Страница 37 из 125
Если же мы, по немощи разума, не в состоянии понимать, как созданы вещи, то веруем, однако, что все повинуется воле Творца и что повелит Он, то и совершается. «И создал, — сказано, — Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку (Адаму)», показывая, что для него произвел ее: «привел ее», говорит, «к человеку (Адаму)». То есть, так как между всеми бессловесными не нашлось подобного тебе помощника, то вот, что обещал Я (а Я обещал создать помощника подобного тебе), то и исполнил, и вручаю тебе: «привел ее к человеку (Адаму). И сказал человек (Адам): вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей» (Быт. 2:23). Смотри здесь, возлюбленный, как (Адам) вместе с несказанною, данною ему от Бога, мудростью, которую он показал нам в наречении имен стольким породам бессловесных животных, удостоился еще и дара пророческого. Для того блаженный пророк (Моисей) и показал нам выше, что, вместе со сном, объяло Адама и исступление, так что он совсем не чувствовал происходившего с ним, — чтобы, узнавши теперь, что Адам, при взгляде на жену, точно объясняет происшедшее, ты совершенно убедился, что он говорит это по дару пророчества, руководимый наставлением Святого Духа. Ведь он ничего не знал о происшедшем, и, однако же, когда (Бог) привел к нему жену, сказал: «Вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей».
А другой переводчик вместо: ныне говорит: се единожды, давая разуметь, что это было только теперь, а после не таково уже будет происхождение жены. Ныне, говорит, от мужа произошла жена, а после не так, а от жены (будет происходить) муж, или — лучше — не от жены, а от соучастия обоих их, как и Павел говорит: «Не муж от жены, но жена от мужа; и не муж создан для жены, но жена для мужа» (1 Кор. 11:8–9). Так, скажешь, но эти слова показывают, что жена произошла от мужа. Потерпи, и из последующего увидишь истинное учение. Апостол говорит: «Впрочем ни муж без жены, ни жена без мужа» (ст. 11), научая нас, что после (создания первой жены) рождение мужа и жены бывает от соучастия того и другой. Потому–то и Адам сказал: «Вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей».
4. Затем, чтобы увериться тебе в точности Адамова пророчества, — в том, что сказанное им сбывается доселе и (будет сбываться) до самого конца (мира), послушай, что следует еще далее. «Она, — говорит, — будет называться женою, ибо взята от мужа. Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть» (Быт. 2:23–24). Видишь, как (Адам) открыл нам все, с точностью объяснив своим пророческим духом каждое (обстоятельство). «Она, — говорит, — будет называться женою, ибо взята от мужа»: здесь он намекает на взятие ребра. Потом, раскрывая будущее, говорит: «Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть». Откуда, скажи мне, пришло ему на ум сказать это? Откуда узнал он будущее, и — то, что роль человеческий размножится? Откуда известно ему стало, что будет совокупление между мужем и женой? Ведь оно произошло после падения; а до того люди жили в раю, как ангелы, не разжигались похотью, не распалялись и другими страстями, не обременялись нуждами телесными, но, будучи созданы вполне нетленными и бессмертными, не нуждались даже в прикрытии одеждою: «И были, — сказано, — оба наги, … и не стыдились» (ст. 25). Доколе не привзошел грех и преслушание, они были облечены вышнею славою, потому и не стыдились; после же нарушения заповеди привзошел и стыд, и сознание наготы.
Он сам для себя был причиною всех зол, как вы после и узнаете, то есть, и лишения столь многих благ, и того осуждения, которому подвергся за преслушание. Когда подумаю о том устроении жизни, какое даровал Адаму Господь, оказав ему столь великие благодеяния, и, во–первых, то, что прежде его создания создал для него весь тварный мир, и потом уже сотворил его, так, чтобы он, явившись, мог пользоваться всем видимым, потом — то, что, повелев быть раю, там благоволил поселить человека, отдельно от бессловесных животных и, дав ему власть над всеми (ими), повелел ему, как господину какому, дать всем им, как рабам и подвластным, имена, далее — то, что, так как он, будучи одинок, нуждался в помощнике, который бы имел одну с ним природу, (Бог) не отказал и в этом, но создав, как Ему было угодно, жену, вручил ее ему, а сверх всего этого даровал ему и достоинство пророческое, и после несказанных этих благодеяний дал, и, самое главное, освободил его от всех забот о теле, не допустил его нуждаться ни в одежде и ни в чем другом нужном, но, как было сказано, благоволил, чтобы он жил на земле, как земной ангел, — когда подумаю обо всем этом, то изумляюсь и любви Господа к нашему роду, и беспечности человека, и злобе диавола: злому демону невыносимо было видеть ангельскую жизнь в плоти человеческой.
5. Но чтобы нам не слишком продолжить слово, оставим, если угодно, речь о последствиях навета лукавого демона до следующего дня и прекратим здесь поучение, попросив любовь вашу тщательно запомнить сказанное и самим обдумать все, чтобы укоренилось в умах ваших. Если мы постоянно будем помнить о благодеяниях Божиих, какие он излил да природу вашу, то и сами будем благодарны, и это послужит для вас сильнейшим побуждением (идти) по пути добродетели. Кто памятует о благодеяниях Божиих, тот, без сомнения, постарается не оказаться недостойным (их), но покажет такую ревность и такую признательность, что будет достоин еще и других. Господь наш щедр, и как видит, что мы благодарны за оказанные уже нам благодеяния Его, умножает милость Свою и удостаивает нас еще больших даров, только бы мы, заботясь о своем спасении, не проводили время безрассудно, и думали не о том, прошла ли уже половина святой четыредесятницы, но о том, сделано ли нами в это время что–нибудь доброе, исправились ли мы хоть от одной из обуревающих нас страстей. Если мы, и каждый день слушая духовные наставления, будем оставаться такими же, не будем преуспевать в добродетели и исторгать из своей души различные пороки, то это не только не послужить нам в пользу, но и еще к большему вреду, потому что кто, и при таком попечении о нем, не приносит никакого плода, тот собирает себе больше огня геенского.
Поэтому, прошу, воспользуемся хотя остальным временем поста, как должно, и каждую неделю, или даже и каждый день, будем осматривать себя и исторгать из своей души пороки, а сокровище добродетелей приумножать, уклонимся, как увещевает пророк, «от зла и делай добро» (Пс. 33:15): это и есть истинный пост. Гневливый пусть исторгнет из души благочестивым размышлением обладающую (им) страсть и да возлюбит кротость и смирение. Беспечный и необузданный, с пристрастием взирающий на красоту телесную, обуздав свой помысел и напечатлев в недрах души своей закон Христов, который говорит: «Что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф. 5:28), пусть убегает страсти невоздержания и упражняется в целомудрии.
Невоздержный языком и без рассуждения говорящий обо всем, что ни случится, пусть подражает блаженному пророку и говорит: «Положи, Господи, охрану устам моим, и огради двери уст моих» (Пс. 140:3); — пусть никогда не произносит слов без размышления и как случилось, но внимает Павлу, который говорит: всякий крик, «и гнев», и злословие, и сквернословие, и хуление «со всякою злобою да будут удалены от вас» (Еф. 4:31), — и еще: если (есть) какое–либо доброе слово к полезному назиданию, «дабы оно доставляло благодать слушающим» (ст. 29). Пусть избегает всячески и клятв, слыша повеление Христово: «Сказано древним: не преступай клятвы… Я говорю вам: не клянись вовсе» (Мф. 5:33, 34). Никто не говори мне: я клянусь в правде; не следует клясться ни в правде, ни в неправде. Так будем хранить уста свои чистыми от клятвы и от всего этого ограждать, и язык и уста, и ум наш, чтобы не рождалось в нас какого–либо злого помысла, и не выражалось языком. Будем крепко затыкать и уши, чтобы не принимать и пустого слуха, как заповедал блаженный Моисей: «Не внимай пустому слуху» (Исх. 23:1), и как еще сказал блаженный Давид: «Тайно клевещущего на ближнего своего изгоню» (Пс. 100:5). Видишь, возлюбленный, сколько нам нужно бдительности, сколько труда для добродетели, как самая малая небрежность губит нас всецело?