Винокуров Н. И.

Каннибальское безумие и человеческие жертвы вряд ли можно объяснить последствиями и пережитками голодных для людей эпох. Это явление коренилось в самой поврежденной человеческой природе, в извращенном понимании богопочитания и благочестия, непонимании сущности смерти, в первобытном страхе перед ее неизбежным приходом, специфической попытке осмысления невидимой грани жизни и смерти, надежде и ожидании грядущего посмертного возрождения. Убийство жертв творилось во имя этой цели, а переживание смерти давало язычникам осязаемое представление о священности жизни.

Таким образом, ощущение «светлой» стороны религиозной жизни древних меркнет, когда едва приоткрывается ее потусторонняя, хтоническая составляющая и становится ясным всепобеждающая и великая сила христианства, поразившая основы языческого восприятия жизни. Современные попытки возрождения неоязычества демонизируют религиозные устремления человечества, направляют его духовные поиски в сторону преисподней.

1 Впрочем, причины каннибализма могли быть не только религиозными. Например, Валерий Максим сообщает о том, что осажденные римлянами защитники испанской крепости Калагуры, скорее всего, доведенные до последней нужды, убивали и ели своих детей и жен (Val. Max. VII.6).

2 В месяце афродизионе (конец сентября - октябрь) в этом храме совершали жертвоприношение человека. Эфебы гнали его, заставляя трижды обежать вокруг алтаря, а затем жрец ударом копья в рот убивал его, после чего труп сжигали. Этот обычай был оставлен в эллинистическое время. Точно таким же ударом Диомед умертвил клятвопреступника Пандара в IV книге «Илиады»(Клейн Л. С., 1998, с. 320 и сл.).

3 Фарамака изгоняли из города с целью очистить город от скверны - изгоняли, как козла отпущения у евреев. Сначала фармаку давали поесть сушеных фиг (смокв), сыра и хлеба, затем толпа гнала его по городу, избивая фиговыми розгами (очищенными ветвями смоковницы). Пригнав на определенное место, отпускали ему 7 ударов по гениталиям, а затем убивали камнями. В Абдерах (ионийская колония в Африке) фармака выводили из городских ворот, обводили вокруг городских стен, а затем царь и народ забрасывали его камнями, гоня прочь от города. Все это происходило 6 таргелиона (т. е. в начале мая), в канун праздника Аполлона (Клейн Л. С., 1998, с. 321 и сл.). В Афинах избирали двух фармаков - мужчину и женщину, выводили их, увешанных фиговьми ветвями (венок на шее), из городских ворот, перед которыми и начинался очистительный обход, или, точнее, обгон. В данном случае все завершалось, видимо, изгнанием. Фармака называли здесь и словом «катарма» - очистки, отбросы, нечисть. Само слово «фармак» до нас дошло лишь в значении «колдун» и в качестве ругательства. Более ранний его смысл неясен. Родственное слово «фармакон» означает: зелье, снадобье, средство, краска, лекарство, отрава и как-то связано с травой, растениями. В мифах и на древних изображениях это трава, которой бьют как священным оружием. О происхождении этого обрядового битья и умерщвления фармаков есть несколько гипотез.

Его трактуют как изгнание злого духа ради урожая, или как усиление производительных сил духа растительности, или как заместительное жертвоприношение и т.п. (Клейн Л. С., 1998, с. 321 и сл.).

4 Когда аргосцы не приняли поначалу Диониса, то он наслал им проклятие и ахеянки обезумели и принялись резать ножами и мечами своих же младенцев (Non., XLVII, 580-590). Детские трупы - заменили начатки юности - пряди волос, которые срезали и приносили в жертву - потоку Астерию.

5 Подобное предположение вполне подходит для захоронения в грунтовой могиле, открытой между двумя храмами в позднеантичном боспорском святилище Таракташ, открытого в Судакской долине (Мыц В. Л., Лысенко А. В., 2001, с. 100). Кости умершего некомплектны, фрагментированы и перемешаны. Сверху могилы находился очаг с обугленными костями овцы.

6 Скорее всего, эти отверстия в черепах не были естественными, а появились в результате специальных посмертных или прижизненных трепанаций. Данный религиозный обряд, возможно, связан с военной магией.

7 К сожалению, в статье не указана ориентировка лицевой части черепа.

8 Определение человеческих останков проведено врачом-судмедэкспертом Д. Б. Пономаревым (г. Керчь), а костей животных – сотрудником Санкт-Петербургского Государственного университета А. С. Крыловой.

9 В заполнении ямы встречены фрагменты керамики, среди них доминировали амфорные стенки, из профильных частей отмечу ручки амфор первого века до Р.Х. – II в. после Р.Х., венчик красноглиняной плоскодонной амфоры с профилированными круглыми ручками с бежевым аногобом на поверхности, венчик коричневоглиняной широкогорлой амфоры типа 83, по И. Б. Зеест (1960), ножку амфоры светлой глины с узким горлом переходного типа от «В» к «С», несколько венчиков кувшинов красной глины см острым гребнем и уплощенной профилированной ручкой, крупную бусину из голубоватого стекла (к. о. 166), головку от терракотовой статуэтки красно-коричневой глины (к. о. 156), дипинти на стенке амфоры (к. о. 165) (рис. 5), медная пантикапейская монета II в. до Р.Х. (Анохин В. А. 1986, табл. 6, № 175) (к. о. 7/200). В золистом слое выше ямы обнаружены боспорские медные монеты (Пантикапей, II в. до Р.Х.) (Анохин В. А. 1986, табл. 6, № 176) и Римиталка 131-154 гг. (Фролова Н. А., 1997, II, с. 208, табл. XVII, 2-20) (к. о. 6/2000, 2/2000 г.).

10 На конференции «Боспорский феномен: погребальные памятники и святилища», проводимой в 2002 г. в Санкт-Петербурге, Ю. П. Зайцев и Н. И. Сударев предположили, что кремация людей могла быть вторичной и являться каким-то этапом особой погребальной церемонии, связанной с посмертными манипуляциями с человеческими останками. В этом случае, топлива могло потребоваться значительно меньше. Кроме того, неизвестно, как кремировали животных – целиком или отдельные части их туш. Данную версию можно принимать во внимание, но отсутствие аналогий артезианскому комплексу не позволяет считать ее единственной и правильной.

11 Согласно сюжетам дионисийских мифов, переданных Нонном Панополитанским, в результате битвы Ликурга со священнобезумной девой - бассаридой Амвросией (олицетворявшей извечную борьбу женского и мужского начал) на Арабийские земли, Нису обрушились страшное землетрясение, ураганы и тайфуны. Природные катаклизмы так подействовали на нисийских женщин, что они вдруг обезумели и начали умерщвлять своих младенцев, стали резать их тела ножами на части (Non., XXI, 39-150). Возможно, миф вполне отчетливо передает реакцию древних на экстраординарные события: попыткой умилостивить разгневанных богов через жертвоприношение младенцев. Причем как боги «терзали» бедствиями окружающее людей жизненное пространство, так и терзались-расчленялись младенцы. Подобное изгоняли подобным. Так проявлялся закон симпатической магии.

12 Первоначально, этот алтарь был ошибочно принят за «пяточный камень» опорного столба несохранившихся ворот калитки.

13 Здесь же были найдены обломки терракотовых фигурок великой богини плодородия с присущими ей атрибутами.

14 На городище три зольника располагались на востоке, а только один – на западе (Винокуров Н. И., 1998, с. 31). Западный зольник в силу своего расположения вполне мог ассоциироваться с потусторонним миром, страной мертвых.

15 Прямые аналогии этому обряду мне неизвестны. Но следует отметить сообщение Павла Орозия в «Истории против язычников» (V.17) о неведомом способе убийства, который однажды римляне применили в завершающей битве против кимвров, отчаянно сражавшихся в лагере из поставленных кругом телег. Римские солдаты во время штурма импровизированного укрепления отсекали противникам макушки голов с волосами, обезображивая их отвратительными ранами. Устрашенные кимвры (среди которых было много женщин и детей) обратили оружие, предназначенное для врагов, против себя, убивая друг друга мечами или заканчивали жизнь самоубийством.

Неадекватная (даже для древних) реакция кимвров на римский(?) способ убийства может свидетельствовать только об одном: варварам было страшнее потерять часть головы с волосами, чем погибнуть. Следовательно, по их представлениям, в голове и волосах находилось нечто более дорогое, чем сама жизнь. Римляне от пленных или каким-либо иным образом узнали об уязвимом месте кимвров и частичной декапитацией отдельных бойцов совершенно деморализовали всех защитников лагеря. Как видно, священный культ головы-волос-скальпов, столь популярный у многих народов, для кимвров оказался фатальным. Впрочем, Плутарх, подробно описавший сражение, об этом «неведомом» виде декапитации ничего не сообщил (Plut. Mar. 27).