Страница 2 из 2
Ибо если Он создал мир из несуществующего; если слово Его истинно, живо, действенно и всемогуще; если всё, что пожелал, Господь сотворил; [то неужели] не сможет Он хлеб в собственное Тело претворить, и воду, с вином смешанную, в собственную Кровь? Ибо как сказано в начале: да произрастит земля зелень, траву, сеющую семя (Быт 1:11) и до сего дня, как мы видим, производит траву земля, соблюдаемая и понуждаемая призывом Божиим; таким же образом сказал Бог: сие есть Плоть Моя (Мф 26:26), и: Сие есть Кровь Моя (Мф 26:28) и: сие творите в Мое воспоминание (Лк 22:19)
; и это всесильное предписание вплоть до второго Его пришествия будет совершаться, Божественным вдохновением и посещением Святого Духа.
Ахмед. Но почему Христос заповедал причащаться Своих Крови и Тела, скрытых под видом вина, хлеба и воды, а не под каким-либо другим видом материи?
Самон. И уже говорил я об этом, и снова скажу. Бог [так] решает, и непостижимым образом производит, считая достойным, чтобы в нас это произошло: чтобы [посредством] естественных привычек — есть и пить, — проникать [в нас], и возносить нас сверх естества, [ибо] мы говорим о Божественном таинстве.
Но, конечно, из всех других [видов] пищи хлеб — первый в ряду того, что необходимо принимать, подобно и среди [видов] пития вода и вино являются первыми. Стало быть, вкушая эти [предметы], называемые хлебом, вином и водою мы соединяемся с Господом и Его Божеством, силою речения Его, которое всё из не сущего в бытие приводит, [и указанное] в собственные Его Тело и Кровь превращает.
Мы принимаем и видим хлеб и вино, но это по премудрому домостроительству и по дару снисхождения к нам; через это Он избавляет нас от трепета и страха, которые приходилось бы подавлять, если бы Его Тело и Кровь, повелел Он нам принимать в своём собственном виде. К тому же, как известно, роду нашему чуждо плотоядение, сказанное справедливо для зверей — пить кровь и есть себе подобных, [ведь] неверующие видят только хлеб и вино, те же, кто верует, [видят] Тело Христово и Кровь, из пречистого ребра истекшую.
Так и в [отношении] крестильной купели (lout/rion) неверующие, будучи удерживаемы, видят только воду в купели, те же, кто верует, воду и пламя и Дух постигают. Всякий же раз, когда и те становятся причастными крещения, тогда и они от [вещи, видимой] чувствами, обретают уверенность, что [оно посредством видимого] к невидимому возрождает. Потому как и в этой воде благодать обретается, не из природы воды, но из пришествия Духа.
Ахмед.
Очевидно, что ты со всех сторон хорошо проповедуешь и обстоятельно объясняешь таинства Христовой веры. Но я нахожусь в затруднении о том, что если Бог один и Тело Христово одно, то как оно, находясь внутри [хлеба], на бесчисленные тела и части разделяется? Разве многие разделённые Христы есть, или в каждом часть Одного, и Сам Он — целый и невредимый?
Самон.
Из чувственных и вещественных примеров невещественное и сверхествественное докажу [тебе]. Итак, выслушай следующий пример и восприими сокрытую в этом слове силу. Предполжим: разбито некое зеркало, и ты видишь во многих осколках заключенное, в каждом в равной степени, своё целое отражение; таким образом уразумей и из этого отражения, [как] Тело Христово целое и невредимое в каждой частице [хлеба],в какое бы время, сколько бы и где бы ни преломлялся он.
И снова, возьмём другой пример: всякое слово, произносимое человеком громко, и сам говорящий слышит и понимает, и те, кто от него слышат, [воспринимают его] не раздельно, но неповреждённо. Подобным же образом переносим [это] и на Тело Христово: всесвятое Тело Христово, сидящее одесную Отца, пребывает в нём (т.е. в хлебе). Но и священнодействуемый хлеб в истинное Христово Тело прелагается, Божественною силою через призывание всесвятого Духа, хотя бы [даже] разделяемое, но невредимым и целым в каждой частице сохраняется, как и слово, сказанное ко всем слушающим, невредимое и неразделённое слышится.
Таким образом через видимые и чувственные примеры мы приводим непослушные и слишком любопытных к пониманию таинств Божественных, которые превыше естества, слова, разума, превыше всех нас. Итак, всякий раз, когда освящённый хлеб, который является всесвятым Телом Христовым, на части раздробляется, не думай, что расчленяется, или отламывается, или разделяется пречистое то Тело; ибо [оно] бессмертно и нетленно и неистощимо; но разделение это есть чувственный [способ] соединять посредством одного освящённого, [многих] верующих, и это установление есть видимый знак намерений, и залог и средство жизни вечной.
Ахмед.
Подлинно, авва отче, удивительны и необычны, превыше естества, ума и мысли человеческой таинства веры христианской. Благодарю же тебя, что и нам показал, как весьма справедливо, ясно и истинно учение, [называющее] Христа всемогущим, человеколюбивым и истинным Богом, и показал [учение], из которого изгоняется всякая фантазия и прекращается ложь. Но теперь, когда любомудрием это свято разрешено, мне надлежит отпраляться в путь, [до притом] пришпорить лошадей, ибо, как я вижу, день склоняется к вечеру.
Перевод Ю.В.
Максимова, опубликован в книге Византийские сочинения об исламе. М., 2006.