В.В. Розанов

У этого от первых двух браков не было детей, и кончились оба они рано и скоро. Человек крайне определенный и положительный, любитель хорошего пирога в воскресенье, хорошего винта вечером, артист регент, отлично организовавший гимназический хор и всегда стоявший сам на клиросе, душа общества и любимец клуба, едва ли он был когда нибудь романтически и "сумасшедше" влюблен. Он с большим сожалением вспоминал о второй жене, умершей рано в чахотке, и, как помню, не выносил запаха мускуса (цветок), по воспоминанию о мускусе, который ей давали перед смертью. О первой жене воспоминаний я от него не слышал. Дети были у него только от третьего брака, что то человек пять или шесть, мальчики и девочки, и как одни, так и другие отлично учились, а в домашних играх, как теперь помню, были неистощимо изобретательны. Многодетная и отличная хозяйка, хотя тоже любительница вечерком сесть за карты, третья жена его была отличная барыня. А когда сам он помер, что то около 55 лет, то его глубоко жалел весь город и вся гимназия, как отличного русского человека. Вот случаи третьего брака, кроме которых я не встречал. Оба брака были, что называется, "хозяйственные" и произошли просто из чувства запустелости, которое образуется в доме без хозяйки. Многие и едва ли худшие люди прямо не переносят мертвенного молчания вокруг себя, вымороченности, не могут жить без детской возни и жениных хлопот.

В жизни и смерти Бог волен, и в ранней смерти и вообще неудаче двух первых браков оба мои знакомые были ни при чем.

Оставалось жизни одному и другому еще лет на двадцать: и, конечно, ее прилично было провести семейно, а не кое как, не в холостом безобразии. Если по каноническим правилам не возбранен брак и не сопровождается эпитимьею в 60 летнем возрасте, хотя именно это есть нравственно сомнительный брак, то какое есть основание для эпитимьи брачащегося, когда ему 40 45 лет? Троебрачный всю жизнь свою прожил честною семейною жизнью; напротив, нужно принудить себя к обману, схитрить, сфальшивить, чтобы сказать и подумать о человеке, 59 лет прожившем холостою жизнью и вступающем 60 ти лет в первый брак, что теперь он впервые готовится узнать женщину, а что до этого времени все 59 лег он находился в состоянии Адамовой невинности. Однако мы замечаем, что на таковых старых женихов холостяков эпитимья не накладывается. Но эпитимья на троебрачных, которые никогда и никого не погубили и, только вступая в третий брак, показывают, что они нисколько не разочаровались в семейной жизни во время прежних двух браков и, следовательно, прожили в них хорошо и счастливо, какой же она имеет смысл? Очевидно, в эпитимье содержится упрек вступающему в брак и почти нежелание, неохотное желание повенчать его. Очевидно, этот человек, собирающийся третий раз жить семейно, совершенно не переносит внесемейных отношений к женщине, и за это его надо хвалить, а не порицать.

Да и похвалы он достоин, ибо, на протяжении всей жизни узнав только трех женщин, он невиннейший Иосиф сравнительно с толпами, с сонмами пожилых веселящихся холостяков. Ведь напрасно было бы тут прикидываться неведущим и делать вид, что предполагаешь, будто эти холостяки девствуют. Конечно, они развратничают напропалую, и никакой ответственности, ни даже "законному" упреку не подлежат. Третий брак и есть пример, урок, редчайший и случайный, но поучительный, что нельзя касаться женщины иной, чем своя жена, и иначе как в правильной семье. Обращаясь к основаниям эпитимьи, мы не находим никаких. В Евангелии умолчано, сколько раз можно вступать в брак. Но косвенный ответ на вопрос там есть. Это беседа Спасителя с самарянкою. На слова Иисуса, вне целей беседы сказанные: "Поди и призови своего мужа", она сказала: "Господи, у меня нет мужа". "Это правду ты сказала: ибо ты имела пять мужей, и тот, которого теперь имеешь, не муж тебе". И нет дальше глагола: "оставь этого, с которым теперь живешь" или: "ты много грешила в прежней жизни". Мы этим и воспользоваться можем ввиду отсутствия других текстов. Ибо в Кане Галилейской Спаситель не высказал о браке никакого слова, и, однако, самое Его присутствие здесь принято нами за освящение, за "благословение", за дозволение. Но насколько ярче беседа Его с самарянкою!

Если в Кане Галилейской одно присутствие Его освятило, то и здесь Его беседа освящает же. А что Он не упрекал самарянку и не сказал: "Ты грешила " или "не согрешай впредь", то это, казалось бы, устраняет возможность упрека или эпитимьи и с церковной стороны. Между тем покой и твердая совесть есть важное условие счастья семейной жизни. Ибо не можем мы глагол священника выслушивать без трепета: и этот трепет останавливает, вероятно, многих несчастным образом ранних вдовцов; оставляет вне семьи много почтенных девушек и вообще есть причина разнообразного несчастия и дурных нравов общества. Ибо всякая холостая жизнь человека без монашеского специального призвания (особый глас Божий) невольно бывает грязна и разрушительна для общества.

Опыт самозащиты

Г н Скальковский, в рождественских шутках за прошлый и за нынешний год, приписывает мне намерение "упразднить брак" и вернуть благочестивых соотечественников к нравам радимичей и вятичей, которые "умыкаху жен", или обитателей Сахалина, которым на время дают казенную жену. Причем дети в том и в другом случае бросаются на руки государства. Так как подобное мнение обо мне и моих взглядах на брак, высказанных на страницах "Нов. Вр.", мне случалось читать и в серьезной форме, в газетах, журналах и даже целых брошюрах, то я нахожу полезным, для восстановления доброго своего имени, сказать несколько слов о той стороне брака, которой вообще специально не касался: именно о формальной, как юридической, так и обрядовой.

Я не только не хотел бы, как мне приписывают, устранить венчание, но насколько художественное созидание христианства не имеет поставленной около себя точки, хотел бы расширения, углубления и особенно поэтизации обрядовой стороны при вступлении в брак. Она упала сравнительно с первыми веками церкви: новобрачные тогда семь дней ходили в цветочных венках (которые заменились теперешним бронзовым "венцом"), и время венчания было сейчас же после литургии, на которой новобрачные причащались. Всякий поймет, насколько это глубже было по значению и художественнее по форме теперешнего "представления свидетельства о говеньи", каковое делается недели за две до венчания, и трудно понять, какой оно имеет смысл в таком удалении от брака. Вообще потеря смысла и утрата красоты форм, введение на место этого каких то жестких до непереносимости для деликатного слуха терминов, вроде "брачного обыска" и "оглашения", поразительно и удручает сердце.

Далее я считал бы очень важным приблизительно в течение года между обручением и венчанием изучение женихом и невестою некоторых важнейших текстов Св. Писания, до супружества и семьи относящихся, из "Бытия", "Апокалипсиса", "Второзакония", кн. "Руфь", "Товия" и "Иисуса, сына Сирахова". Но это не для всех, не всегда и не везде возможно. Семьи, по необходимости (заметьте это) начавшиеся без предварительного ритуала, однако, я желал бы все таки связать с церковью, например, чрез выдачу священником освященных колец. Это есть в церкви: епископ римский утверждается в должности чрез посылку ему папою шерстяной ленты (палиум). Вообще освящение чрез вещь существует в церкви. Путем указываемого мною средства связались бы с церковью и ее священством множество теперь существующих связей, особенно многочисленных в простом народе и которые теперь оставляются законом и церковью абсолютно без всякой формы. Таким образом, я стою за совершенное уничтожение бесформенных сожительств. Но в то время, как другие предлагают их уничтожить и, конечно, никогда этого не в силах будут сделать, я настаиваю на их признании, освящении и оформлении.

Свободное соглашение и теперь есть первый канон брака. Не рассуждаю, а выписываю из "Курса православного церковного права" епископа Никодима (СПб., 1897): "В понятии брака как в гражданском отношении, так и в смысле таинства, первое и основное условие есть обоюдное согласие (курс, авт.), cuvcavecic,, consensus: именно, чтобы мужчина и женщина способом, признанным законом, изъявили свою свободную волю вступить в союз, обусловливающий брак. Поэтому брак считается заключенным в тот момент, когда воля мужчины и женщины получит внешнее выражение и сделается обоюдным согласием. А чтобы это обоюдное согласие могло быть существенною основою брачного союза, оно должно соответствовать всем предписаниям закона, вообще существующим по отношению ко всякому законному договору, и главным образом, чтобы договаривающиеся стороны имели все необходимые для этого нравственные качества, равно как в отношении цели брака и все физические качества. Когда есть налицо все эти нравственные и физические качества и когда взаимное согласие было выражено в установленной законом форме, тогда только это взаимное согласие служит основою брака, чем и отвечает первому внутреннему условию его" (стр. 578).