Страница 151 из 224
16. Итак, пришли теперь сто талантов серебра и в заложники двух сыновей его, чтобы он, быв отпущен, не отложился от нас, — и мы отпустим его.
17. Симон понимал, что они говорят с ним коварно, но послал серебро и детей, чтобы не навлечь большой ненависти от народа,
18. который сказал бы: оттого, что я не послал ему серебра и детей, Ионафан погиб.
17–18. При всей уверенности, что Трифон коварствует, Симон все-таки посылает ему деньги и заложников, чтобы снять всякую ответственность за брата, и чтобы народ видел, что он не ставит выше жизни несчастного пленника ни деньги, ни свое начальствование.
19. Итак, послал детей и сто талантов; но Трифон обманул и не отпустил Ионафана.
20. После сего Трифон пошел, чтобы войти в страну и разорить ее, и пошел окольным путем на Адару. Но Симон и войско его следовали за ним повсюду, куда он ни шел.
20. Адора — 'Αδορα — 2 Пар XI:9 — нынешняя Dura — селение в 2 1/2 ч. западнее Xеврона, тогда принадлежала, вероятно, к Идумее. Отсюда Трифон надеялся лучше проникнуть в горы Иудейские и со стороны Хеврона прорваться к Иерусалиму.
21. Бывшие же в крепости послали к Трифону послов, чтобы побудить его придти к ним через пустыню и прислать им съестных припасов.
21. «Бывшие в крепости…», т. е. Иерусалимской, которая уже начала чувствовать сильный недостаток в припасах, отрезанная стеною от всякого сообщения с городом (XII:36). — «Через пустыню…», т. е. пустыню Иудейскую, с западной стороны Мертвого моря.
22. И приготовил Трифон всю свою конницу, чтобы идти в ту же ночь, но был очень большой снег, и он не пошел по причине снега, а, поднявшись, отправился в Галаад.
22. В ответ на просьбу голодающих Трифон снарядил для похода «в ту же ночь» «всю свою конницу», очевидно, с припасами. Но выпавший в эту ночь «очень большой снег» расстроил это предприятие. Снег выпадает в Иерусалиме и окрестностях довольно часто, особенно в январе и феврале, иногда до глубины фута и более. Но почти никогда не лежит долго. В феврале 1797 года, как редкое исключение, глубокий снег лежал 12–13 дней в Иерусалиме, в 1818 году — 5 дней глубиною в фут.
23. Когда же приблизился к Васкаме, умертвил Ионафана, и он погребен там.
23. Васкама, вблизи которой погиб Ионафан, греч. Βασκαμά (у Иос. Βασκά) совершенно неизвестна.
24. И возвратился Трифон и ушел в землю свою.
25. Тогда Симон послал и взял кости Ионафана, брата своего, и похоронил их в Модине, городе отцов своих.
26. И оплакивал его весь Израиль горьким плачем, и сокрушались о нем многие дни.
27. И воздвиг Симон здание над гробом отца своего и братьев своих и вывел его высоко, для благовидности, из тесаного камня с передней и задней стороны,
27. «Для благовидности…» — τή «οράσει — слав.: «вознесе его видением…», т. е., чтобы он лучше был виден.
28. и поставил на нем семь пирамид, одну против другой, отцу и матери и четырем братьям;
28. «Семь пирамид… отцу и матери и четырем братьям…» — седьмую, следовательно, для себя, в надежде, что он будет положен там же.
29. сделал на них искусные украшения, поставив вокруг высокие столбы, а на столбах полное вооружение — на вечную память, и подле оружий — изваянные корабли, так что они были видимы всеми, плавающими по морю.
29. «Изваянные корабли…» должны были представлять открытую со взятием Иоппии морскую связь Иудеев с иностранными народами.
30. Этот надгробный памятник, который сделал он в Модине, стоит до сего дня.
30. «Стоит до сего дня…», т. е. до времен писателя нашей книги. Так как Модин лежал близ Лидды (см. к II:1), и построенный там мавзолей мог быть виден с моря, то полагают, что он лежал или на месте нынешнего селения el Burdsch, где на самой высшей точке горы еще недавно путешественники заметили две пирамидообразные кучи мусора, с коих открывался прекрасный вид на море, — или еще вероятнее — на месте нынешнего el Midjeh (иначе el Mediyeh), в 2 1/2 часах восточнее Лидды, где до сих пор видны следы могил и гробниц, под названием Kubur el Iahud — могилы иудеев. С этого места не только открывается свободный вид на море, но и вообще высота его была очень удобна для того, чтобы, не прибегая к чрезмерной высоте пирамид, сделать их ясно видными со стороны моря, отдаленного отсюда всего на 3 1/2 мили, особенно при освещении лучами солнца.
31. Трифон же с коварством отправился в путь с юным царем Антиохом и убил его,
31. Событие умерщвления юного Антиоха Трифоном писатель помещает непосредственно после взятия в плен и умерщвления Ионафана, и до упоминаемого далее XIV:1 и д. похода Димитрия в Мидию, где он и погиб. Гораздо правильнее Иосиф Флавий — в согласии с Diod. Sic. (в Mulleri Fragm. hist. gr. II, p. XIX, Nr. 25), Appian. Syr. 68 и Justin, Hist. XXXVI, 1, 7 — помещает смерть Антиоха после похода Димитрия и его гибели в Мидии. В самом деле, Димитрий воцаряется в 167 г. э. Сел. (XI:19), и около этого же времени (после роспуска Димитрием войск, XI:38–40 и 54) Трифон делает царем маленького Антиоха, имевшего — по Liv. Epit. LII — всего два года; а так как — по другому свидетельству Liv. Epit. XV — Антиох погиб десятилетним мальчиком, то, следовательно, — царствовал он восемь лет. Между тем, Димитрий, воцарившийся во всяком случае ранее Антиоха, царствовал, судя по данным книги (ср. X:67 и XIV:1), всего только 7 лет. Очевидно, или на царствование Антиоха надо положить менее 8 лет, или отодвинуть время его смерти далее гибели Димитрия в Мидии — хотя бы на один год.
32. и воцарился вместо него, и возложил на себя венец Азии, и произвел великое поражение на земле.
31–32. «Трифон же с коварством отправился в путь…», έπορεύετο δόλφ, точнее слав.: «хождаше лестию…», т. е. обходился льстиво, аналогично выражению πορεύεσθαι σοφία (Притч XXVIII:26) — «ходить в мудрости» — апостольское: «с премудростию ходите ко внешним…» — «венец Азии…», как в VIII:6.
33. А Симон строил крепости в Иудее, укрепляя их высокими башнями и большими стенами, воротами и запорами, и складывал в крепостях съестные запасы.
34. Потом избрал Симон мужей и послал к царю Димитрию просить, чтобы он сделал облегчение стране, ибо все деяния Трифона были грабительские.
35. И послал ему царь Димитрий ответ на эти слова и написал такое письмо:
36. «Царь Димитрий Симону, первосвященнику и другу царей, и старейшинам и народу Иудейскому — радоваться.
36. «Другу царей…», φίλω βασιλέων. — Множественное — βασιλέων — здесь, вероятно, хочет сказать, что Симон должен обладать достоинством «друга» не только при Димитрии, но и при преемниках его в царстве.
37. Золотой венец и пальмовую ветвь, посланную вами, мы получили и готовы заключить с вами полный мир и написать заведующим сборами, чтобы отпустить вам дани.
37. Симон посылает Димитрию «золотой венец и пальмовую ветвь», (την βαίνην), вероятно, тоже была из чистого золота (ср. 2 Мак XIV:4).
38. И всё, что мы постановили о вас, да будет неизменно, и крепости, которые вы построили, пусть принадлежат вам.
39. Прощаем вам также неумышленные проступки ваши до сего дня и венечный сбор, который платить вы обязаны, и если другое что взимаемо было в Иерусалиме, более не будет взиматься.
39. «Венечный сбор», который обещал отменить еще Димитрий I, Сотер (к X:29).
40. И если найдутся из вас способные быть вписанными в число состоящих при нас, пусть записываются, и да будет между нами мир».
41. В сто семидесятом году снято иго язычников с Израиля;
42. и народ Израильский в переписке и договорах начал писать: «Первого года при Симоне, великом первосвященнике, вожде и правителе Иудеев».
41–42. «В 170 году» э. Сел. = 143–142 г. до Р. Х. — «Снятие ига язычников» с Израиля не устраняло верховной зависимости его от сирийского царя: это видно не только из самого тона царского послания ст. 36–40, но и из дальнейшего хода обстоятельств — XIV:38 и д. — Первосвященник, по новому положению дел, был только самостоятельный правитель дел своего народа, под верховенством царя сирийского, и получил титул «етнарха» (εθνάρχος, XIV:47; XV:1 и д.). — Каких-либо документов с новым счислением времени, установившимся при Симоне, не сохранилось, так как для официальных пометок времени осталась в употреблении Селевкидская эра (XIV:27). — Не сохранилось и монет Симоновской чеканки.