Страница 104 из 154
Мы не чувствуем необходимости в оговорке, что умерло, собственно говоря, только его тело. В речи мы употребляем название смерти без строгого разбора, точнейшее определение его смысла в каждом отдельном случае предоставляется нашей мысли. Так и Спаситель, говоря о святых, следует этому общему словоупотреблению: «они будут отдавать вас в судилища, и поведут вас к правителям и царям за Меня» (Мф. 10:17, 18) и будут убивать вас. Здесь Он говорит о смерти вообще, но в Своем учении определяет это понятие точнее: «не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить» (ст. 28). Так поступает Спаситель и в других случаях. Так именно выразился Он и в том случае, когда сказал, что «о дне же том никто не знает», ни даже Сын, обладающий всеведением: по человечеству и Я не знаю, — вот как нужно понимать эти Его слова. Конечно, не может не знать последнего дня Сын, в Котором сокрыты все сокровища мудрости и разумения; не может не знать чего–нибудь Тот, кто знает Отца в той же мере, как Отец знает Его. Вот, значит, где разрешение вопроса, — в том, что название Сын относится и к Его божественному достоинству, и к принятому Им на Себя служению. В этом случае, конечно, Он, ведущий все по силе божества, по человечеству оказывается незнающим.
3. Вот Его собственные слова: «если Я свидетельствую Сам о Себе, то свидетельство Мое не есть истинно» (Ин. 5:31). Но самому же Ему принадлежат и эти слова: «если Я и Сам о Себе свидетельствую, свидетельство Мое истинно» (Ин. 8:14). Что–нибудь одно: если истинно, то как может быть не истинным? Если неистинно, то как назвать истинным? В словах — полное противоречие, но мысли согласуются. Иисус вошел в храм и учил, — вошел в храм Создатель храма, Владыка служения; Он учил в храме, чтобы исполнилось пророчество, гласившее: «внезапно придет в храм Свой Господь, Которого вы ищете, и Ангел завета, Которого вы желаете» (Мал. 3:1). И Господом называет Его, и ангелом. О, тайна божественная! О, славное пророческое тайноводство! «Внезапно придет в храм Свой», т. е. в храм Божий. Храм называется своим для Него, чтобы не подумали, что владычество Отца — одно, а царство Сына — другое. Храм Отца, который воздвиг Богу Соломон, этот самый храм пророк называет храмом Спасителя: «внезапно придет» в храм Свой «Господь». Храм Отца есть и храм Сына; храм Сына — храм Отца. Поэтому и сам Спаситель, когда изгонял иудеев из храма бичом, сделанным Им из веревок, говорил: «возьмите это отсюда и дома Отца Моего не делайте домом торговли» (Ин. 2:16). А в другой раз сам же сказал: возьмите это отсюда: «дом Мой есть дом молитвы» (Лк. 19:46). Дом Отца Моего — и дом Мой.
Или, например, евангелист говорит: «пришел к своим, и свои Его не приняли» (Ин. 1:11). Сказано это об иудеях; так как Он просветил их законом и руководил через пророков, то они и были своими для Спасителя. А когда мать искала Его и спрашивала: «Чадо! что Ты сделал с нами» (Лк. 2:48), зачем заставляешь нас искать Тебя? — От ответил: «или вы не знали, что Мне должно быть в том, что принадлежит Отцу Моему» (ст. 49)? Итак, вошел Он в храм и стал учить, и исполнилось другое пророчество: «Я тот же, Который сказал: "вот Я!"» (Ис. 52:6). Он учил, и это не служило к унижению Его достоинства, потому что учил Он по человеколюбию. Когда слышишь, что Он учил, не представляй Его себе одним из обыкновенных учителей. А если это слово — у ч и л — соблазняет тебя, то значит ты не знаешь Его достоинства и не удивляешься Его учению, хотя и слышал, конечно, эти слова: «благословен Ты, Господи! научи меня уставам Твоим» (Пс. 118:12). Иисус «войдя в храм». Нигде не найдешь ты Его нисходящим. Восходил Он от Иерихона в Иерусалим, восходил на гору. Где Бог, там и восхождение. «Блажен человек, которого сила в Тебе и у которого в сердце стези направлены [к Тебе]» (Пс. 83:6). Где добродетель, там восхождение; где порок, там нисхождение: «чтобы я не сошел в могилу» (Пс. 29:4). «И дивились Иудеи, говоря: как Он знает Писания, не учившись»?
А я вместе с Моисеем отвечаю: «Ты Бог мой; превознесу Тебя, восхвалю имя Твое» (Ис. 25:2)! Обличает неверие иудеев, разоблачает непослушание народа, показывает Себя источником мудрости и всякого ведения и говорит: «Мое учение — не Мое, но Пославшего Меня» Отца (Ин. 7:16), всюду показывая, что они противятся ими же исповедуемому Богу, не принимая Того, Кто является для них камнем преткновения. Так как Богу они верили, а Иисуса с сомнением отвергали, то Он умалчивает о собственном достоинстве и противопоставляет им авторитет Отца, показывая, кто борется против Христа, тот восстает и против Бога. Ты считаешь это притворством с Его стороны и пустыми словами, а не доказательством? Но сами дела тебя опровергают. По твоему — о, иудей — рассуждению, унижающему Христа и умаляющему Его дела, Он — не от Бога, разрушает закон и борется против благочестия во имя Своего нечестивого учения; а ты сам борешься по закону, отстаиваешь божественное учение и защищаешь Бога? По твоему собственному сознанию, ты мнишься службу приносить Богу, отталкивая славу Христову и охраняя царство закона. Посмотрим же, что говорит само дело, — куда склоняется суд Божий — в вашу или в нашу пользу? Ты утверждаешь, что защищаешь Бога и борешься с Его противником, разрушающим учение Божие. Посмотрим же, как относится Бог к тем, кто выдает себя за защитников закона, и к последователям человека, попирающего закон.
Я буду говорить о событиях, всем известных. Если какой–нибудь город примет самозванца вместо царя, он подвергает себя опасности, хотя бы и не поддерживал его притязаний: раз самозванец им принят, он должен разделить с ним и кару, угрожающую самозванцу. А если какой–нибудь город закроет перед самозванцем свои ворота, он считается достойным удивления и приобретает благоволение царя за то, что во время опасности остался верным царю, с твердостью выдержал испытание и не променял законного государя на самозванца. Это самое сделал ты, иудей, по твоим собственным словам: ты не принял самозванца, — как ты нечестиво называешь Христа, — восстававшего против закона Моисеева, но отверг его, соблюдая неприкосновенность царства Божия; а Церковь открыла врата Спасителю, по твоему мнению — самозванцу, а по ее исповеданию — Царю славы. Что, какой суд произнесла Истина над теми, которые не приняли Царя? Один город Иерусалим не принял его, и остался ли в нем камень на камне? Один этот город закрыл свои ворота перед Царем славы и, не принявши — будто бы — самозванца, подвергся разрушению; а церкви Божии, повсюду принявшие спасение, цветут и ширятся и восходят от славы в славу.
И далее: пока жив самозванец, друзья его, оказавшие ему поддержку в опасности, благоденствуют, а враги его живут под страхом опасности; но когда самозванец умирает, положение меняется: его враги ободряются, а друзьям угрожает опасность. Что же последовало за осуждением Спасителя на смерть и за отшествием Его к Отцу? К каким последствиям привела Его смерть, как ты утверждаешь, или Его воскресение, как я верую? Если враги царя — или враги этого самозванца, иначе говоря, — благоденствуют, Он действительно самозванец; если же враги в стыде и изгнании, а друзья на свободе и в славе, — дело говорит само за себя, когда для тебя неубедительны слова: вот как возвысил Бог царство Христово, вот как рассеял тех, которые противились Его царству! Мог, конечно, Бог истребить тех, которые отвергли Его Сына; мог уничтожить врагов Царя, ославивших самозванцем Царя славы; но не истребил их, а только рассеял. Если бы истребил, у них было бы такое оправдание: когда бы мы остались на земле, и могли бы уверовать; когда бы распространилась по земле вера в Него, и мы обратились бы к Нему вместе со всей вселенной. Его враги могли бы говорить тогда: мы видели около Него всего навсего двенадцать учеников и потому не обратили на Него внимания; а если бы увидели, что перед Ним преклоняются цари, тогда мы уверовали бы в Него без всяких отговорок.
Зачем Ты поспешил истребить нас прежде покаяния и Своим наказанием предупредил наше исправление? Вот, чтобы никто не имел основания сказать: Распятого мы знаем, а Поклоняемого не видели, — Он и не истребил их, а только рассеял. Об этом просил за них еще пророк Давид: «не умерщвляй их, чтобы не забыл народ мой; расточи их силою Твоею» (Пс. 58:12). Смотри, вот они у дверей Христа торгуют платками и полотенцами. У дверей поставил их Господь, чтобы они были свидетелями воздаваемого Ему поклонения; у церковного крыльца стоят они точно братья Иосифа. В самом деле, как братья Иосифа, видя высокое достоинство своего брата, не решились приблизиться к нему как к родному, но боялись его, так и эти теперь — посмотри — трепещут достоинства Церкви, которым облечена она от Бога и от Владыки и Спасителя всех; посмотри, как они смущены и растеряны при виде распятого в славе. Сравни страдание и славу. На кресте Он провел три часа, от шестого до девятого; а время славы продолжается во веки веков — без конца. Посмотри, как унижение миновало точно тень; посмотри, с какою славою процвела истина: от шестого часа до девятого — уничижение, от века и до века — слава, и нет конца прославлению Христа, безгранична Его слава. Все напрягают свои голоса — пророки, евангелисты, пастыри, учители, епископы — и не могут исчерпать моря Его божества.