Страница 116 из 161
Чем искреннее будете вы человеколюбивы и Боголюбивы в сердце, тем менее трудности будете вы находить в делах служения вашего, тем более успеха, тем более блаженства!
Предварительным опытом, конечно, вы узнали уже некоторые трудности восприемлемого вами служения. Как может облегчать их любовь, сие можно усмотреть из обыкновенных случаев жизни.
Если будете помышлять, что не иначе живем и не имеем иной надежды жить, как любовью и милостью Отца Небесного, что каждую минуту Он совершает для нас более благодеяний милования, хранения и помощи, нежели мы можем совершить для других во всю жизнь нашу, то вы всегда будете чувствовать, как мало и ничтожно то, что мы делаем для ближних, а потому возжелаете иметь и любовь Божия даст вам крила огня (Песн.8:6), чтобы легко и быстро лететь на всякое служение ближнему.
В то же время, как истинная любовь к Богу и ближнему облегчает труд служения страждущему человечеству, она же производит от сего труда обильные плоды. Не любящий как сам пребывает в смерти (1Ин.3:14), так и всякое дело его, хотя бы имело наружный вид добродетели, есть мертво и бесплодно и слово, как кимвал (1Кор.13:2), бездушно. Но, когда истинная Христианская Любовь пронзает и отверзает сердце, тогда в нем и во всех его излияниях являются исходища жизни (Притч.4:23). Слово утешения от сердца, исполненного Христианскою любовию, как поток жизни, проливается в сердце страждущего; самый взор с таким сердцем как луч света проникает в душу, омраченную печалью.
Для сего Апостол, дав заповедь, болящему призывать пресвитеры церковные, да молитву сотворят над ним (Иак.5:14), дабы не подумали, что сим исключается молитва прочих, тотчас присовокупляет общее наставление: Молитеся друг за друга, яко да исцелеете (Иак.5:16).
Наконец, то же Христианское благочестие и человеколюбие, которое одно может сделать служение ваше в высочайшей степени благотворным для ближних, оно же - и оно единое - может совершенно наградить вас за подвиги и соделать блаженными. Земная почесть и воздание недолго утешают и тех, которые пристрастны к земному, а еще менее тех, которые беспристрастно полагают цену вещам. Блажен, кто не так располагает жизнь и дела свои, чтобы только на земле и от человеков восприять мзду свою (Мф.6:2)! Блажен, кто, не останавливаясь на земном, простирается к почести вышняго звания Божия о Христе Иисусе (Флп.3:14)! Для сего и земная почесть вам изъявляется знамением Креста, чтобы и она вам напоминала о почести вышняго звания Божия о Христе Иисусе. Желаете ли вы приобресть в несомненной надежде сию почесть и утвердить ее за собой навеки? Дайте любви Христовой располагать делами вашего служения. Она, во-первых, сделает для вас то чудо, что ваше служение страждущим ближним превратит в служение Самому Иисусу Христу, Который дал ей на то полномочие, когда сказал: Понеже сотвористе единому сих братии Моих менших, Мне сотвористе (Мф.25:40). Что же может быть выше и сей, хотя еще тайной, почести, что более сего, хотя и сокровенного, блаженства, что сладостнее одной мысли - служить Самому Иисусу Христу?!
Но вследствие сего служения сердобольная любовь, если вы до конца ей последуете, возведет вас и к той царственной почести, к тому высочайшему званию, когда и вас со всеми Святыми торжественно звать будет Царь царствующих: Приидите благословении Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира (Мф.25:34). Ибо, скажет Он собственно вам: Я был болен, и вы посетили Меня (Мф.25:36).
Вступите же радостно в сей благословенный подвиг и проходите его неослабно при содействии благодати Христовой. Для укрепления себя в оном каждый раз, когда будете возлагать на себя крест, даруемый вам в знамение сердоболия, вспоминайте сердоболие Господа нашего Иисуса Христа, Который из любви к страждущему человечеству исцелял всякий недуг и всякую болезнь и Сам волею пострадал и умер на Кресте, дабы всех нас исцелить от смертоносной болезни греха. Воспоминайте сердоболие Пречистой Богоматери, которая с пронзенным сердцем предстояла Кресту и погребению Сына своего, подавая нам пример сострадания. Сими воспоминаниями прививайте себе чистую и спасительную болезнь человеколюбивого сострадания - пусть болит ею сердце ваше; сия святая болезнь и для больных и для здоровых будет источником исцеления. Аминь.
Слово на Преображение Господне, 1820 г.[130]
Взыде на гору помолитися. И бысть, егда моляшеся, видение лица Его ино, и одеяние Его бело блистаяся. И се, мужа два с Ним глаголюща, яже беста Моисей и Илия (Лк.9:28-30)
Высокое зрелище на горе Фаворской. Зрелище, подлинно достойное того, чтобы и видеть оное с восхищением, как видели Апостолы, и воспоминать с торжеством, как мы ныне воспоминаем. Не напрасно и те, которые были свидетелями великих явлений на Синае и Хориве, - не напрасно Моисей и Илия являются на Фаворе. Они увидят здесь более, нежели там. На Синае и Хориве сила и слава Божия открылись человекам сквозь силы видимого естества: на Фаворе не только Божество является человекам, но и человечество является в Божественной славе. Моисей трепетал на Синае (см.: Евр.12:21), Илия жаловался на Хориве (см.: 3 Цар. 19:14) - в Апостолах на Фаворе сквозь ужас сияет радость: Добро есть нам зде быти [Лк.9:33].
Христиане! Вероятно, сердце ваше готово сказать о зрителях Фаворской славы: воистину добро есть им тамо быти! Счастливы они, что могли там быть! Что ж, если скажем вам, что путь к созерцанию Фаворской славы не поглощен бездною, не прегражден стеною, не зарос тернием, не забыт, не потерян, но еще и ныне указуется знающими желающим (нетрудно понять, что сие говорится о пути духовном, ибо телесным шествием, конечно, нельзя взойти к видениям духовным и откровениям Божественным). В самом деле, для чего Евангелист, приступая к изображению славного Преображения Господня, прежде всего свое и наше внимание обращает на молитву: Взыде на гору помолитися? Для чего еще, как будто не полагаясь на проницание некоторых читателей и слушателей Евангелия и опасаясь, что не довольно поймут важность замеченного обстоятельства, он тут же повторяет, что Преображение Господне случилось во время молитвы: Бысть, егда моляшеся? Для чего иначе, если не для того, чтобы указать нам в молитве путь к свету Фаворскому, ключ таин духовных, силу откровений Божественных?
Если Богомудрый Евангелист нашел столь нужным с изображением славы Фаворской соединить мысль о молитве, то, конечно, не излишне будет и нам, Христиане, с воспоминанием славного Преображения Господня соединить хотя некое малое размышление о силе и действии молитвы.
Хотя должно уповать, что в сем доме молитвы нет никого, кто бы не имел более или менее познания о силе и действии молитвы, однако для основательного знания да будет позволено войти о сем предмете в исследование, как бы о неизвестном. Итак, имеет ли какая-нибудь молитва какое-нибудь действие? Сей вопрос недолго может оставаться неразрешенным.
Молятся и язычники, конечно, или потому, что оставляемый тварью, но не оставляющий ее Бог и в их омраченных сердцах оставляет некоторые искры Своего света, который просвещает всякаго человека, грядущаго в мир, и которого тьма не объемлет (Ин.1:9,5), который и во плоти возбуждает некое чувство потребности духовной, дает некое предчувствие о возможности ее удовлетворения и таким образом побуждает взывать к неведомому Богу о неведомой помощи, или потому, что из самого блата чувственности, в котором погрязло язычество, иногда возникали некоторые окрыленные души, которые при сознании низости и нечистоты сего состояния искренним желанием и усилием познать силы духовного мира достигали некоторого причастия их и потом научали других достигать того же искренним и крепким желанием, то есть молитвою, или, наконец, потому, что еще с тех времен, когда во всем роде человеческом было истинное Богопознание и, следственно, во всем роде человеческом известна была сила и действительность истинной молитвы, несмотря на последовавшее повреждение Богопочитания, осталось неизгладимое всеобщее уверение как о необходимости самого Богопочитания, так и о пользе молитвы, то есть о ее силе и действительности.