Страница 95 из 100
Еще с пророком Иезекиилем был подобный случай. Ему было видение подобия славы Господней, отчего он пал на лице свое, и слышал глас Глаголющего, и Он сказал [ему]: сын человеческий! стань на ноги твои, и Я буду говорить с тобою (Иез. 2, 1–2). И нашел на пророка Дух, который поставил его на ноги. «И вот, – далее повествует пророк, – рука простерта ко мне, и в ней книжный свиток...
и написано на нем: плач, и стон, и горе (Иез. 2, 9–10). Иезекиилю было сказано: напитай чрево твое и наполни внутренности твои этим свитком, который Я даю тебе. И он съел, и было в устах его сладко, как мед. (Иезек. 3, 3). Преподаватель . Можно еще посмотреть для сравнения, как происходило призвание на пророческое служение Исайи, которое описано в шестой главе его книги.
В связи с этим вспоминается яркий образ пушкинского пророка: И он к устам моим приник, И вырвал грешный мой язык. На самом деле то, что входит в уста, проникает и в сердце. Мы не случайно прикладываемся устами и лбом к иконе – это сердце прикасается к святыне, и мысли очищаются. Видите, сколько есть событий, когда дается что-то в уста съесть, а после этого человек становится способным к некому особому служению: к пророчеству, будущему монашеству, к чтению, к молитве.
На таком простом примере я постаралась вам показать прием сравнения, который широко используется в словесном творчестве. О ком бы мы ни говорили, хорошо развернуть ваш рассказ во времени, и тогда мы сразу видим того, о ком повествуем, уже объемно. Он уже не сам по себе, не отдельно воспринимается нами, а то, что с ним происходит, становится определенным моментом в жизни всей Церкви.
Ведь для нас самое главное не просто Преподобного Сергия прославить, а через него прославить Господа. Очень широко прием сравнения использует Епифаний Премудрый. Интересно, как он сопоставляет возглашения Преподобного Сергия с теми знамениями, которые происходили при рождении великих пророков. К примеру, Иоанн Креститель тоже во чреве матери взыграл.
Хорошо будет, если вы сами найдете еще какие-нибудь символические сравнения. Все это связано с вопросом о том, как строится слово. Таким образом, перейдем к композиции проповеди. Кстати, что такое композиция [60] ? Ком-позиция. Соразмерное единство частей произведения… Какие есть варианты построения проповеди? Отец Артемий на лекции дал нам один из вариантов: дерево.
Любое публичное слово похоже на дерево, которое имеет ствол – главную мысль, веточки, с помощью которых эта мысль развивается, и листики, которые эту мысль украшают. Такой подход не случаен. Если мы чересчур заботимся об украшении – о листиках, то запросто можем забыть о стволе. Это одна крайность. С другой стороны, я знаю таких людей, которые совершенно не принимают такой подход. Это тоже надо учитывать. Например, одна прихожанка о. Дмитрия (Смирнова)
говорила о выступлениях некоего лектора: «Я вижу только листья в его словах и не замечаю ствола. Я не слышу сути!» И действительно, о. Димитрий Смирнов всегда отвечает на вопросы удивительно прицельно, точно, его речь почти не украшена, есть только суть. А нам что надо? Нам надо уметь и то, и другое. В этом уже есть некий выбор человека. Некоторым людям надо, чтобы им правду сразу, напрямую сказали.
Но правильнее – действовать и говорить по ситуации. Суть надо непременно держать в прицеле и научиться выбирать, что нам важно. Иногда мы говорим об одном – например, излагаем какое-то житие, а перед нами сидит человек, которому нужно что-то втолковать, и ничего не понимает. Тогда мы очень осторожно переходим к другой теме, на другую веточку перескакиваем: скажем что-то для него близкое, потом обратно возвращаемся и продолжаем говорить свое.
Это может оказаться более назидательным, чем прямое следование цели проповеди. Итак, мы рассмотрели один вариант композиции. В качестве другого возьмем систему греко-римского ораторского искусства. В древности считалось, что речь должна делиться на определенные части. Вот самый простой, классический способ изложения. 1. Вступление, которое может быть связано с обращением к людям. 2. Изложение.
Это может быть краткое изложение событий или того, зачем мы собрались. 3. Определение темы с возможным разделением на части. Я сегодня в начале семинара сказала о том, какой у нас будет план урока. Людям полезно знать, что вы хотите сказать в проповеди, особенно же, если вы ведете урок. 4. Разработка темы, главная часть. Мы раскрываем тему, события предстают уже полностью. 5. Доказательство.
Это уже связано с греко-римском правом. В то время больше всего красноречие использовалось в судебной практике, поэтому было некое доказательство, скажем, невиновности. У нас это может быть, например, более подробное развитие именно темы молитвы. 6. Опровержение доводов противника. Опять, конечно, у нас это может опускаться. Но если мы что-то излагаем, для того чтобы поспорить с еретиками или с теми, кто нас не принимает, вот тут-то мы начинаем с ним спорить.
Сначала мы сделали хороший заезд, а потом, когда уже нас приняли и стали слушать, начинаем с ними спорить и опровергать доводы противника. 7. Заключение. Иногда целую часть публичной речи составляло отступление. Таким отступлением может быть сопоставление. Композиция – это построение нашего слова в целом. Состоит же проповедь из отдельных предложений, поэтому подбор слов в них и умение их сочетать тоже немаловажно.
В речевых оборотах с древности выделяют так называемые фигуры, которые еще именуются «цветами красноречия». Они служат для усиления выразительности, для того, чтобы наша речь не только отвечала на вопрос, но и впечатляла, была убедительной, красивой. Это те же листики, о которых уже говорилось. Послушайте цитату из батюшкиной лекции: «Мы ведем разговор не о том, чтобы ласкать слух аудитории всякими фигурами (
он скрыто полемизирует с греко-римским ораторским искусством, где были эти фигуры, вы, наверное, этого и не поняли), а о том, что современный русский человек так же тоскует по хорошей русской речи, как он тоскует по России, по Отечеству, как он тоскует по Небесному Иерусалиму, воплощением которого были наши лучшие города и села». Вот вам домашнее задание – разобрать данное предложение с точки зрения употребления различных фигур речи.
А теперь я вам приведу примеры нескольких фигур, на самом деле, их очень много. Первое, антитеза – противопоставление понятий. Например, батюшка говорил: «Он свят, а мы грешны. Он является обителью Духа Божия, а мы еще не очистились от «духа праздности, уныния, любоначалия и празднословия». Что еще в этом предложении присутствует?.. Студент .
Использование однородных членов предложения. Преподаватель . А еще что?.. «Он является обителью Духа Божия, а мы еще не очистились от «духа праздности, уныния, любоначалия и празднословия» – это скрытая цитата. Знакомое выражение, не так ли? Цитата скрытая, так как проповедник не обращает нашего внимания на нее, но безмолвно апеллирует к нашей памяти.
Вы цитату узнаете, и поэтому вам приятно слушать. Но бывает, что и сами антитезы становятся однородными членами. Вот, смотрите, такой пример: «Дабы слово наше было живо, а не мертво; свежо, а не затхло; интересно, а не скучно; глубоко, а не поверхностно; искренно, а не формально; в каком-то смысле спонтанно, а не затвержено и заучено, что всегда производит на слушателей дурное впечатление».
Вот такое получилось красивое предложение, в котором использованы специальные приемы выразительности языка, да еще как! Есть и однородные предложения, и однородные члены предложения, и антитезы. Запишем еще одну фигуру речи – градация [61] , то есть когда постепенно уточняются понятия и как бы восходят, увеличиваются. Вы сейчас увидите: «Слово как нечто живое, исходящее из живого сердца...
» – вот это и есть градация, уточнение, которое еще более углубляет то слово, которое было сказано; мы объясняем, что значит «слово живое». Еще пример градации, или восхождения: «Хочу говорить о сокровенной жизни его сердца (Преподобного Сергия), о том, как в нем зачиналась, созревала, возрастала...», – видите, как будто по ступенькам расположены эти три слова.