Страница 2 из 16
Подобно этому, утверждает, что «в Боге есть другое слово, кроме Сына, и Сын как причастник оного наименован опять по благодати Словом и самим Сыном». Их же ереси свойственно и это мудрование, выраженное в их других сочинениях, а именно, что «много есть сил, и как одна по естеству собственно есть Божия и вечная сила, так Христос опять не истинная 181 Божия сила, но и Он есть одна из нарицаемых сил, между которыми и прузи и гусеницы называются не только силою, но и силою великою (Иоил 2:25). Есть же много и других сил, подобных Сыну, о которых воспевает Давид, говоря: Господь сил (Пс 23:10). И подобно всем оным силам, и само Слово по естеству изменяемо, по собственной же свободе, пока хочет, пребывает совершенным, а когда восхощет, может измениться, потому что Оно, как и мы, изменяемого естества. Посему, говорит Арий, Бог, предуведав, что Слово будет совершенным, предварительно даровал Ему сию славу, какую человек стал иметь впоследствии за добродетель, почему за дела Его, которые предуведал Бог, сотворил, что таковым стало Оно ныне».
6) Еще же дерзнул сказать он, что «Слово — не истинный Бог, а если и сказуется Богом, то не истинным, а по причастию благодати; как все иные, так и Оно по имени только сказуется Богом. И как все чужды и не подобны Богу по сущности, так и Слово чуждо Отчих свойств и по всему неподобно Отчей сущности, состоит же в свойстве с вещами, получивщими бытие, и с тварями, и есть одна из них». Сверх же этого, соделавшись преемником диаволовой дерзости, Арий написал в своей Талии, что «Отец невидим Сыну и что Слово не может совершенно и в точности видеть и познавать Своего Отца, а чт познает и видит,? то знает и видит соответственно мерам Своим, как и мы познаем по мере сил своих. Ибо и Сын, говорит Арий, не только не познает Отца в точности (недостает у Него и сил постигнуть сие) , но и своей сущности не знает сам Сын». И еще говорит Арий, что «раздельны по естеству, разобщены, разлучены, чужды и непричастны одна другой сущности 182 Отца, Сына и Святого Духа и, как сам он выразился, до бесконечности во всем не сходны между собою по сущностям и по славам; по крайней мере, Слово, говорит он, что касается до подобия славы и сущности, совершенно чуждо тому и другому, и Отцу, и Духу Святому». Такими словами выражался нечестивый и утверждал, что «Сын существует отдельно сам по себе и совершенно непричастен Отцу». И это часть только Ариевых басен, заключающихся в смешном его сочинении.
7) Кто же, выслушав подобные речи и такой напев Талии, по справедливости не возненавидит Ария, который, как на зрелище, шуточно судит о таких предметах? Кто не усмотрит, что для вида только именует он Бога и рассуждает о Боге, как змий, подающий совет жене? Кто, читая и продолжение Талии, не увидит его нечестия, как впоследствии стало видно заблуждение, в какое ухищренный змий вводил жену? Кого не приведут в изумление такие хулы? Ужасеся небо, как говорит пророк, и земля вострепета (Иер 2:12) от преступления Закона, а еще более солнце, негодуя и не терпя тогда телесно наносимых общему всех Владыке оскорблений, которые добровольно понес Он ради нас, отвратилось и, удержав лучи свои, произвело тот, не озаренный солнцем день. От Ариевых же хулений не будет ли поражено онемением все естество человеческое, не заградит ли слуха, не смежит ли очей, чтобы прийти в невозможность, и слышать что-либо подобное, и видеть написавшего это? Сам же Господь не тем ли паче справедливо возопиет на сих как на злочестивых и вместе неблагодарных, ?чтпредрек Он через пророка Осию: горе им, яко отскочиша от Мене: боязливи суть, яко нечествоваша ко Мне: Аз же избавих я, сии же возглаголаша на Мя лжу (7:13), и 183 несколько ниже: и на Мя помыслиша злая. Совратишася ни во чтоже (15:16). Отвратившись от сущего Божия Слова и измыслив себе слово не сущее, ниспали они в ничто.
Посему-то и Вселенский Собор говорящего это Ария изринул из Церкви и, не терпя злочестия, предал анафеме, и Ариево заблуждение признано уже ересью, заключающею в себе нечто большее иных ересей, потому и христоборным оно названо и признано предтечею антихриста. И хотя, как говорил я и прежде, такой суд, произнесенный на злочестивую ересь, всего более достаточен убедить всякого, чтобы бежал от нее, однако же, поелику некоторые из именуемых христианами или по неведению, или лицемерию, как говорено уже прежде, признают ересь безразличною в отношении к истине и мудрствующих так называют христианами, то, допросив их, откроем, сколько можем, коварство ереси, чтобы хоть этим остановленные заградили они себе уста и бежали от ереси, как от лица змиина.
8) Если на том основании, что в Талии выписаны некоторые изречения Божественного Писания, и хулы ее почитают благохвалениями, то, конечно, увидев нынешних иудеев, читающих Закон и пророков, отрекутся с ними от Христа, а может быть, услышав манихеев, произносящих некоторые места из Евангелий, отрекутся с ними и от Закона, и от пророков. Если же так волнуются и пустословят по неведению, то пусть узнают из Писаний, что измысливший ереси диавол по причине смрада собственной его злобы употребляет изречения Писания, чтобы под покровом их, всеяв яд свой, обольстить простодушных. Так обольстил он Еву. Так произвел и другие ереси. Так и ныне убедил Ария притворствовать и говорить по-видимому против 184 ересей, чтобы неприметно посевать в умах собственную свою ересь.
Но и таким образом не утаился этот коварный. За свое нечестивое учение о Божием Слове скоро утратил всякое доверие, и ясно всем стало, что не сведущ он и в других догматах и только притворяется, ни о чем же не рассуждает верно. Ибо может ли истинно учить об Отце тот, кто отрицает Сына, преподавшего откровенное учение об Отце? Или может ли право мудрствовать о Духе тот, кто хулит Слово, подателя Духа? Кто поверит ему, рассуждающему о Воскресении, когда отрицает Христа, для нас соделавшегося перворожденным из мертвых (Кол 1:18)? Возможно ли, чтобы, совершенно не познав преискреннего и истинного рождения Сына от Отца, не имел он погрешительной мысли и о пришествии Сына во плоти? Так и тогдашние иудеи, отрекшись от Слова и говоря: не имамы царя, токмо кесаря (Ин 19:15), вдруг лишены были всего и остались без светильника света, без благоухания мvра, без ведения пророчества, без самой истины и ныне, ничего не разумея, ходят как во тьме.
Кто слышал когда что-либо подобное? Или откуда или от кого услышали это подкупленные и льстивые защитники ереси? Кто, преподавая огласительное учение, говорил им подобное сему? Кто сказал им, что, оставив служение твари, опять приступаете вы служить твари и произведению? Если же сами сознаются, что в первый раз услышали теперь это, то пусть не отрицают, что ересь эта чужда нам и не от Отцов заимствована. Не от Отцов же заимствованное, а ныне только изобретенное может ли быть чем иным, а не тем, о чем предсказал блаженный Павел: в последняя времена отступят нецыи от здравой веры, внемлюще духовом лестчим 185 и учением бесовским, в лицемерии лжесловесник, сожженных своею совестию (1 Тим 4:1–2) и отвращающихся от истины (Тит 1:14).
9) Вот, с дерзновением из Божественных Писаний предлагаем о благочестивой вере и как бы на свещнике поставляем светильник, говоря: истинный по естеству и преискренний Отчий Сын, собственно принадлежащий Отчей сущности, единородная Премудрость, истинное и единственное Божие Слово есть Он, не тварь, не произведение, но собственное рождение Отчей сущности. Посему Он — истинный Бог как единосущный истинному Отцу. Все же прочие, как сказал: Аз рех, бози есте (Пс 81:6), имеют эту благодать от Отца только по причастию Слова чрез Духа, потому что Он есть образ ипостаси Отчей (Евр 1:3), свет от света, сила и истинный образ Отчей сущности. Это сказал также и Господь: видевый Мене, виде Отца (Ин 14:9). Всегда Он был и есть, и не было, когда не был. Как вечен Отец, так вечно Его Слово или вечна Его Премудрость.
Что же представят они нам из этой достойной всякого осуждения Талии? Или пусть сперва прочтут ее, подражая обычаю написавшего, чтобы хотя бы насмешки других вразумили их, как глубоко они пали, и тогда уже пусть говорят. Но что же могут сказать из нее? Не это ли одно? «Бог не всегда был Отцом, но стал Им впоследствии; не всегда был Сын, Его не было, пока не рожден. Он не от Отца, но произошел из не сущего; не собственно принадлежит Отчей сущности, потому что есть тварь и произведение. Христос — не истинный Бог, но и Он обожен по причастию. Сын не знает в точности Отца, Слово не видит Отца совершенно, Слово не разумеет и не познаёт Отца в точности. Христос — не истинное и единственное 186 Отчее Слово, но по имени только нарицается Словом и Премудростию и по благодати сказуется Сыном и силою. Он не неизменяем, как Отец, но изменяем по естеству, как и твари, не имеет достаточной приемлемости для совершенного ведения Отца». Странная подлинно ересь, не имеющая в себе ничего правдоподобного, и Сущего представляющая не сущим, и вместо благохвалений изрыгающая одну хулу!