Томас Гандоу

“Многочисленные церкви, деловые предприятия, комитеты, фонды и другие связанные с Сан Мен Муном группы проявляются, как части одной всемирной организации под руководством и контролем Муна из его центра. Эта организация начиналась как мелкое движение по инициативе Муна в Корее в 1954 г. По различию функций и по своей основополагающей организационной структуре она сходна в настоящее время с международным концерном, вовлеченным в производство, международную торговлю, поставки вооружений, финансовые операции и другого рода деловую активность. Но она выходит даже за эти рамки и охватывает также сферу религиозной, образовательной, культурной, идеологической и политической деятельности. В подготовке и использовании простых членов она походит на полувоенные организации, в то время как в других отношениях обладает признаками международной политической партии с жесткой дисциплиной.

Между множеством организаций осуществляется постоянное и тесное сотрудничество, прежде всего в такой форме, при которой персонал перемещается между организациями, финансовые средства смешиваются, та или другая нижестоящая организация может быть использована так, как будто все они тождественны; само собой разумеется, их всех объединяет личность самого Муна. По причине тесной связи между различными организациями, подкомиссия пришла к выводу, что все они должны характеризоваться как объединение, и в данном докладе рассматривает их совокупность, как “организацию Муна.”

Ниже отдельные подразделения будут рассматриваться под их собственными названиями, без “легализации” тех свойств и черт, которые подаются в их официальных названиях (“академия”, “объединение высших школ”, “церковь” и т.д.).

В качестве самоназваний используются также “Движение объединения” (“Unification Movement” или “движение Тон Киль”). Официально употребляемое наименование для всей организации в США — “Ассоциация Святого Духа — за унификацию всемирного христианства (HSA-UWC)”. Нередко и “церковь объединения” не рассматривается при этом как нечто отдельное.

“Члены “Движения объединения” идентифицируют себя лишь с несколькими целевыми установками Муна, не принимая его учения в совокупности. Органы “Движения объединения” полностью самостоятельны относительно “церкви объединения” ради целей, которым они посвящены, но при этом постоянно имеется ввиду, что их исходный пункт, их “дух-руководитель” — Мун”.

Следовательно, если “церковь объединения” — это кадровая организация, то и другие суборганизации движения Муна следует рассматривать как относительно открытые массовые организации, которые должны вовлекать как можно больше людей — как минимум на лояльную позицию, хотя бы частично, по отношению к Муну и “семье”.

Вся совокупность называется здесь по имени своего основателя, носителя откровения, святителя и бога,8 а одновременно и неограниченного владыки, движением Муна.9 Это помогает понять многоаспектный и достаточно динамичный характер движения в конечном итоге руководимого и организованного не институционным путем, а ориентированного исключительно на руководящую личность.

Используемое здесь определение “движение Муна” будет и после смерти Муна соответствовать самой его сути, поскольку заключает в себе цель движения, а именно — создание теократического фамильного владычества семейства Мун10.

Семья.

В соответствии с этим отдельные суборганизации движения уже сейчас находятся под руководством членов семьи Мун или “Клуба свояков”, то есть тех, кто с этой семьей породнился. Принадлежащими к семье Муна считаются и супружеские пары, усыновленные семьей Муна на “церемонии благословения”. “Семья” тем самым обозначает только, собственно, ядро "церкви объединения" и движения Муна (см. схему).

В широком смысле к семье, а также к сфере ее влияния принадлежат и все те, кто находится в отношении лояльности или зависимости.

Но “среди своих” семьей называли и называют кружок молодых “постоянных членов”. Однако Мун и его жена в соответствии со своими притязаниями должны считаться первыми и единственными “истинными родителями”, а исходя из этого могут назвать своей “семьей” любую аудиторию, вплоть до населения какой-либо страны, или даже все человечество.

Сан Мен Мун и его «движение»

Движение Муна возникло после корейской войны как спиритическое движение нового откровения, группируясь вокруг Сан Мен Муна, выходца из Северной Кореи; по-английски его имя пишется Sun Myung Moon.

Происхождение и легенды

Мун родился пятым ребенком в крестьянской семье 25 февраля 1920 г. (по его нынешним слегка поэтизованным данным — “6 января по лунному календарю”) в деревне Санса Тогон-Мыон около Чонгью в провинции Пхонган Пукто (северная часть провинции Пхонган). Мальчика звали Ёнг (“Дракон”) Мен Мун. Эта местность, относящаяся ныне к Северной Корее и расположенная к северо-западу от нынешней северокорейской столицы Пхеньяна, уже достаточно давно была полностью освоена христианскими миссионерами. Воскресные посещения церкви были обычными для более чем 40% населения.11 Но родители Муна еще долго не входили ни в одну из христианских общин; они продолжали хранить верность вере в духов, корейской разновидности шаманизма. Они перешли в христианство только в 1930 г. после того как брат и сестра Муна, очевидно, страдавшие эпилепсией, побывали на излечении у местного священника и, возможно, даже были исцелены.

Для семьи Мун переход в христианство не означал разрыва с отечественными традициями и ориентации на христианское воспитание и образование, хотя обычно это в Корее считается одним из самых действенных дополнительных аргументов. До 1934 г. Мен Ёнг Мун посещает традиционную (конфуцианскую) школу. Тем самым основное религиозное влияние на юного Муна должны были оказывать эти корни нетронутого, традиционного, корейского воспитания, проникнутого конфуцианством и шаманизмом. Он — как, наверное, и вся его семья — вовсе не был пламенным неофитом, порвавшим с древними традициями; это явствует из того, что имя “Ёнг” он изменил на “Сан” только в 1946 г. Первоначальное имя, обозначающее дракона, говорит об укорененности его родителей в традиционном шаманизме12 — имя дракона должно было защищать ребенка от злых духов.

Излагаемое в жанре легенды жизнеописание Муна в традиции движения (предлагаются весьма живописные, но не всегда согласующиеся между собой варианты его жизненного пути, в то время как надежный фактический материал отсутствует) рисует облик человека с интенсивными религиозными поисками, хотя и отмеченного обычными для Кореи и корейского шаманизма чертами сильных религиозно-эмоциональных потрясений, таких как молитвенная борьба, потоки слез, одинокие блуждания в горах, но одновременно ориентированного и на то, чтобы понимать и усваивать библейские традиции.

Пасхальное видение

Выдержанные в духе житейских легенд сообщения о юношеских поисках Муна венчаются своего рода видением о призвании:

В возрасте 17 лет13 Мун, якобы, получил пасхальным утром видение; при этом Иисус поручил ему завершить Его миссию, потерпевшую неудачу, как об этом сообщалось позднее.14 В Корее пасхальное утро — это традиционное время крещения. Может быть, именно тогда Мун и был крещен — если вообще был — после обычной годичной подготовки по выходе из традиционной школы.

Однако в другом месте говорится: “Конфуций, Лаоцзы, Будда и другие исполняют свои задачи через меня”. Значит, и они вроде бы дали Муну свои поручения, так что вообще неясно, было ли “призвание” Муна изначально христианским, или же это последующая интерпретация.

В изложении 1963 г.: “Когда господину Муну было 17 лет, ему в пасхальное утро явился Иисус Христос и оповестил его, что он избран для выполнения особой миссии, в чем Иисус будет ему помогать. Начиная с этого момента, духовные способности господина Муна полностью раскрылись, так что он обрел способность общаться с верхним ярусом духовного мира”.

Несмотря на “видение о призвании” Мун продолжал учиться в школе. Затем, во время второй мировой войны он был в Японии (где, якобы, изучал электротехнику в университете Васеда, но сведения об этом расходятся и не могут быть проверены). Сообщается о его деятельности в антияпонском Сопротивлении. Точно так же ходят и слухи о том, что он предавал участников Сопротивления.