Страница 92 из 98
Кратки. По причине горестной старости Иаков воображает уже себя на краю гроба и потому сравнивает свою стотридцатилетнюю жизнь, со стосемидесятипятилетнею жизнью Авраама и стовосьмидесятилетнею Исаака.
И несчастны. Здесь вспоминает он ненависть Исава, притеснения Лавана и мнимую смерть Иосифа.
Если вспомнить, что Авраам и Исаак также перенесли тяжкие искушения и что сей последний почти в таких же летах, в каких теперь находится Иаков, лишился уже зрения, то жалоба Иакова на краткость и бедствия жизни может показаться малодушною и несообразною с свойственным сему патриарху доверием к Провидению. Но недоумение сие уничтожится, если речь Иакова к Фараону разрешится так: «Ты, по моему образу, почитаешь старость мою глубокою, но она не так многолетна, как жизнь моих предков. Причиною престарелого вида моего не столько лета, сколько несчастия и печали».
По числу лиц. С еврейского буквально по устам детища.
ОТСТУПЛЕНИЕ
13. Между тем не стало хлеба по всей земле, потому что голод весьма усилился; и изнурены были от голода земля Египетская и земля Ханаанская. 14. Иосиф собрал все серебро, какое нашлось в земле Египетской и в земле Ханаанской, за хлеб, который жители покупали; и внес Иосиф серебро в дом Фараонов. 15. Наконец серебро истощилось и в земле Египетской, и в земле Ханаанской. Все Египтяне пришли к Иосифу и говорили: дай нам хлеба! Для чего нам умирать в глазах твоих? Ибо серебра нет более. 16. Иосиф отвечал: приведите скот ваш, и я дам вам (хлеба) за скот ваш, если серебра нет более. 17. И так они привели к Иосифу скот свой; и он дал им хлеба за лошадей, и за стада овец, и за стада волов, и за ослов; и кормил их в тот год хлебом за весь скот их. 18. Когда прошел и сей год, то на другой год они пришли к нему и сказали: не скроем от господина нашего, что поелику истощилось серебро, и стада скота уже у господина нашего, то ничего не остается для господина нашего, кроме тела нашего и земли нашей. 19. Для чего погибать в глазах господина нашего и нам, и земле нашей? Купи нас и землю нашу за хлеб; и мы будем с землею нашею рабы Фараону, а ты дай нам семян, чтобы нам сохранить жизнь, и не умереть, и чтобы не опустела земля наша. 20. Таким образом, Иосиф купил всю землю Египетскую Фараону, потому что Египтяне продали всяк свое поле, ибо голод одолел их. И досталась земля Фараону. 21.
Так же и народ сделал он рабами, от одного конца Египта до другого. 22. Только земли жреческой он не купил. Ибо жрецам было подаяние от Фараона, и они питались подаянием, которое давал им Фараон, почему и не продали земли своей. 23. И сказал Иосиф народу: вот я купил теперь Фараону вас и землю вашу; вот вам семена, засевайте поля. 24. Из произведений же давайте пятую часть Фараону, а четыре части останутся вам на семена для полей, на пропитание ваше и находящихся в домах ваших, и на пропитание детей ваших. 25. На сие отвечали: ты спас нам жизнь; да обретем благоволение в очах господина нашего, и да будем рабы Фараону. 26. И наложил Иосиф сию подать пятой части для Фараона на землю Египетскую. Одна только земля жреческая не досталась Фараону.
Наконец серебро истощилось в земле Египетской и в земле Ханаанской. Сказание о Египтянах продолжится и будет доказано, что и без серебра нашли они помощь в Иосифе, но для чего упоминается здесь о скудости Хананеев, а о ее последствиях умалчивается? И краткое сие напоминание о них дает разуметь, что их участь была тяжелее, нежели египтян, а сим объясняется снова многократный и постепенный (см. XIII. 10. XIV. 10. 11. XIX. 13. XXVI. 1) суд Божий на племена Хананейские до совершения его чрез евреев.
Все Египтяне пришли к Иосифу и проч. Удивительно, что народ не захотел в крайности насильственным образом овладеть хранилищами хлеба. Или они были укреплены, или народ еще не был заражен язвою своеволия, свирепствующею в новейшие времена; или в Иосифе очень ясно все видели руку Божию и потому не дерзали восставать на него.
И я дам вам хлеба за скот ваш. Сие определение Иосифа, по соображению обстоятельств, должно истолковать так: все египтяне, имеющие скот, должны отдавать его в руки правительства; за то весь народ (ибо не имеющие скота, конечно, не были осуждены умереть от голода) будет получать потребное количество хлеба целый год (17. 18). Сие определение вместе с выгодою царя имеет в виду будущую пользу народа; ибо скот, истребляемый в частных руках и соединенною с неплодородием скудостью пажитей, и необходимым употреблением в пищу, несравненно лучше мог сохраниться чрез распоряжение правительства.
И досталась земля Фараону. След сего права виден у Геродота (L. И, с. 468) и Диодора (L. I).
Кроме жрецов, безданно владели полями воины, но что поля сии не были собственностию их, сего признак тот, что владельцы переменялись ежегодно. Народ нанимал землю для возделывания у царя, жрецов и воинов.
Только земли жреческой не купил и проч. По свидетельству Диодора, жрецам принадлежала в Египте третья часть земель, так как третья же царю и третья воинам. Доходы сих земель употреблялись как на издержки священнодействий, так и на содержание жрецов, достойное их сана; поелику они пользовались по царе высочайшими преимуществами чести и власти. Цари хотели, чтобы богослужение всегда имело один образ и одних служителей, и чтобы ни в чем не нуждались те, которые в важнейших делах царственных были сотрудниками, советниками и наставниками.
Да обретем благоволение и проч. То есть за счастие почтем искупить нашу жизнь, сделавшись рабами Фараону.
И да будем рабы Фараону. Слово раб у Евреев означает часто служителя вообще и также подданного; но здесь должно быть принято во всей строгости своего значения.
Подать пятой части для Фараона. Не тяжкая дань в столь плодоносной земле, где пятою частью годового сбора хлеба можно питаться целый год, как то показало время голода.
Польза постановления Иосифова видна в последующие времена Египта. Диодор замечает, что доходы с земель освобождали царей Египетских от необходимости обременять народ податями другими.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
27. Таким образом, Израильтяне поселились в земле Египетской, в земле Гесем, приобрели в ней собственность, и возросли, и умножились весьма.
Сим заключением писатель доводит сказание о переселении в Египет до своих времен, как бы так говоря: «Вот происшествия, чрез которые предки наши утвердили свое пребывание в Египте, где племя наше возросло в целый народ».
ЗАВЕЩАНИЕ ИАКОВА ИОСИФУ. Б. XLVIL 28–31
28. И жил Иаков в земле Египетской семнадцать лет, а всего времени жизни Иаковлевой было сто сорок семь лет. 29. Когда же дни Израилевы приближались к смерти, тогда он призвал сына своего Иосифа и сказал ему: если я обрел благодать в очах твоих, положи руку твою под стегно мое и клянись, что ты сделаешь со мною милость и истину, не похоронишь меня в Египте. 30. Я хочу лечь с отцами моими; посему вынеси меня из Египта и похорони меня в их гробе. Иосиф отвечал: я исполню по слову твоему. 31. Он продолжал: клянись мне. И клялся ему. И поклонился Израиль на возглавие одра.
Переселение Иакова в Египет и долговременное в нем пребывание представляет вниманию наблюдателя вопрос: что было тогда в мыслях патриарха с обетованием о земле Ханаанской? Сие разрешает дееписатель в настоящем сказании, показывая, что Божие обетование никогда не выходило из мыслей и благочестивых желаний Иакова; и что, следственно, к Египту он был привязан только чрез Иосифа необходимостью, но для оставления его терпеливо ждал мановения свыше.
Положи руку твою под стегно мое (см. примеч. на Быт. XXIV. 2).
Сделаешь со мною милость и истину. Я прошу от тебя как благодеяния, и требую как сыновнего долга к отцу завещающему.
Не похоронишь меня в Египте. В основании сего желания различные толкователи полагают: обыкновенную любовь потомков к предкам и уважение к месту их погребения; намерение деятельно показать своему дому, что его мысли и желания не должны быть привязаны к Египту, но непрестанно устремлены к земле обетованной; оставить свидетельство своего уверения о непременном возвращении в нее и памятник веры в Бога для отдаленных потомков; усладительную мысль почивать самыми смертными останками во святой земле, где процветать будет истинное Богу служение и где во Христе откроется начаток воскресения мертвых.
Первая из сих догадок не изъясняет желания Иаковлева, потому что утешение соединить гроб свой с гробами предков тогда только может быть действительно, когда земля гробов сих есть верное и безопасное местопребывание потомков. Притом, дабы почивать с предками, все патриархи долженствовали бы нести свои гробы в землю Халдейскую.