъ, — можетъ ли тварная сущность сказать: чтó вижу творящаго Отца, то творю и Я (Іоан. 5, 19)? Созданное есть творимое, а не творящее, — иначе бы оно сотворило само себя.
И дѣйствительно, если Сынъ, какъ говорятъ, есть тварь, и творитъ его Отецъ; то, конечно, и самого Себя сотворилъ Сынъ, Который, какъ самъ Онъ сказалъ, можетъ творить все, чтó творитъ Отецъ. Но подобная мысль нелѣпа и крайне несостоятельна; ибо никто не можетъ сотворить самъ себя.
8) Еще пусть скажутъ, — можетъ ли созданное сказать: вся, елика имать Отецъ, Моя суть (Іоан. 16, 15)? Отецъ имѣетъ силу творить, созидать, быть вседержителемъ, также имѣетъ вѣчность, неизмѣняемость. А созданное не можетъ имѣть ни зиждительности, потому что есть тварь, ни вѣчности, потому что имѣетъ начало бытія, ни вседержительности и неизмѣняемости, потому что, какъ говорятъ Писанія, есть обладаемое и измѣняемое по естеству.
Слѣдовательно, если все это свойственно Сыну; то свойственно, какъ сказали мы, не вслѣдствіе добродѣтели, но, какъ сказалъ Соборъ, по самой сущности Сына. И Сынъ не отъ иной сущности, но отъ Отчей, которой и свойственно это. Свойственное же Отчей сущности и ея рожденіе — чтó такое будетъ, какъ не единосущное? или какъ иначе наименуется?