Страница 49 из 123
Подлинно, тогда был сильный пожар и господствовал глубокий мрак, мрак темнее ночного, и потому, как бы во мраке, друзья не узнавали друзей и мужья предавали жен, мимо врагов проходили, а на друзей и на домашних нападали, — было жестокое ночное сражение, и все полно было великого смятения.
Тогда они вышли, оставив отечество и подражая патриарху Аврааму, которому было сказано: «пойди из земли твоей, от родства твоего» (Быт. 12:1). Время гонения побудило и их уйти от земли и от сродников, чтобы унаследовать небо. И вот вышла из дома жена, имея при себе двух дочерей. Не пропусти этого без внимания, слыша, что вышли женщины, благородно воспитанные и никогда не испытавшие таких бедствий, но представь в уме своем, каково было это несчастье, сколько трудностей заключало в себе это дело. Если люди, предпринимающие умеренное путешествие, запасшиеся лошадьми, имеющие слуг, путешествующие с безопасностью, имеющие возможность возвратиться, когда им угодно, испытывают много трудностей, переносят много неприятностей, —
Итак она вышла, имея при себе дев, и не имея возможности скрывать их во внутренних покоях.
Она не имела вокруг себя стен жилища, но имела крепкую руку, покрывающую свыше; она не имела ни двери, ни запора, но имела истинную дверь, ограждающую от козней. И как дом Лота, хотя и был осаждаем среди Содома, но не потерпел никакого вреда, потому что внутри его находились ангелы, — так точно и эти мученицы, находясь между содомлянами и всякими врагами и осаждаемые со всех сторон, не потерпели никакого вреда, потому что в их душах обитал Владыка ангелов; и проходя пустынным путем, они нисколько не пострадали, потому что держали истинный путь, ведущий их на небо. Поэтому среди такой войны и смятения, объятые волнами, они шли с безопасностью; и удивительно, что овцы были ведены среди волков, агнцы проходили среди львов, и однако никто не смотрел на них нескромными глазами, но как содомлянам, стоявшим близ двери, Бог не попустил видеть входа (Быт. 9: 10), так и тогда Он ослепил взоры всех, чтобы не были оскорблены девственные тела.
5. Итак, они отправляются в город, называемый Едессой, в город, который был грубее многих, но и благочестивее, так как что, по мнению их, могло сравниться с этим городом, чтобы найти убежище среди такого волнения и иметь пристань среди такой бури? И город принимает странниц, странниц земли, но гражданок неба; и, приняв, сохранил этот залог. Впрочем пусть никто не обвиняет этих жен в слабости за то, что они убежали; они исполняли повеление Господа, которое говорит: «когда будут гнать вас в одном городе, бегите в другой» (Мф. 10:23). Слышав это, и они убежали, и пока сплетен был им один венец; какой же это? Венец за презрение всего настоящего: «всякий, кто оставит братьев, или сестер», или отечество, или дом, или друзей, или родных, «получит во сто крат», сказано, «и наследует жизнь вечную» (Мф. 19:29). И были они там, имея сожителем Христа, — «где двое или трое собраны», там Он «посреди них» (Мф. 18:20); а когда они были не только собраны, но и бежали ради имени Его, то не гораздо ли более привлекли себе Его помощь? Когда эти жены проживали там, вдруг везде стали рассылаться лукавые повеления, исполненные великого насилия и варварской жестокости; в них говорилось: пусть домашние предают домашних, мужья — жен, отцы — детей, дети — отцов, братья — братьев, друзья — друзей.
Ты же припомни здесь слова Христовы и подивись Его предсказанию, — все это Он предсказал раньше: «предаст», сказал Он, «брат брата, и отец — сына; и восстанут дети на родителей» (Мф. 10:21). А предсказал Он это тогда для следующих трех целей: во–первых, для того, чтобы мы познали Его силу и то, что Он есть истинный Бог, провидящий издалека еще не случившееся; а что действительно ради этого Он предсказывал будущее, послушай, как Он сам говорит: «И вот, Я сказал вам [о том], прежде нежели сбылось, дабы вы поверили, когда сбудется», что это Я (Ин. 14:29). Во–вторых же, чтобы никто из врагов не говорил, что это происходит по Его неведению или немощи; ранее предвидевший мог и воспрепятствовать, но не воспрепятствовал, чтобы венцы были более блистательными, поэтому Он предсказывал это. И ради иной — третьей цели Он предсказывал. Какая же это именно? Та, чтобы сделать подвиг более легким для находящихся на арене, так как неожиданные бедствия, каковы бы они ни были, кажутся тяжелыми и невыносимыми, а ожидавшиеся и наперед обдуманные бывают легкими и удобными.
Таким образом тогда враги, издавая такие повеления, и обнаруживали свою жестокость, и невольно подтверждали пророчество Христово; братья предавали братьев и отцы детей; самая природа восставала на саму себя, родство разделялось между собой, все законы извращались до основания, и все было исполнено некоторого смятения и беспорядка, и бесы наполняли тогда домы кровью родных. Отец, предавший сына, конечно и убивал его; хотя он и не вонзал меча и не совершал убийства своей рукой, но намерением совершал все, потому что кто предал убийце имеющего быть убитым, тот сам совершил убийство. Сделаем же их детоубийцами, говорили бесы, сделаем детей отцеубийцами посредством предательства: а в древности приносились им такие жертвы, и отцы закалали детей. Об этом взывал пророк, говоря: «приносили сыновей своих и дочерей своих в жертву бесам» (Пс. 105:37); и такой они жаждали крови!
Так как Христос прекратил эти нечестивые и отвратительные жертвоприношения, то они старались опять возобновить их, но не смели бесстыдно и открыто сказать: закалайте детей ваших, — потому что никто не стал бы слушаться, — а иным путем они проводят это повеление и хитро выдумывают этот закон, приказав через судей отцам предавать детей. Для нас, говорят они, нет разницы, заколет ли кто сам, или предаст на заклание сына, потому что и тот и этот — детоубийца. Итак, можно было видеть отцеубийц, детоубийц, братоубийц, и все исполненным смятения и беспорядка; но эти жены наслаждались глубоким миром, потому что их со всех сторон ограждала надежда на будущее. Находясь и в чужой стране, они не были на чужбине: они имели истинное отечество — веру, имели свой город — исповедание, и, питаясь благими надеждами, не чувствовали ничего настоящего, потому что взирали только на будущее. Когда дела были в таком положении, останавливается в том городе отец, имея при себе воинов для ловли добычи, останавливается отец и муж, отец этих дочерей и муж этой жены, если только можно назвать отцом или мужем того, кто служит таким делам. Впрочем, лучше пощадим его, сколько возможно, так как он был отцом мучениц и мужем мученицы, — не станем нашими обвинениями делать рану его более тяжкой.
6. Посмотри на благоразумие этих жен: когда должно было бежать, они убежали, а когда нужно было вступить в состязания, они остановились и, будучи схвачены, следовали любви Христовой, потому что как не должно навлекать на себя искушений, так нужно бороться с ними, когда они наступят, чтобы там показать кротость, а здесь мужество. Это именно и они тогда сделали: и возвратились, и стали подвизаться, потому что и поприще открылось и время призывало к подвигам, — а подвизались они следующим образом.
Пришли они в город, называемый Иераполем, а оттуда взошли в город, поистине священный, таким способом.
Приняв, таким образом, его в помощники и нашедши через него возможность обмануть воинов, они вошли в середину реки и опустились в ее волны. Вошла мать с двумя дочерьми, — пусть слушают и матери и девы, и пусть одни так повинуются матерям, а другие так воспитывают дочерей, так любят детей своих. Итак, вошла мать в середине, держа по обе стороны дочерей, замужняя среди незамужних; и было супружество среди девства, а посреди их Христос. Как корень дерева, имеющий по обе стороны две стоящие ветви, так и эта блаженная вошла тогда, имея по обе стороны этих дев, и опустила их в воду; и таким образом они утонули, или — лучше — не утонули, но крестились новым и необыкновенным крещением. И если ты хочешь убедиться, что это событие было несомненным крещением, послушай, как Христос называет смерть Свою крещением. Так, беседуя с сынами Зеведеевыми, Он говорит: «чашу Мою будете пить, и крещением, которым Я крещусь, будете креститься» (Мф. 20:23). А каким крещением крестился Христос, после крещения Иоаннова, кроме смерти и креста? Как Иаков, не распятый, но усеченный в голову мечем, крестился крещением Христовым, так и эти, хотя и не были распяты, но скончавшись от воды, крестились крещением Христовым; а крестила их мать.