Страница 7 из 61
А этот человек благоденствовал во всех отношениях; ничто не огорчало его. Видишь ли, какое зло — безмятежность? Как для укрепления тела, когда нет обязательных трудов и занятий, мы занимаемся особыми упражнениями, так обыкновенно делает и Бог, чтобы укротить излишнюю силу. Но я видел сон, который устрашил меня, и размышления на ложе моем и видения головы моей смутили меня. И дано было мною повеление привести ко мне всех мудрецов Вавилонских, чтобы они сказали мне значение сна (ст. 2, 3). Посмотри, как Бог хочет смирить его не самим делом, но предсказанием будущего события, и как страшен был сон. Почему же и теперь не отступил от него дух его и он не забыл сна, как прежде? Потому что Даниил уже прежде представил достаточное доказательство (своей мудрости), именно при объяснении прежнего сновидения, и не было никакой нужды прибегать ко вторичному испытанию. Бог совершает все ради нужды, а не из тщеславия. С другой стороны это делается и для обличения волхвов, чтобы они опять не сказали: да скажет царь рабам своим сновидение, и мы объясним его значение (Дан.2:7); они уличаются в том, что не могут сделать ни того ни другого. Они не могли опять сказать: дело, которого царь требует, так трудно, что никто другой не может открыть его царю, кроме богов, которых обитание не с плотью (Дан.2:11).
Этим царь убеждался, что и прежде Даниил говорил не по человеческой мудрости; убеждался, что и в прежние времена волхвы не говорили ничего здравого, как сам он сознался, но только некому было обличать их. А когда явилось для них обличение из Иудеи в лице Даниила, то они уже не смеют и притворяться. Таким образом они опять приглашаются по внушению (Божию). Достойно удивления, почему царь, испытав силу Даниила в таких делах, не призвал его прежде всех? Сам Бог устроил так, чтобы победа Даниила произошла после их поражения. Устрашил меня, говорит царь; однако и при этом не сделался лучшим, но захотел испытать на самом деле. Так всегда Бог невиновен. Тогда пришли тайноведцы, обаятели, Халдеи и гадатели; я рассказал им сон, но они не могли мне объяснить значения его. Наконец вошел ко мне Даниил, которому имя было Валтасар, по имени бога моего, и в котором дух святаго Бога; ему рассказал я сон (ст. 4, 5). Наконец, говорит, вошел ко мне Даниил. Говорит, как забывший Даниила. Действительно, уже много лет прошло (после первого сна), а он скоро забывал, как имевший столько забот и живший в такой роскоши. Название: другой (в русском переводе этого слова нет) показывает, что царь почти совсем забыл его. По имени, говорит, бога моего. Не хочет ли он этим сказать: я так почтил его, что именем бога назвал его?
У них был обычай называть детей своих именами богов, потому что и людей они иногда признавали богами. Так и у нас есть имена Вил и Велий. Когда бесы увидели, что таким образом людям воздается почитание и приписывается название богов, то и сами стали содействовать этому. Почему он говорит: Даниил, которому имя было Валтасар? Потому что Даниил имел силу Божию. Это имя было у них величайшею честью. И Даниил позволял им называть его этим именем; но сам нигде, упоминая о себе, не называет себя Валтасаром, но говорит: я Даниил. Какой чести удостоился сын царя, такой же и он, потому что и до испытания он казался удивительным по самому виду своему. Не собственною силою, говорится, он изрекал, но в котором дух святаго Бога; здесь говорится не о том Духе, которого мы называем Утешителем, но вдохновенном, он был боговдохновенным. Валтасар, глава мудрецов. Он был, говорит, первым из них. Смотри, сколько знаков его превосходства пред другими. Валтасар, глава мудрецов! я знаю, что в тебе дух святаго Бога (ст. 6). Лучший из всех, кого я знаю. Царь сказал это, чтобы опять не поставить его в необходимость ответить: не потому, чтобы я был мудрее всех (Дан.2:30); царь своими словами надеялся особенно расположить его к себе, и потому сказал это прежде всего другого.
Если я назвал тебя князем обаятелей, то не подумай, что я сказал это во свидетельство того, будто ты говоришь от человеческой мудрости; ты глава мудрецов, но я знаю, что ты говоришь все, движимый силою божественною; это я узнал по опыту. И никакая тайна, говорит, не затрудняет тебя. Таковы дела божественные; человеческие дела несовершенны, а Божии не таковы. Объясни мне видения сна моего, который я видел, и значение его. Видения же головы моей на ложе моем. Что же говорит он? Я видел, вот, среди земли дерево весьма высокое. Большое было это дерево и крепкое, и высота его достигала до неба, и оно видимо было до краев всей земли. Листья его прекрасные, и плодов на нем множество, и пища на нем для всех; под ним находили тень полевые звери, и в ветвях его гнездились птицы небесные, и от него питалась всякая плоть (ст. 6-9). Что значит это видение? Им опять изображается непостоянство дел человеческих. Птицы, говорит, и звери наслаждались тенью его, и обитали в нем, и пища была им от него. Говорится о власти его, простиравшейся на всю вселенную. Итак, прежде под видом кумира, а теперь под видом дерева открываются ему события. Почему Бог не послал Даниила возвестить это? Потому что, когда события представляются наглядно, то речь о них является более достоверною и страшною, чтобы доказать, что Возращающий растения возвеличивает и царство сокровенно и без нашего ведома.
И видел я в видениях головы моей на ложе моем, и вот, нисшел с небес Бодрствующий и Святый. Воскликнув громко, Он сказал: "срубите это дерево, обрубите ветви его, стрясите листья с него и разбросайте плоды его; пусть удалятся звери из-под него и птицы с ветвей его; но главный корень его оставьте в земле, и пусть он в узах железных и медных среди полевой травы орошается небесною росою, и с животными пусть будет часть его в траве земной. Сердце человеческое отнимется от него и дастся ему сердце звериное, и пройдут над ним семь времен. Повелением Бодрствующих это определено, и по приговору Святых назначено, дабы знали живущие, что Всевышний владычествует над царством человеческим, и дает его, кому хочет, и поставляет над ним уничиженного между людьми" (ст. 10-14). И вот, нисшел с небес Бодрствующий и Святый, так что устрашил его. Воскликнув громко, Он сказал: срубите это дерево, но главный корень его оставьте в земле. Но так как эта отрасль легко повреждается, то оставьте, говорит он, как бы в узах железных и медных. И пройдут, говорит, над ним семь времен, и дастся ему сердце звериное. А что это относилось к человеку, видно из последующего. И дастся, говорит, ему сердце звериное. Изречением Ира слово (в русском переводе этих слов нет), т.е., само по себе слово не может быть ясным, но имеет нужду в толкователе.
И по приговору, говорит, Святых назначено, т.е., и святые будут в состоянии сказать так. Или это он разумеет, или то, что они будут в состоянии предложить вопрос и показать причину, по которой это происходит и которая открылась из ответа. Дабы знали живущие, говорит, что Всевышний владычествует над царством человеческим. Вот причина. Видишь ли, как Бог промышляет о людях, как власть Его не ограничивалась иудеями? Такой сон видел я, царь Навуходоносор; а ты, Валтасар, скажи значение его, так как никто из мудрецов в моем царстве не мог объяснить его значения, а ты можешь, потому что дух святаго Бога в тебе (ст. 15). Так как никто из мудрецов в моем царстве не мог объяснить. Он знал, что Даниилу будет приятно, когда все признают себя побежденными не для его славы, но чтобы опять открылась сила Божия. А ты можешь, говорит, скажи. Почему можешь? Потому что дух святаго Бога в тебе. Посмотри: этим он начал речь, этим и кончил. Дерево, которое ты видел, которое было большое и крепкое, высотою своею достигало до небес и видимо было по всей земле, на котором листья были прекрасные и множество плодов и пропитание для всех, под которым обитали звери полевые и в ветвях которого гнездились птицы небесные, это ты, царь, возвеличившийся и укрепившийся, и величие твое возросло и достигло до небес, и власть твоя — до краев земли.
А что царь видел Бодрствующего и Святаго, сходящего с небес, Который сказал: "срубите дерево и истребите его, только главный корень его оставьте в земле, и пусть он в узах железных и медных, среди полевой травы, орошается росою небесною, и с полевыми зверями пусть будет часть его, доколе не пройдут над ним семь времен", — то вот значение этого, царь, и вот определение Всевышнего, которое постигнет господина моего, царя: тебя отлучат от людей, и обитание твое будет с полевыми зверями; травою будут кормить тебя, как вола, росою небесною ты будешь орошаем, и семь времен пройдут над тобою, доколе познаешь, что Всевышний владычествует над царством человеческим и дает его, кому хочет. А что повелено было оставить главный корень дерева, это значит, что царство твое останется при тебе, когда ты познаешь власть небесную (ст. 17-23). Что же далее говорит он? Каков будет конец бедствия? Посему, царь, да будет благоугоден тебе совет мой: искупи грехи твои правдою и беззакония твои милосердием к бедным; вот чем может продлиться мир твой (ст. 24). Для чего ты говоришь: искупи, и силу врачества подвергаешь некоторому сомнению? Не потому я сказал: искупи, что сомневаюсь, — нет, я желаю внушить ему страх и показать, что он согрешил выше всякого врачества и всякого прощения. Если и после таких слов он не освободился от безумия, то тем больше, если бы не было высказано сомнения.