Страница 24 из 65
— Ах, няня, и не глупый ты человек, а ведь какой вздор ты городишь! Разве можно сравнивать положение крепостного с свободным человеком! Разве ты не видишь, что творится кругом? Какое тиранство, бесчеловечье повсюду!
-99
— Так ведь я, матушка-барыня, про нашего Ваську вспоминаю! Как ему, значит, было жить у нас. А как вы изволите сказывать насчет бесчеловечных помещиков, так я вам осмелюсь доложить, что у таких-то еще лучше крепостному: если со смирением крест свой принять, так к лику святых угодников сопричтен будешь...
113
— Ну, уж ты насильно даже в рай собираешься гнать!» Какие огненные, свободные, дерзновенные слова крепостной «рабыни», «вещи», которую, если она обладает даже «феноменальными» способностями, по понятиям этого мира, продают только за полторы тысячи целковых (!)114 и которая в присутствии сильных людей века сего безбоязненно считает себя родней лику святых угодников Божиих, — и какие жалкие, убогие, «интеллигентские» рассуждения о ценности и красоте свободы по прописям и азбукам доморощенных и иностранных «философов» срываются с уст даже самых просвещенных помещиков и помещиц!.. Даже понять не могут последние первых. Им говорят о смирении, святом кресте, добровольном отсечении своей воли ради заповеди Христовой, а у них это извращается каким-то непостижимым образом в «насильно в рай гнать!» и «вздор городишь!» Откуда эти чудовищные представления о христианстве и откуда такая логика, понять невозможно!..115
Но, опять говорю, какое святоотеческое учение в устах старицы, какой духовный мед!
9. Гибельные результаты самочиния на пути спасения
«Я не знаю другого падения монаху, — говорит преп. авва Дорофей116, — кроме того, когда он верит своему сердцу. Некоторые говорят: "от того падает человек или от того", а я, как уже сказал, не знаю другого падения, кроме сего, когда человек последует самому себе. Видел ли падшего — знай, что он последовал самому себе».
Жития святых и отеческие творения приводят множество примеров пагубных плодов самочинного подвижничества. Довольно того, что сказано было выше в параграфе о прелести, чтобы иметь о них понятие. Приводить эти случаи,
причинившие глубокие падения подвизавшимся и самую смерть, нет больше
117
нужды .
Но сообщу один случай, показывающий, что самочиние сказывается и наказывается, не только когда мы не исполняем отеческих заповедей или избегаем их, но и когда
-100-
прибавляем подвигов больше, чем они требовали от нас. Многие думают, что это неважно, и есть даже такие, которые считают это за добро, а на самом деле это тоже зло.
Авва Ираклий рассказал следующее:
«Один старец много лет имел у себя ученика весьма послушного. Однажды боримый искушением ученик, поклонившись, сказал старцу: "Сделай меня монахом". Старец отвечал ему: "Посмотри место, и сделаем тебе келью". Потом пошли они и сделали келью. И говорит старец брату: "Делай, что я скажу тебе, — когда захочешь, ешь, пей, спи; только до субботы не выходи из своей кельи; а тогда приходи ко мне". Брат два дня исполнял заповедь старца, но в третий день стал скучать и говорит: "Что это сделал со мною старец?" Встав, пел он много псалмов и вкусил пищи уже по захождении солнца. После сего пошел спать на свою рогожу и видит, что на ней лежит ефиоп и скрежещет на него зубами. В сильном страхе побежал он к старцу и, стуча в дверь, говорил: "Авва! умилосердись надо мною, отвори скорей!" Старец, зная, что он не сохранил наставления его, не отворял ему до утра. Поутру отворив, нашел его за дверями умоляющим, и, сжалившись, старец ввел его к себе. Тогда он сказал: "У меня, отец, есть нужда до тебя — я видел черного ефиопа на своей рогоже, когда пошел спать". Старец отвечал: "Это ты потерпел за то, что не исполнил моего наставления". Старец по возможности изобразил ему правила монашеской жизни и отпустил его. Брат скоро сделался добрым монахом»118.
10. Качества доброго наставника
Иоанна Лествичника, показывающих, какими качествами должен отличаться человек, преподающий другим правила спасения, если он хочет, чтобы из его слов выходила польза чужой душе и своей собственной, а не вред.
-101-
«Учителям неприлично преподавать наставления, выписанные из сочинений других, так же как и живописцам, когда они делают только списки с чужих рисунков»119.
Отсюда следует, что надо пройти добродетель на собственном опыте, а потом учить других. Тогда, если и словами святых отцов будем преподавать учение, все равно оно будет действовать. А если не так, то хотя бы мы и целую святоотеческую библиотеку возложили на голову нашего собеседника, не убедим его120.
«Великий стыд для наставника молиться Богу о даровании послушнику того, чего сам еще не стяжал»121.
«Духовный врач должен совершенно совлечься и самых страстей, чтобы мог он при случае притворно показывать какую-либо из них, и особенно гнев. Если же он
совершенно не отринул страсти, то не возможет бесстрастно принимать на себя их
122
личины» .
«Если ты получил от Бога дар предвидеть бури, то явно предвозвещай о них находящимся с тобою на корабле. Если не так, то ты будешь виновен в крушении корабля, потому что все с полною уверенностью возложили на тебя управление
123
оного» .
«Насколько настоятель видит к себе веру как послушников, так и мирских посетителей, настолько он обязан со всяким опасением блюсти себя во всем, что делает и говорит, зная, что все смотрят на него как на главный образец и все от
124
него принимают за правило и закон» .
«Не может врач исцелить больного, если сей не убедит врача просьбою и открытием язвы с полною доверенностью. Устыдившиеся врачей подвергали раны
125
свои гниению, а многие нередко и умирали» . Т ак же, конечно, должно судить и о духовных врачах и больных.
«Пастырь не должен всегда безрассудно смиряться пред подчиненными, но не должен и возноситься всегда несмысленно, взирая в обоих случаях на пример апостола Павла. Господь часто закрывает очи подчиненных не видеть немощей в
предстоятеле; а когда сам предстоятель начнет им объявлять свои недостатки,
126
тогда родит в них неверие» .
«Виновного прежде всего должно спрашивать, впрочем наедине, какие именно его согрешения. Это должно делать по двум причинам: во-первых, для того чтобы он, всегда убодаемый этой исповедью, пребыл бездерзновенным; во-102-
вторых, чтобы помнил, Б каких язвах мы его приняли, и возбуждался этим
127
любить нас» .
«Смотри, не будь строго взыскателен за малейшие согрешения; иначе ты не
128
будешь подражателем Бога» .
«Еще должно тебе и всякому пастырю рассмотреть и то, что если благодать Божия через нас действует на приходящих к нам, то не от веры ли их это бывает, а не от нашей чистоты? Ибо многие и страстные таким образом чудодействовали. И если многие, как говорит Спаситель, скажут Ему в день судный: Господи, Господи, не в Твое ли имя пророчествовахом (Мф. 7, 22) и проч., то сказанное мною не
129
должно казаться невероятным» .
«Некоторые, ни во что вменяя суд за духовное восприемничество, безрассудно покусились пасти души и, имевши прежде большое богатство, с пустыми руками отошли из этой жизни, разделив во время своего правления другим все добро
130
свое» .
«...Восприятие пастырского попечения о душах бывает различных видов. Совершенное восприятие есть предание души своей за душу ближнего во всем. Иное, когда пастырь принимает на себя прежде сделанные грехи, и только. Иное, когда он принимает согрешения после восприятия бывающие, и только. Некоторые же, по недостатку духовной силы и по неимению бесстрастия, принимают на свою ответственность пред Богом только тяготу повелений своих. Но и в самом
совершенном восприятии пастырь подлежит суду по мере того, сколько принятый им отсекает пред ним свою волю»131.
«Прошу тебя также иметь в виду, что мысленный грех пастыря на суде Божием оказывается важнее греха, на самом деле совершенного послушником; так как и
132
преступление воина легче злоумышления полководца» .
«Научай послушников исповедовать Богу плотские и блудные искушения не по
133
виду, а все прочие согрешения днем и ночью вспоминать подробно» .
«Немощные не должны вкушать пищу с еретиками, как и правила повелевают. Сильные же, если неверные призывают их для познания православной веры, и они хотят идти, пусть идут в приличное время во славу Господа»134.