Страница 16 из 116
Тот, кто допустил себя до падения, научившись из этого падения смирению, может и восстать, и вскоре восстановить свое прежнее положение, если только захочет; тот же, кто по-видимому поступает хорошо с гордостью, но не терпит никакого зла, никогда даже и не заметит своего беззакония, а напротив лишь умножит зло и внезапно отойдет отсюда, лишенный всего, что существует здесь. Но почему же, скажут, право шествующие до искушений часто падают после искушений? Но кто же точно знает право шествующих кроме единого Того, кто создал сердца наши и проникает во все дела наши? Часто ведь многие, кажущиеся нам добродетельными, бывают нечестивее всех. Если же мы, оставив таких людей, обратимся к действительно живущим добродетельно, то кто знает, что у них, тогда как все прочее ими исполнено надлежащими образом, главное из благ - смирение - не оставлено в пренебрежении? И для того оставил их Бог, чтобы они познали, что эти подвиги они совершили не собственной силой, а благодатью Божией. Кротостью называется не то только, когда кто-нибудь кротко переносит обиды от сильных людей, но когда уступает, будучи оскорбляем и людьми, которые считаются низшими. Посмотри, как Бог человеколюбив и какую показывает Он заботу о своих рабах.
Когда Исааку царем герарским и местными жителями было возбранено пользоваться собственными трудами, он не возроптал, не обнаружил малодушия, не возопиял в душе и не сказал: ужели я не имею права пользоваться колодцами? Ужели я оставлен небесной помощью? Ужели я лишен попечения от Господа? Ничего такого он ни подумал, ни сказал в себе, но все перенес с кротостью. Потому и удостоился большей чести и помощи свыше. Господь явился ему в ту ночь и сказал: "Я Бог Авраама, отца твоего; не бойся, ибо Я с тобою; и благословлю тебя" (Быт. 26:24). Желая успокоить и ободрить праведника, Он является ему и говорит: Я Бог, Который сделал славным отца твоего, доставил ему такую знаменитость и сделал его, странника, богаче и могущественнее местных жителей. Я Тот, Который помог ему так возвеличиться. Итак, не бойся, потому что Я с тобою, и умножу семя твое ради Авраама отца твоего, которому Я должен много наград за послушание Мне. Услышав это, праведник перестал уже страшиться, так как Тот, Кто сказал: "Я с тобою" и "благословлю тебя и умножу потомство твое", дал ему и славу, и знаменитость. Смотри, какова сила смирения: те, которые раньше гнали праведника, теперь приходят к нему и не только извиняются за происшедшее и просят у него прощения, но и прославляют его. Действительно, кто может быть сильнее того, кто имеет Бога с собою? "Мы", - говорят, - "ясно увидели, что Господь с тобою" (Быт.
26:28). Посмотрим, как и сын Исаака Иаков совершал путешествие, когда подвергся гонению, - так как и отсюда получим немалую пользу. Когда он шел "в Харран… зашло солнце. И взял [один] из камней того места, и положил себе изголовьем, и лег на том месте" (Быт. 28:10, 11). Видишь несказанное любомудрие? Видишь, как древние совершали путешествия? Человек, воспитанный в дому, пользовавшийся многими услугами, взяв камень, положил его в изголовье. Смотри, какая мужественная душа у юноши: он употребил вместо изголовья камень и спал на земле. За это и удостаивается видения Господа, Который говорит ему: "Я Господь, Бог Авраама, отца твоего, и Бог Исаака" (ст. 13). Я и родоначальника, и отца твоего возвысил до такого славного положения; поэтому не бойся, а веруй, что Я, исполнивший Свои обетования им, и тебя удостою Моего попечения. Но и ныне Я с тобою, охраняя тебя в пути, куда бы ты ни пошел. Не думай, говорит, что ты один совершаешь путь свой; Меня имеешь ты своим спутником, Меня имеешь охранителем во все время путешествия, так как Я с тобою. Итак, если ты хочешь сделать великими свои подвиги, не считай их великими, но признавай, что спасаешься благодатью, чтобы сделать Бога своим должником не только за добрые дела, но и за такую твою признательность.
Когда мы делаем добрые дела, то имеем Его должником только за одни эти дела; когда же мы думаем еще, что и не совершили ничего доброго, то и за такое наше расположение, и даже гораздо более, чем за дела. Если, поэтому, хочешь быть смиренным, то покажи эту добродетель не на словах только и во внешнем виде, а и делом, и словом: не будь кроток с одним и дерзок с другим, а будь кроток со всеми, будет ли то друг или враг, великий человек или малый, - потому что в этом и состоит смирение. Можно быть кротким, и между там раздражительным и гневливым; однако в этом нет никакой пользы, потому что одержимый гневом часто губит все. Истинному смирению желающие могут лучше всего научиться из следующего. Когда Иисус пришел "в Капернаум, то подошли к Петру собиратели дидрахм и сказали: Учитель ваш не даст ли дидрахмы?" (Мф. 17:24). И смотри, к самому Христу они не осмелились приступить, а к Петру, да и к нему не с насилием, а довольно кротко, - они не с упреком, а тоном вопроса говорили: "Учитель ваш не даст ли дидрахмы?" Они еще не имели надлежащего о Нем мнения, а относились к нему как к обыкновенному человеку, хотя по причине бывших уже чудес и чувствовали к Нему некоторое уважение и почтение. Что же Петр? Да, говорит. Но сказав им, что даст, самому Христу не сказал, стыдясь, может быть, говорить с Ним об этом. Что же делает все ясно видящий Бог?
Предваряя Петра, Он говорит: "как тебе кажется, Симон? цари земные с кого берут пошлины или подати? с сынов ли своих, или с посторонних? Петр говорит Ему: с посторонних. Иисус сказал ему: итак сыны свободны" (ст. 25, 26). Чтобы Петр не подумал, будто Он говорит это, услышав от сборщиков, Христос предваряет его, открывая вопрос и внушая ему смелость, так как он до сих пор медлил сказать об этом. Смысл же его слов следующий. Я свободен от уплаты подати. Если земные цари не берут со своих сыновей, а с подчиненных, то тем более должен быть свободен от такой дани Я, царь и сын не земного царя, а небесного. II вслед за тем говорит: "но, чтобы нам не соблазнить их, пойди на море, брось уду, и первую рыбу, которая попадется, возьми, и… найдешь" в ней "статир; возьми его и отдай им за Меня и за себя" (ст. 27). Смотри, как Он и не отказывается от подати, и не просто велит уплатить, а дает лишь после того, как наперед показал, что не должен давать ее: первое для того, чтобы не соблазнились сборщики, второе - чтобы не соблазнились ученики, так как дает не потому, что должен, а по снисхождению к их немощи. Но почему Он повелевает дать не из имевшихся в готовности денег? Чтобы и чрез это показать, что Он Бог всяческих и что владычествует над морем.
В самом деле, немаловажно было предсказать, что первая рыба, попавшаяся из глубин морских, доставит дань, что Его повеление, опустившись как бы невод в морскую бездну, извлечет рыбу, несущую статир, заставит море так нести дары и доказать полное свое повиновение. Итак, если хочешь показать великим свое доброе дело, не величайся, и тогда сделаешь его более великим. Если мы, будучи грешниками, когда считаем себя за то, что мы есть на самом деле, становимся праведными, подобно мытарю, то насколько более в том случае, когда считаем себя грешниками, будучи праведными? Если ты назовешь себя достохвальным, то становишься непотребным, хотя бы был достойным похвалы; если же назовешь себя негодным, то становишься полезным, хотя бы был и негодным. Как гордым Бог обычно противится, так смиренным дает благодать, - Ему подобает слава и держава во веки веков. Аминь.
СЛОВО 8
О душе
Люди, украшенные добрыми делами, но не познавшие веры в Бога, подобны останкам мертвых, одетых в красивые одежды, но не чувствующих этой красоты. В самом деле, какая польза человеку иметь душу, облеченную в добрые дела, но мертвую? Добрые дела совершаются по надежде на воздаяние и венцы; но если ты не знаешь Подвигоположника, то ради чего трудишься? Как людям первее нужно жить, а затем уже питаться, так точно и надежда на Христа должна предшествовать нашей жизни, а сверх того должно питаться и добрыми делами. Не питающийся иногда может жить; но не живущий не может питаться. Ты не можешь представить мне человека, который, совершая без веры добрые дела, жил бы; а я могу показать тебе верующего без дел, который и жил, и удостоился царствия. Никто не жил без веры; а разбойник, только уверовав, получил оправдание. Не говори мне, что он не имел только времени для исправления жизни, так как, если бы он остался с верой, но пренебрег делами, то лишился бы спасения. И Корнилий получил свидетельство о своих милостынях и молитвах, но не знал Христа; и так как Око истины, великий Судия, видел, что эти дела хотя и хороши, но мертвы, потому что не соединены с верою, то посылает ангела, присуждающего награду за дела, чтобы увенчать прекрасно подвизающегося верой. "Корнилий", - говорит он ему, - "молитвы твои и милостыни твои пришли на память пред Богом" (10:3-4).