Страница 71 из 109
Ты, возлюбленный, слушая это, не оставляй без внимания, но сообрази время, в которое все это происходило, не подвергай Иосифа никакому осуждению. Тогда еще не были сокрушены врата ада, не были расторгнуты узы смерти, и смерть еще не почиталась успением. Поэтому люди и поступали так, страшась смерти. А ныне, по благодати Божьей, смерть стала сном, кончина успением, ныне мы имеем многое уверение в воскресении, так что, переходя от жизни в жизнь, мы радуемся и веселимся. И что я говорю: от жизни в жизнь? Из худшей в лучшую, из временной в вечную, из земной в небесную. Наконец, Иосиф, исполнивши все, «возвратился Иосиф в Египет, сам и братья его и все ходившие» с ним (Быт. 50:14). Но затем посмотри, в какой боязни были братья Иосифа и какой страх потрясал их душу. «И увидели братья Иосифа, что умер отец их, и сказали: что, если Иосиф возненавидит нас и захочет отмстить нам за все зло, которое мы ему сделали» (Быт. 50:15). Страх сильно смущал ум их и, угрызаемые совестью, они не знали, что делать. Поэтому, говорится, видя кончину отца и опасаясь, чтобы Иосиф за поступки их против него не подверг их заслуженному наказанию, «послали они» к нему «сказать: отец твой перед смертью своею завещал, говоря: так скажите Иосифу: прости братьям твоим вину и грех их» (Быт. 50:16–17). Смотри опять, как они становятся обвинителями самих себя; замечай, как велика обличительная сила совести.
Вы вполне знаете, что вы сделали неправду и грех, что причинили зло. «Прости братьям твоим вину и грех их» (Быт. 50:17). Вот как, не будучи никем принуждаемы, они обвиняют сами себя, и говорят: отец твой сказал: «прости братьям твоим вину и грех их». Но этот дивный, всеми добродетелями украшенный, муж так был далек даже от памятования их поступков, что был смущен словами их. «Иосиф плакал, когда ему говорили это. Пришли и сами братья его, и пали перед лицом его, и сказали: вот, мы рабы тебе» (Быт. 50:18–19). Посмотри, что значит добродетель, как она сильна и непреоборима, и как бессильно зло. Вот человек, столько пострадавший, теперь господствует, а те, которые так поступали с братом, сами просят быть рабами того, кого сами же они продали в рабство.
5. Но выслушай еще, как незлопамятен был Иосиф в отношении к своим братьям, как он желает всеми способами утешить их и убедить, что они нисколько не согрешили против него. Он говорит им: «не бойтесь, ибо я боюсь Бога; вот, вы умышляли против меня зло; но Бог обратил это в добро, чтобы сделать то, что теперь есть: сохранить жизнь великому числу людей» (Быт. 50:19–20). Не бойтесь, говорит, и не беспокойтесь; я человек Божий; я следую Господу моему и стараюсь вознаграждать благодеяниями тех, которые нестерпимое зло сделали мне: «я боюсь Бога». Потом, показав, сколь великим благоволением от Бога он пользуется, говорит: вы поступили со мной со злым намерением, но Бог все это обратил мне во благо. Так и Павел говорил: «любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует к благу» (Рим. 8:28). «Все», говорит. Что же это — все? То есть, все неприятности, кажущиеся огорчения Он обращает во благо. Это самое сбылось и над дивным Иосифом. То самое, что сделали ему братья, то наиболее и доставило ему царство, при содействии благопромыслительной премудрости Божьей, пролагающей злое во благое. «Сохранить жизнь великому числу людей». Не только для вас Бог обратил это во благо, но и для того, чтобы весь этот народ мог пропитаться. «Не бойтесь: я буду питать вас и детей ваших. И успокоил их и говорил по сердцу их» (Быт. 50:21). Итак, чего вы боитесь?
Я доставлю вам и всем, находящимся с вами, все, что нужно для пропитания. «И успокоил их и говорил по сердцу их». Не просто утешал их, но имел такую о них заботливость, что всю скорбь их уничтожил. «И жил Иосиф в Египте сам и дом отца его» (Быт. 50:22). «И видел Иосиф детей у Ефрема до третьего рода» (Быт. 50:23). «И сказал Иосиф братьям своим: я умираю, но Бог посетит вас» (Быт. 50:24).
«И вынесите кости мои отсюда» (Быт. 50:25). Вот как и он, подобно отцу своему, заботится о том, чтобы кости его перенесены были. И заметь, как он, желая укрепить дух братьев и обнадежить их касательно возвращения, сперва предвозвещает им, что они возвратятся, а потом говорит: «вынесите», при исходе, «и мои кости». Это делал он не без причины и не напрасно, но имел ввиду двоякую цель: первое, — чтобы египтяне, памятуя о стольких его благодеяниях и легко людей провозглашая богами, не имели в теле праведника предлога к такому нечестию; второе, — чтобы (израильтяне) вполне были уверены, что непременно возвратятся. Если бы это не было достоверно, то он не завещал бы им вынести с собой его кости. И нечто необычайное и дивное открывалось в том, что питавший всего Израиля в Египте делается предводителем при исшествии его, и вводит его в землю обетованную. «И умер Иосиф ста десяти лет» (Быт. 50:26). Для чего означены здесь и его лета? Для того чтобы знать, сколько лет он имел в своих руках управление Египта. Семнадцати лет он прибыл в Египет; тридцати лет явился к фараону и истолковал сны; в продолжение восьмидесяти лет держал власть над всем Египтом. Видишь, как награды превышают труды и как многообразны воздаяния? В продолжение тринадцати лет он боролся с искушениями, перенося рабство, беззаконное обвинение и злострадание в темнице.
Но как он перенес все мужественно, с благодарностью, то и в настоящей жизни получил щедрое воздаяние. Обрати внимание на то, что за краткое время терпения в рабстве и заключении он управлял царством в продолжение восьмидесяти лет. А что он все делал по вере и по этому (побуждению) завещал перенести свои кости, выслушай слова Павла: «верой Иосиф, при кончине, напоминал об исходе сынов Израилевых», и этим не ограничился; но чтобы показать, по какому побуждению Иосиф заботился о перенесении своих костей, апостол еще говорит: «и завещал о костях своих» (Евр. 11:22).
Может быть сегодня мы говорим слишком много, но простите. Приближаясь к концу книги, мы хотим сегодня окончить ее изложение, и, таким образом, заключить свои поучения. Присоединим только обычное увещание, чтобы вы помнили сказанное, и подражали добродетелям древних праведников: их незлобию к обижающим, их долготерпению к наветующим, их высокому смирению. Такими добродетелями и этот праведник (Иосиф) привлек столь великое от Бога благоволение. Если и мы желаем иметь свыше помощь, то будем заботиться о добродетели. Таким образом и мы привлечем благодать Духа, — и настоящую жизнь проведем беспечально, и будущие наследуем блага; чего и да сподобимся все мы благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу и Святому Духу слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
ВОСЕМЬ СЛОВ НА КНИГУ БЫТИЯ [1]
СЛОВО 1,
сказанное в начале Четыредесятницы на слова: «в начале сотворил Бог небо и землю» (Быт. 1:1), также о посте и милостыне.
Пост есть духовная весна для души. — Великое благо в знании о творении мира и о Творце его по данному Богом Писанию. — Почему не говорит оно в начале о создании ангелов? — Как могло произойти что–либо из несуществующего? — Почему Моисей небо представил законченным, а землю — устрояемою постепенно? — Увещание к милостыни примером отца и учителя Антиохийской церкви и указанием на то, что это есть самый лучший способ сохранения и пользования своим имуществом.
1. Приятна весна мореплавателям, приятна и земледельцам; но не так приятна мореплавателям и земледельцам весна, как приятно желающим любомудрствовать время поста — эта духовная весна для души, это истинное умиротворение помыслов. Земледельцам приятна весна потому, что они видят, как земля украшается цветами и как всюду покрывают ее, подобно разноцветной одежде, произрастающие травы. Мореплавателям приятна весна потому, что они могут безопасно плавать по морской поверхности, когда волны утихли и в глубокой тишине играют дельфины, часто прыгающие по самые бока кораблей. А нам приятна весна поста потому, что она успокаивает обыкновенно у нас волны — не вод, но безумных пожеланий, и приготовляет нам венец, не из цветов, но из (даров) духовной благодати: «венец благодатей, сказано, для головы твоей» (Притч. 1:9). Не так появление ласточки может прогонять зиму, как наступление поста удаляет из нашей души зиму страстей. Уже нет войны у души с плотью; раба не восстает на госпожу, но вся эта война тела кончилась. Итак, когда у нас (теперь) великий мир и глубокое спокойствие, вот, повлечем и мы ладью учения, из пристани в пристань переводя кротость вашего слуха. Вот отважимся любомудрствовать о возвышенных предметах — о небе, земле море и прочем составе творения, потому что об этом читано нам сегодня [2]. Но, к чему нам, скажет кто–либо, слово о творении?