вер. 1.0 — исходный текст.

Так как начальные события книги (III-я глава) имели место в последний или предпоследний год царствования Селевка IV, умершего в 176 г. до Р. Х., то можно с точностью установить, что 2-я книга Маккавейская обнимает своим повествованием исторический период в 15 лет (176–161 г. до Р. Х.).

Возникает вопрос, в какой степени этот период в изложении 2-ой Маккавейской книги совпадает с изложением 1-ой, в которую он также входит, как часть, — в чем сходствует и в чем представляет особенности и различия, в чем пополняет параллельный ему рассказ или сам в чем пополняется им?

По сравнению с 1-й Маккавейской книгой, ведущей свой рассказ с Антиоха Епифана (1 Мак I:10), — вторая Маккавейская книга захватывает несколько более ранних событий (III:1; IV:6) и более подробно описывает бедствия Иудеев, постигшие их с отступничеством первосвященника Иасона (1 Мак IV:7–VII:42 = 2 Мак I:10–64 ст.) С VIII гл. рассказ идет параллельно 1 Мак III–VII гл. с некоторыми более или менее значительными и важными отличиями и неточностями, находящими себе объяснение отчасти в более религиозно-дидактических, нежели строго научных исторических целях книги, — а отчасти в неизбежных недосмотрах при сокращении первоисточника и приспособлении его к указанным предвзятым целям.

Личность и жизнь Иасона Киринейского мало известны. От его отечества Кирены — можно только заключить, что он был иудей-еллинист, и что его 5 книг истории написаны были на греческом наречии.

Столь же мало сведений можно дать о сократителе его труда — писателе 2-й Маккавейской книги. Представляется вероятным лишь, что он, также эллинист, незнаком был с 1-й Маккавейской книгой, хотя мог собирать материалы для своей истории в Палестине, как показывают многие народные Иудейские предания, нашедшие место в его труде.

О времени написания книги удается отчасти заключить из I:10, что она написана не раньше 188 г. э. Сел. = 124 г. до Р. Х., но когда именно, с точностью определить нельзя, во всяком случае до пресечения Маккавейской династии и взятия Иерусалима Помпеем (63 г. до Р. Х.).

Благодаря в особенности трогательному и поучительному повествованию своему о страданиях за веру 7 братьев-«Маккавеев» с их матерью и учителем, книга пользовалась большим вниманием и уважением древних церковных писателей и проповедников (Клим. Алекс, Ориген, Иероним, Августин и др.), хотя и не почиталась каноническою.

ВТОРАЯ КНИГА МАККАВЕЙСКАЯ

Глава I

Письмо (первое) палестинских иудеев к египетским (1–9). Второе письмо в том же роде (10–36).

1. Братьям Иудеям в Египте — радоваться; братья Иудеи в Иерусалиме и во всей стране Иудейской желают счастливого мира.

1. Письмо Палестинских Иудеев Египетским начинается приветствием, которое выражается и в греческой форме (χαίρειν), и в еврейской (ειρήνην αγαθήν — счастливого мира!).

2. Да благодетельствует вам Бог и да помянет завет Свой с верными рабами Своими: Авраамом, Исааком и Иаковом!

2. «Да благодетельствует вам Бог…» — ближе определяется через дальнейшее выражение «да помянет завет Свой с… Авраамом, Исааком и Иаковом», т. е. относительно их потомков.

3. Да даст всем вам сердце, чтобы чтить Его и исполнять волю Его всем сердцем и усердною душею!

3. «Да даст… сердце, чтобы чтить Его…», т. е. «сердце, чтущее Его», преданное Ему. — «Волю Его» — τά θελήματα αυτού, — слав.: хотение Его, выраженное в Его заповедях. — «Всем сердцем» — καρδία μεγαλη — слав.: сердцем великим.

4. Да откроет сердце ваше для закона Его и повелений и дарует мир!

4. «Для закона Его и повелений» — έν τω νόμω αυτού — слав.: в законе Своем, т. е. в области Своего закона, в дни исполнения его.

5. Да услышит моления ваши и да будет милостив к вам, и да не оставит вас во время бедствия!

5. «Во время бедствия» — έν καιρω πονηρω, слав.: во время лукаво, в несчастное время.

6. Так ныне здесь мы молимся о вас.

6. «Так ныне…» και νύν (ср. ст. 9), и ныне, т. е. сообразно высказанным пожеланиям.

7. В царствование Димитрия, в сто шестьдесят девятом году, мы, Иудеи, писали к вам в скорби и страданиях, постигших нас в те годы, как отложился Иасон и соумышленники его от святой земли и царства.

7–8. Сообщение, что скорбь и несчастие, постигшие Иудеев при Димитрии (в 169 г. э. Сел. = 144–143 г. до Р. Х.), о чем они прежде писали, теперь прекратились. Здесь разумеется Димитрий II Никатор, воцарившийся после смерти Александра Валаса и Птоломея Филометора в 167 г. э. Сел. (см. к 1 Мак ХI:15–19). — «От святой земли…» — ή αγία γη Зах II:12 — так называется Иудея, как место преимущественного пребывания Божия и явлений силы Его. — «И царства», т. е. святого же, Божия: такое наименование усвояется ветхозаветному народу и местожительству его только в данном месте Ветхого Завета. — «Отложением», или отпадением Иасона с его соумышленниками от святой земли и царства — писатель называет известный поступок Иасона, когда он решился купить у Сирийского царя первосвященство за деньги и позволение ввести в Иерусалиме языческие обычаи.

8. Они сожгли ворота и пролили невинную кровь. Тогда мы молились Господу и были услышаны, и приносили жертву и семидал, и возжигали светильники, и предлагали хлебы.

8. «Они (сожгли ворота)…», т. е. вообще враги Иудеев, Сирийцы, особенно Антиох Епифан и его сообщники. — «Ворота» — τον πυλώνα, в единственном числе, но, вероятно, — в коллективном значении — храмовые ворота, или священные (πυλώνες ιεροί), о сожжении которых говорится в 1 Мак IV:38 и 2 Мак VIII:33. — «Пролили невинную кровь…» соответствует 1 Мак I:37, 60 и д.; 2 Мак V:13 и д. 26. Это выражение может обозначать и вообще бедственную жизнь народа в те годы отложения Иасона от святой земли и царства, т. е. не только во время Антиоха Епифана, но и его преемников. — «Жертву и семидал…» — θυσίαν καί σεμίδαλιν — соответствует еврейскому — ??? — жертву убойную и хлебную. Семидал (σεμίδαλις) — чистая пшеничная мука, как главная составная часть бескровной хлебной жертвы, у LXX часто употребляется, вместо обозначения целого, в смысле евр. ???. — О возжигании светильников и предложении хлебов — 1 Мак IV:50–51.

9. И ныне совершайте праздник кущей в месяце Хаслеве.

9. «Совершайте праздник кущей в месяце Хаслеве», — т. е. не собственно праздник кущей, а праздник очищения храма — по подобию или по чину праздника кущей (ср. X:6), совершаемого в месяце Тишри. Называя праздник «очищения храма» «праздником кущей в месяце Хаслеве», авторы письма показывают, что хотя празднование очищения храма сразу же вошло в ежегодный повсеместный обычай, однако, настоящее наименование его, как праздника «очищения храма», установилось не одновременно с установлением праздника, а несколько позднее.

10. В сто восемьдесят восьмом году живущие в Иерусалиме и в Иудее, и старейшины и Иуда — Аристовулу, учителю царя Птоломея, происходящему из рода помазанных священников, и пребывающим в Египте Иудеям — радоваться и здравствовать.

10. Первая половина 10-го стиха, содержащая хронологическую дату («в 188 году» э. Сел. = 124 г. до Р. X.), — по мнению толкователей, должна быть относима к первому, а не ко второму приводимому далее письму. В пользу этого можно указать на приводимые далее в XI главе письма, где дата времени действительно помещается в конце письма, а не в начале (XI:21, 33 и 38).

10–36 ст. и далее — второе письмо Палестинских Иудеев к Египетским не имеет определенной даты, но из содержания своего дает заключить, что составлено спустя недолго после смерти Антиоха Епифана. В числе авторов второго письма упоминаются «старейшины» — γερουσία (1 Мак XII:6), т. е. вероятно — позднейший Синедрион, и Иуда, несомненно Маккавей, стоявший тогда во главе своего народа, как видно из II:14. Он пережил Антиоха Епифана года на четыре. С этим стоит в согласии и упоминание, в числе адресатов, «Аристовула, учителя царя Птоломея», известного перипатетика в царствование Птоломея Филометора (царств. 180–145 г. до Р. Х.). Наименование этого Аристовула — διδάσκαλος царя Птоломея — надо понимать не в собственном смысле слова. Аристовул назван так, лишь как автор аллегорического толкования на Пятокнижие, составленного им для Птоломея — с целью познакомить царя с законами и мудростью Иудеев. Близости Аристовула к царю немало могло содействовать то, что он был «из рода помазанных священников», т. е. первосвященник, которому особенно усвоялось это обозначение (Лев IV:3, 5), ввиду особенного чина помазания его, в отличие от других священников. Такое положение Аристовула достаточно делает естественным адресование к нему письма, имеющего столь важное ритуальное значение.