Страница 31 из 92
Василий считает радугу. В ней "один и тот же свет и непрерывен в самом себе, и многоцветен". И в многоцветности открывается единый лик. Нет средины и перехода между цветами. Не видно, где разграничиваются лучи. Ясно видим различие, но не можем измерить расстояний. И в совокупности многоцветные лучи образуют единый белый. Единая сущность открывается во многоцветном сиянии. Подобное можем и должны мы мыслить о Троическом единстве. О Божественном единстве и единосущии для нас свидетельствует единство Божественных действий, - единство Царства, силы и славы. И св. Василий всегда подчеркивает единство и нераздельность Божественных действий. "Освящает, животворит, просвещает, утешает и все подобное производит Отец, и Сын, и Дух Святой. И никто да не приписывает власть освящения исключительно действованию Духа. И все прочее равно действуется в достойных Отцом, Сыном и Духом Святым: всякая благодать и сила, путеводство, жизнь, утешение, преложение в бессмертие, возведение в свободу, и ежели есть другое какое благо, нисходящее на нас". И, заключает св. Василий, - "тождество действований во Отце, Сыне и Духе Святом ясно доказывает неразнственность естества". Это значит: едино действование единого Божества... В этом едином действовании мы различаем Тройственность: Отец есть причина первоначальная, повелевающая; Сын есть причина зиждительная; и Дух - причина совершительная.
"Отец повелевает, творит Сын и совершает Дух..." Но это различение не означает делимости, - "ибо едино Начало существ, созидающее чрез Сына и совершающее в Духе". "Если Отец созидает чрез Сына, - говорит в другом месте св. Василий, - то этим ни зиждительная сила во Отце не представляется несовершенною, ни действие Сына не признается бессильным, но изображается единение воли". Иначе сказать, всякое действие Божие есть нераздельное Троическое действие... Однако, именно Троическое, и в действованиях Божиих отображается троичность ипостасей и их неизреченный порядок. Это всегда есть действование от Отца чрез Сына в Духе, - "мы, приемлющие дар, прежде всего обращаем мысль к Раздающему, потом представляем себе Посылающего и затем возводим помышление к Источнику и Вине благ..." Во всяком действии Дух соединен и неразделен со Отцем и Сыном, - говорит св. Василий. Но Дух "совершает" или "завершает", - как я в Троице Он "после Сына и с Сыном познается, и от Отца имеет бытие", есть неизреченно Третий... Из Писания мы научены, что Единородный есть "Начальник и Виновник подаяния благ, открывающихся в нас по действованию Духа", ибо вся Тем быша (Ин. 1:3) и в Нем состоятся (срв. Кол. 1:17). И потому, замечает св. Василий, - "все возвращается к Нему с каким-то неудержимым желанием и с какою-то неограниченной любовью стремится к Начальнику и Снабдителю жизни".
И далее Единородный приводит всяческое из небытия в бытие "не безначально", но "чрез Него" к нам доходят благая от Бога, т.е. от Отца. И в этом движении Божественного действия от Отца чрез Сына в Духе к твари отражается тайна Троической жизни, - в Духе чрез Сына мы познаем н созерцаем Отца, от Которого, как из единого безначального источника, чрез Сына исходит (а потому и посылается) Дух. Дух в Себе Самом показывает славу Единородного, и в Себе сообщает истинным поклонникам ведение Бога (т.е. Отца). Поэтому "путь Боговедения - от единого Духа, чрез единородного Сына, к единому Отцу. И обратно, естественная благость и естественная святыня, и царское достоинство от Отца чрез Единородного простираются на Духа". С особою подробностью раскрывал св. Василий учение о Духе Святом, раскрывал полемически и в защиту против Евномия и против "духоборов" (македониан). В этой полемике, как знаем о том от Григория Богослова, св. Василий "уклонился от прямого пути", избегал открыто именовать Духа Богом, но свидетельствовал о Божестве Духа описательно и словами Писания. Многие его за это зазирали и соблазнялись. Это было временным пастырским применением и умолчанием. Но именно св. Василий впервые раскрыл учение о Духе в связное и целостное богословское исповедание. В этом он следовал за св. Афанасием, который с такою силою свидетельствовал о Божестве Духа в своих письмах к Серапиону. Св.
Афанасий исходил из сотериологических предпосылок. В учении о Слове он исходил из образа Христа, как Богочеловека, от явления Слова; в учении о Духе, - от явления Духа, от его освящающих действий. Только единосущное Слово Отчее могло Своим воплощением оживотворить и тем спасти тварь, и только Божественный Дух может освящать и тем спасать, соединять с Богом. От действительности спасительного Богообщения мы заключаем к Божественности Спасителя и Утешителя... Так именно рассуждает и Василий Великий. И его книга о Духе Святом есть прежде всего книга об освящении. Василию Великому приходилось доказывать и защищать Божественность Духа. В этом вопросе богословская мысль того времени была смутной. Святой Григорий Богослов так рассказывает об этом времени: "одни почитали Духа энергией, другие - тварью, иные - Богом, и еще иные не решались сказать ни того, ни другого. И даже из признававших Его Богом многие благочестивы только в сердце, иные же решаются благочествовать и устами". Для разрешения этих противоречий и пререканий св. Василий обращается к свидетельству Писания и Предания, - молитвенного прежде всего. Он исходит прежде всего из крещального призывания. Сам Господь в крещальной заповеди "предал сочетание Духа со Отцем как необходимый и спасительный догмат". В крещальном призывании Дух именуется со Отцом и Сыном - "не ко множеству причисляется, но умосозерцается в Троице".
И хотя Дух именуется на третьем месте, - "есть третий по порядку и достоинству", - Он не есть третий по естеству. "Един Дух Святый и о Нем возвещается отдельно, - говорит св. Василий, - и не единый из многих, но единый. Как един Отец и един Сын, так един и Святый Дух. Посему Он столь же далек от тварной природы, сколь единичное не подобно составному и множественному. Но соединен с Отцем и Сыном, поскольку Единое сродно с Единым". И Дух Святый свят по естеству, естество Его свято. И в этом Его естественное единство со Отцом и с Сыном, - "называется Святым, как свят Отец и свят Сын, и в Духе святость восполняет естество". Так "естественная Святыня умосозерцается в Трех Ипостасях". То же нужно сказать и о прочих свойствах Божиих, - "у Духа имена общие со Отцем и с Сыном, и Он имеет эти имена по естественному единству с Ними". Умаление Духа разрушает Троичность, равнозначно отрицанию самого Троического догмата... Первый день жизни христианской, день спасительного пакибытия, день крещального возрождения освящается призыванием и исповеданием Духа со Отцом и Сыном. Крещение есть образ смерти и жизни, - "и залог жизни подается Духом". В Духе Святом мы соединяемся с Богом, "Бог живет в нас чрез Духа..." И снова спрашивает св.
Василий: "Как же Творящий богами других, Сам лишается Божества?..." Более того, "нет вообще никакого дара, который нисходил бы к твари без Духа Святого..." Дух есть "источник освящения", "начало освящения", от Него тварь приемлет "освящение по причастию". И источник не оскудевает, не разделяется, "не тратится на приобщающихся". Он прост по сущности, но многообразен по силам. "Весь присутствует в каждом и Весь повсюду. Разделяемый не страждет. И когда приобщаются Его, не перестает быть всецелым, подобно солнечному лучу... Каждый из наслаждающихся Его приятностью, как бы один наслаждается, но сияние это озаряет землю и море и срастворяется с воздухом. Так и Дух в каждом из удобоприемлющих Его пребывает, как ему одному присущий, но всем изливает всецелую благодать, которую причащающие наслаждаются по мере собственной вместимости, а не по мере возможного для Духа"... Эта не рассекаемая цельность свидетельствует о Божественности Духа. Как резко выражается св. Василий, "Дух есть Владычица освящения". Он есть "Сущность умная, бесконечная по силе, беспредельная по великости, неизмеримая ни временем, ни веками". И, - продолжает св. Василий, - к Духу Святому "обращено все нуждающееся в освящении, Его желает все живущее добродетельно, как бы орошаемое неким Его вдохновением и вспомоществуемое к достижению свойственного и естественного конца.