Троицкие листки

И явился Аврааму Господь у дубравы Мамре, когда он сидел при входе в шатер свой, во время зноя дневного. Он возвел очи свои и взглянул, и видит: три мужа стоят против него. Увидев, он побежал навстречу, им, и поклонился до земли, и сказал: "Владыка! Если я обрел благоволение пред очами Твоими, не пройди мимо раба Твоего. И принесут немного воды, и омоют ноги ваши; и отдохните под сим деревом. А я принесу хлеба, чтобы подкрепиться вам на дорогу". Они сказали: "Сделай так, как говоришь". И поспешил Авраам в шатер к Сарре, и сказал ей: "замеси поскорей лучшей муки, и сделай пресные хлебы". А сам побежал к стаду, и взял теленка нежного и хорошего, и велел отроку приготовить его. И взял творогу и молока, и теленка приготовленного, и поставил все это пред гостями, а сам стоял подле них под деревом; и они ели" (Быт. 18; 1-8). — Так Господь благоволил утешить Своего раба верного, Своего любимца, которого слово Божие называет великим именем друга Божия. И было за что утешить отца верующих! Ради Бога он покинул родину, ради Бога пошел в чужую, далекую сторону, и сам не ведая, куда его Бог поведет. Ради Бога всю жизнь он жил странником, переходя с места на место, послушный велениям одного Господа.

Ему было уже около ста лет, а его жене около девяноста; ему давно обещано Господом потомство, многочисленное как звезды небесные, как прибрежный песок; ему было сказано, что это потомство произойдет именно от жены его Сарры, а у Сарры еще не было детища! Какая сила веры в этом дивном муже, сколько детской преданности ко Господу в его простом и добром сердце! За то вот и пришел посетить его Сам Господь в виде странника, за то и говорит ему теперь, под тенью этого священного дуба: "Я опять буду у тебя в это же время в будущем году, и будет тогда у Сарры — жены твоей —сын". —Сарра слышала это сквозь двери шатра и рассмеялась, подумав про себя: "Где уж мне в старости иметь это утешение? Да и господин мой стар". — Но Господь говорит Аврааму: "Для чего это рассмеялась Сарра, зачем она думает: неужели я подлинно рожу в старости сына? — Разве есть что трудное для Господа?" — Напрасно Сарра стала в смущении и страхе запираться, будто она не смеялась. Сердцеведец сказал ей: "Нет, ты рассмеялась".

Наконец, небесные гости встали и пошли по пути к Содому; Авраам с благоговением провожал Господа и Ангелов Его. Боголюбивая душа патриарха желала сколько можно долее наслаждаться лицезрением своего Господа, ему не хотелось расставаться с дорогими гостями. Два Ангела пошли в Содом, а Господь все еще беседовал со Своим избранником. "Скрою ли Я от Авраама, раба Моего, что хочу сделать? — говорил милосердный Владыка неба и земли: — от Авраама произойдет народ великий и сильный, и благословятся в нем все народы земли. Для того Я и избрал его, чтобы он заповедал сынам своим и дому своему после себя ходить путем Господним, творя правду и суд; и исполнит Господь над Авраамом все, что сказал о нем. — Но вопль Содомский и Гоморрский, — продолжал Господь, — велик этот вопль, и грех их — тяжел он весьма!" При этих словах Господа дрогнуло любящее сердце Авраама: ведь в этих преступных городах жил его любимый племянник, Лот, со своею семьей... Что если грозный суд Божий, карая нечестивых жителей Содома и Гоморры, коснется и этой дорогой для него семьи?.. И вот Авраам приближается ко Господу и начинает говорить: "А праведного неужели Ты погубишь с нечестивыми?.. Может быть, найдется в этом городе до пятидесяти праведников; неужели не пощадишь этого места ради пятидесяти праведников? Нет, не может быть, чтобы Ты погубил праведного с нечестивыми — не может быть этого от Тебя!

Судия всей земли поступит ли неправосудно?" — Какое святое дерзновение веры, какая сила любви к ближнему! Как неотступно вопрошает Авраам Господа, смертный человек — своего Творца и Владыку! — И какое милостивое снисхождение со стороны Господа к Своему бренному созданию! И сказал Господь: "Если Я найду в Содоме пятьдесят праведников, то Я ради них пощажу все место сие". Авраам снова говорит: "Осмелюсь я, прах и пепел, сказать теперь Господу: может быть до пятидесяти праведников не достанет пяти: неужели за то, что не достанет пяти, Ты истребишь весь город?" — Господь сказал: — "Не истреблю, если найду там сорок пять", — Авраам продолжал: "Может быть, найдется там сорок". Он сказал: — "Не погублю для сорока". — Опять Авраам сказал: "Не прогневайся, Господи, если я еще спрошу: может быть, найдется там тридцать". — Господь сказал: "Не погублю, если найдется там тридцать". Авраам сказал: "Осмелюсь я еще сказать Господу: может быть, найдется там двадцать"? Господь сказал: "Не истреблю для двадцати". Авраам опять сказал: "Не прогневайся, Господи, если я спрошу еще однажды: может быть, найдется там десять праведников?" Он сказал: "Не истреблю и для десяти". Этим окончилась необыкновенная беседа: Господь отошел, а Авраам возвратился в свое место.

Воистину велико неизреченное милосердие Господа: ради десяти праведников Он готов пощадить несколько преступных городов; найдутся ли, возлюбленные, среди нас грешных эти десять праведников, ради коих Господь пощадил бы нас в день праведного гнева Своего?..

124. Жизнь святого Апостола Павла, им самим рассказанная

Святой Апостол Павел сам о себе повествует так: "Жизнь мою от юности моей, которую сначала проводил я среди народа моего в Иерусалиме, знают все иудеи: они издавна знают обо мне, если захотят свидетельствовать, что я жил фарисеем по строжайшему в нашем вероисповедании учению (Деян. 26; 4, 5). Я иудеянин, родившийся в Тарсе Киликийском, воспитанный в сем городе при ногах Гамалиила, тщательно наставленный в отеческом законе, ревнитель о Боге (Деян. 22; 3). Если кто другой думает надеяться на плоть (на происхождение от Авраама), то более я, обрезанный в восьмой день, из рода Израилева, колена Вениаминова, еврей от евреев, по учению — фарисей, по ревности — гонитель Церкви Божией, по правде законной — непорочный (Флп. 3; 4-6). Правда, и я думал, что мне должно много действовать против имени Иисуса Назорея. Это я и делал в Иерусалиме: получив власть от первосвященников, я многих святых заключал в темницы, и, когда убивали их, я подавал на то голос. И по всем синагогам я многократно мучил их, и принуждал хулить Иисуса и, в чрезмерной против них ярости, преследовал даже и в чужих городах (Деян. 26; 9-11). Я жестоко гнал Церковь Божию и опустошал ее, и преуспевал в иудействе более многих сверстников в роде моем, будучи неумеренным ревнителем отеческих моих преданий (Гал. 1; 13,14).

Но, благодарю Христа Иисуса, Господа нашего, что Он признал меня верным, определив на служение меня, который прежде был хулитель и гонитель и обидчик, но помилован, потому, что так поступал по неведению, в неверии. Для того я и помилован, чтобы Иисус Христос во мне первом показал все долготерпение, в пример тем, которые будут веровать в Него к жизни вечной (1 Тим. 1; 12,13,16). Идя в Дамаск со властью и поручением от первосвященников, среди дня, на дороге, я видел с неба свет, превосходящий солнечное сияние, осиявший меня и шедших со мною. Все мы упали на землю, и я услышал голос, говоривший мне на еврейском языке: "Савл! Савл! Что ты гонишь Меня? Трудно тебе идти против рожна". Я сказал: — "Кто Ты, Господи!" — Он сказал: "Я — Иисус, Которого ты гонишь. Но встань на ноги твои; ибо Я для того и явился тебе, чтобы поставить тебя служителем и свидетелем того, что ты видел, и что Я открою тебе, избавляя тебя от народа Иудейского и от язычников, к которым Я теперь посылаю тебя, открыть глаза им, чтобы они обратились от тьмы к свету, и от власти сатаны к Богу, и верою в Меня получили прощение грехов и жребий с освященными". Поэтому я не воспротивился небесному видению. Но сперва жителям Дамаска и Иерусалима, потом всей земли Иудейской и язычникам проповедовал, чтобы они покаялись, и обратились к Богу, делая дела, достойные покаяния (Деян. 26; 12-20).

— Потом, спустя три года, ходил я в Иерусалим видеться с Петром, и пробыл у него дней пятнадцать. Другого же из Апостолов я не видел никого, кроме Иакова, брата Господня. После сего отошел я в страны Сирии и Киликии. Потом, через четырнадцать лет, опять ходил я в Иерусалим с Варнавою, взяв с собою и Тита. Ходил же по откровению, и предложил там, и особо знаменитейшим (из Апостолов), благовествование, проповедуемое мною язычникам, не напрасно ли я подвизаюсь, или подвизался. И знаменитые не возложили на меня ничего более. Напротив того, увидев, что мне вверено благовествование для необрезанных, как Петру для обрезанных (ибо содействовавший Петру в апостольстве у обрезанных содействовал и мне у язычников); и узнав о благодати, данной мне, Иаков, и Кифа (Петр), и Иоанн, почитаемые столпами, подали мне и Варнаве руку общения, чтобы нам идти к язычникам, а им к обрезанным, только чтобы мы помнили нищих, что и старался я исполнять в точности (Гал. 1; 18,19,21 и гл. 2; 1,2, 6, 7, 8, 9, 10). Я — наименьший из Апостолов, и недостоин называться Апостолом, потому что гнал Церковь Божию. Но благодатию Божию есмь то, что есмь; и благодать Его во мне не была тщетна, но я более всех их потрудился: не я впрочем, а благодать Божия, которая со мною (1 Кор. 15; 9-10). Я гораздо более был в трудах, безмерно в ранах, более в темницах, и многократно при смерти.