Учение преподобного Феодора Студита о почитании Креста Господня и Святых Икон

Страница 1 из 12

Федченков Вениамин, митрополит

Содержание

Введение.

Глава 1-я. СИЛА КРЕСТА И СВЯТЫХ ИКОН.

Глава 2-я. ОБРАЗ и ПЕРВООБРАЗ = "Один в другом".

Глава 3-я: ПРИРОДА и ПРИЧАСТИЕ.

Глава 4-я. БОГОПОЧИТАНИЕ ИКОН и ИМЕНОВАНИЕ ИХ.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Введение.

Нередко упоминалось, - как в Писаниях о. Иоанна Кронштадтского, так и в докладе Архиеп. Никона, а равно в Послании Св.Синода (в выдержке из о. Иоанна о силе имени параллельно с силою креста), - между почитанием Креста и Св. Икон устанавливалась аналогия с подобным же почитанием и Имени Божия (в Послании об этом прямо не говорится). Нам также представляется возможным такое сравнение. И потому мы взяли труд проштудировать творения Преп. Феодора Студита об этом вопросе: как и почему почитаются Крест и Святые иконы?

И у него мы нашли обильный материал для этого, - преимущественно с догматической точки зрения, а равно и с богословской (религиозно-философской), а также и с психологической. Немало у него материала и отеческого, исторического. Но мы преимущественно будем останавливаться на первых двух; так как это может дать нам больше оснований для параллели между имеславием и иконопочитанием. И в самом деле. Икона - не Бог: но почитание ей воздается богоподобное. И именуется она тем именем, изображение Кого носит: икона Христа именуется Христом и пр... Между иконою и Изображенным есть связь: "одно пребывает в другом"; - как часто говорит Св. Феодор словами Св. Дионисия Ареопагита. Иконы являются "отображением" Первообразов (припомним такое же сравнение Архиеп. Никона). И ставится вопрос: нельзя ли провести параллель между обоими почитаниями: икон и имени?

А при этом затрагивается вопрос и непосредственно о почитании самого имени и имен, написанных на иконах Бога, Богородицы и Святых, - о чем есть суждение у Св. Феодора. Есть даже и прямые касания к вопросу об имеславии - хотя весьма мало; ибо вопрос тогда шел не об "отвлеченном" почитании Бога в "словах" и "именах": это именно как раз тогда и допускалось и признавалось иконоборцами, как возвышенное, достойное Невидимого Бога, как "духовное". Тогда вопрос был более конкретный: о поклонении Богу в видимых вещах, в иконах, крестах и проч.; что иконоборцам казалось "унизительным" для Бога. Потому и у Феодора Студита мало материала о первом почитании, и много - о втором.

Добавлю еще. Когда читаешь о догматических спорах прежних веков, то дивишься: как все же тонки были различия в богословствованиях между православными и еретичествующими! А иногда даже сами православные расходились между собою в формулах! Приведу два три примера.

Ведь, трудно даже и представить теперь, как это два собора архиереев (754 г. при Императоре Константине Копрониме, и 815 г. при Льве Армянине) оказались еретическими, иконоборческими... Выбраны были и патриархи такие... Нечего уже говорить о светских людях!

Теперь возьмем пример об разногласиях самих православных.

Патриарх Никифор, признанный впоследствии Церковью святым, выразился о Св. Феодоре осудительно:

- "Пользуясь смиренным письмом нашим, - пишет ему Пр. Феодор, - как бы некоторой завесой, из благоговения к ангелу Блаженства твоего, мы, смиренные являемся пред святейшею главою твоею по необходимости. Ибо Иоанн, сослужитель и ученик наш, известил уже нас, что он, удостоившись почтеннейше поклониться тебе, слышал от твоего Блаженства нечто странное и невыносимое. - "Вы, - сказало твое блаженство, - отщепенцы от ЦЕРКВИ". - Блаженнейший! Какой скорби справедливо должна была предаться душа наша при этих словах?! Как не высказать оправдания пред твоею святостью, чтобы молчанием не подтвердить обвинения?!"... Далее он излагает свои мысли; и заявляет: - "Мы не отщепенцы, святая глава, от Церкви Божией; да не случится этого с нами никогда! Хотя мы и повинны во многих других грехах; однако, МЫ - ПРАВОСЛАВНЫ и питомцы кафолической Церкви, отвергающие всякую ересь и принимающие все признанные вселенские и поместные соборы, равно как и изреченные ими канонические постановления. Ибо не вполне, а наполовину православен тот, кто полагает, что содержит правую веру, но не руководствуется Божественными правилами. И твое Блаженство, когда ты был возведен, мы приняли, как и исповедали это открыто пред тобою. И с того времени и доныне мы, как подобает, поминаем твое Блаженство при священнодействии... Ты любезен нам с самаго начала" (Т.2, ст.248-249, Пис.25). (Цитируем и в дальнейшем по изд.СПБ.

Д. Академии 1907-1908 г. Том 1 и 2. Сначала мы будем указывать и томы и страницы; а далее, для сокращения, будем отмечать только номера писем, как они приведены в указанном издании Академии. Да будет хвала ей во веки за издание Св. Отцев! И труженикам по переводу!)

Другое разногласие - с приятелем, ученым Иоанном Грамматиком:

- "Твоя мудрость, получив некогда мое письмо о том же предмете ("о досточтимых иконах"), усумнилась, как будто оно содержит неясное учение или даже отклоняет слушателя от истины... Если бы высказавший порицание был из простолюдинов, то я не скоро тронулся бы, умея переносить и стрелы зависти, и порицания невежд. Но так как упрек сделан другом и другом мудрейшим, то я признал необходимым представить самое письмо (написанное Афанасию, - 85-е) и послать к твоей благосклонности по возможности составленное объяснение, которое бы или разрешило недоумение, или было исправлено твоей сообразительностью. Ибо осуждающему должно высказывать и собственное мнение относительно того положения, которое вызывает упрек". - Далее приводится инкриминируемое письмо святого к Афанасию в подлиннике, точно, то есть. А затем следует богословское разсуждение, ссылка на Святых отцев и на два собора. (Пис.145, Т.2,589-590). Получив потом от Грамматика ответ, Преподобный Отец пишет: - "Исповедую благодарность Святому Богу, что я, хотя и поздно, услышал любезный глас твой... Недавно присланное письмо твое я нашел согласным, а не противоречущим прежним письмам моим". Далее следует повторение мыслей Грамматика и одобрение их Феодором (Пис.213, Т.2,618-619).

Было разногласие и с некоей "Фомаидой девственницей", то есть, вероятно, монахиней. - "С удовольствием получил я предложение твоего почтенства, высказанное живым голосом высокопочтенного господина, главного врача, как родственного и боголюбивого. Я не отказываюсь иногда поучиться и от женщины тому, что неизвестно мне. Но не думаю, чтобы я не знал поклонения досточтимым иконам, как ему следует быть"... Затем он разъясняет свое воззрение и заканчивает: - "Прочь нечестивое суждение (о богопочитании твари)! Тебя же да сохранит Благий Бог непоколебимою и невредимою в православной вере и в благочестивой жизни, которую ты избрала по обету девства, для благоугождения Господу" (П.218).

И когда мы перейдем к раскрытию самого учения, мы увидим, как иногда расходились и православные, даже архиереи. И это не удивительно, ибо богословские вопросы совсем не такие простые, как теперь кажется нам, после утверждения их соборами и по многотысячелетней простой вере в усвоенные догматы. И нечего дивиться, что и в имеславских спорах люди, только православия искавшие, оказывались будто в двух лагерях. Преподобный Феодор Студит тоже знал эти опасности и трудности богословия и нередко предупреждал о них своих друзей. Коснемся здесь этих его воззрений на способы доказательства истин догматических. Иногда он говорит, что доказательства так просты и убедительны для всякого, имеющего разум; а по большей части он считает богословствования делом ответственным и не всякому посильным.

В послании "к иконоборческому собору" 815 года, после доказательств об описуемости Воплотившегося Господа Иисуса Христа и ссылок на Св. Василия Великого о почитании изображений и креста, Преподобный говорит, что так нужно думать и "всякому здравомыслящему. Впрочем, теперь не время для догматического изложения, которое ЛЕГКО может УБЕДИТЬ и весьма слабоумного признать свет истины... Такова евангельская вера нас грешных; таково апостольское исповедание нас смиренных; таково преданное от отцов богопочтение нас нижайших". А иного учения он не может принять, "как не согласующегося с здравым учением веры", - хотя бы и Петр и Павел, и сам "пришедший с небес" ангел - "говорил о невозможном" - провозвещал иное. (Пис.1)... Так он пишет к "собору", где собрались все люди ученые, которые, казалось бы, должны подчиняться одним и тем же законам логики и потому легко - убеждаться в истине.