Страница 1 из 3
Западная Европа и западноевропейский человек в трудах сербского мыслителя преподобного Иустина (Поповича)
Преподобный Иустин (1894 - 1978) - это один из последних канонизированных православных святых. Его жизнь, его труды и его облик - светлое свидетельство красоты и силы Православия, красоты и силы сербского народа, который на Западе пытаются представить в самом неприглядном виде. Чтобы правильно понять взгляды преподобного Иустина на суть европейского бытия, представляется важным дать краткий анализ его богословских и философских воззрений, которые лежат в русле святоотеческого богословствования, но носят при этом печать яркой и глубокой личности самого Иустина (Поповича). Свою философию преподобный Иустин строит не на умозрительных рассуждениях или интеллектуальном анализе, его богословие - это не конспект написанных прежде святоотеческих трудов. Слово сербского подвижника исходит из глубины его молитвенного, сердечного опыта постижения самых сокровенных тайн мира и человека, его писания всегда дышат живым вдохновением и являются не рационализацией, а свидетельством Истины. Строй мысли преподобного Иустина таков, что его нужно либо полностью принимать, либо отбрасывать, настолько цельно и органически едино его мировоззрение. Вся его философия исходит из того глубочайшего внутреннего убеждения, что “живая личность Богочеловека Христа является высшей ценностью и высшим мерилом всех ценностей во всех мирах”(2, 228).
Источником философствования преподобного Иустина служит постоянное стремление всего существа его души к постижению “печального и чудесного Богочеловека Христа”(2, 224), непрестанное всматривание в Его пресветлый лик. Такое постижение и такое всматривание позволяют ему быть подлинным философом, потому что “Богочеловек - единственное надежное и непогрешимое разрешение вековечных проблем, проблемы мира и человека, добра и зла, жизни и смерти. Он единственный смысл мира и человека, Он - единственный смысл и цель истории.”(2,122). То есть всякий вопрос философский разрешается в личности Христа. Путь философа, по преподобному Иустину, - это путь любви ко Христу, потому что “богочеловеческая любовь - это новый путь познания, и его категорический императив гласит: люби, чтобы познать”. Философствуя, преподобный Иустин всегда богословствует именно потому, что любой вопрос мировой жизни решает в свете личности Богочеловека, но и богословствуя, он философствует, потому что никогда не перестает болеть сердцем о человеке и решать “слишком человеческие” проблемы, и это оттого, что Бог, вочеловечившись, навсегда соединил Божие и человеческое, в том числе Божии и человеческие пути мышления, - так что после Евангелия всякая не богословствующая философия есть философия лживая, а всякое богословие, если оно живое и опытное, хранит в себе ответы на все философские вопросы.
Преподобный Иустин видит философские проблемы во всей их глубине и широте. С особенным вниманием вглядывается он в проблему человека. “Человек - это самое сложное и самое загадочное из всех земных существ” - так ставит эту проблему преподобный Иустин, тем самым закрывая путь рациональному мышлению, которое всегда упрощает сложное и отсекает загадочное. Для того чтобы разрешить так поставленную проблему человека, необходимо нечто большее человека. И эту проблему преподобный Иустин разрешает в своем учении о Богочеловеческом организме Церкви. Только Богочеловек и Его Церковь дают нам увидеть человека в его целостном и подлинном содержании, ведь различные философские системы предлагают нам лишь осколочных полуживых недочеловеков. “Природный человек Руссо, - пишет преподобный Иустин, - есть не что иное, как получеловек, ибо у него отобрано все сверхъестественное...А локковский человек как чувства? Это обломок человека, названный человеком, но это новый урод, новая карикатура на человека... А кантовский человек-разум есть его вырезка из человека, названная человеком... А в человеке Шопенгауэра - Ницше? Где душа со своими бесконечностями, где совесть? Где сострадание? ...
нет, и это новая карикатура на человека” (1,118) “Без Богочеловека человек - это в действительности человек без головы и еще без самого себя - вечного и бессмертного, без себя богоподобного”, - заключает свои размышления преподобный Иустин (1,123). Действительно, человек, рассматриваемый вне Бога, вне Источника своего бытия, оказывается либо голой схемой и абстракцией, либо абсурдным сплетением противоречий. Когда Бог все же входит в рассмотрение, но входит вне Богочеловеческих путей, то перед нами оказывается лишь непознаваемая громада и мощь Творца и безликая, беспомощная и бесконечно удаленная песчинка человека, так же непознаваемого по своей сути. И только на Богочеловеческом пути является нам подлинный образ человека и приоткрывается благой лик Бога. Христос “не только доказывает, но и являет Бога в телесном облике. Каждым Своим чувством, каждой мыслью, каждым движением, каждым делом Он являет истинного Бога и настоящего Человека” (2,123). “В каждом моменте Своей земной жизни Он божественно совершенен и по-человечески реален, божественно безгрешен и по-человечески доступен” (2,124). “В Нем Бог и человек так сближены, что представляют неделимое личностное единство” (2,125).
“В Богочеловеке Христе, - пишет преподобный Иустин, - заключен общечеловеческий смысл: все то, что Он являл Собою, Он являл для того, чтобы мы были такими, все то, что Он делал, Он делал для того, чтобы и мы делали, все то, что Он пережил, Он пережил для того, чтобы и мы пережили. Он жил Богочеловеческой жизнью, чтобы эту жизнь сделать общедоступной и осуществимой для каждого человека. И если Бог стал человеком, то тогда нет ничего Божественного, что не могло бы стать человеческим. Если Бог воплотился, то тогда все Божественное становится воплотимым” (2,126) Итак, для осуществления подлинного смысла своего бытия, для полного раскрытия своей личности человеку необходимо воплотить в себе Богочеловеческую реальность. “Вот главное обетование Богочеловека, - пишет преподобный Иустин, - быть человеку не чем иным, как воплощением Истины, воплощением Бога” (1,33). Но каков же путь достижения этой по-настоящему сверхчеловеческой задачи? “Личный православный опыт, - утверждает преподобный Иустин, - единственный путь, ведущий к пресветлому Лику Христову”. А для того чтобы познать Православие, “надо всем своим существом, всей душой, всем сердцем погрузиться в Православие. А это значит: ощущать православно, жить православно и мыслить православно” (2, 133).
То есть стать членом Христовой Церкви, потому что, “становясь через святое Крещение членом Церкви, всякий христианин становится составной частью “полноты Наполняющего все”, и сам наполняется полнотой Божией (Еф. 3,19), и, таким образом, достигает всесовершенной полноты своего человеческого существа, своей человеческой личности. По мере своей веры и благодатной жизни в Церкви каждый христианин достигает этой полноты через святые Таинства и святые добродетели” (1,14). Через таинства и добродетели осуществляется обожение, а значит, и спасение человека, приведение его личности от смерти к жизни, от небытия, каковым является жизнь, лишенная богочеловеческого наполнения и кажущаяся жизнью только до поры, к истинному бытию. “В подвиге спасения человека Бог проявляет Себя посредством спасительных сил через святые Таинства, а человек проявляет себя через святые добродетели, первая из которых есть вера, рождающая все остальные”. Причем “во всякой евангельской добродетели совместно трудятся Бог и человек” (1,68), и именно поэтому “до воплощения в нашем земном мире добродетели были неосуществимыми замыслами и безжизненными идеями. Таковы они во всех нехристианских религиях, философиях, этиках, социологиях, культурах, цивилизациях. Богочеловек Господь Иисус Христос есть совершенный образец всех святых добродетелей и их совершенного осуществления на земле.
Добродетели и Иисус Христос суть одно”, - заключает преподобный Иустин. Каково же место человеческой личности в Церкви, каково положение ее по отношению к другим личностям и что представляет из себя сама Церковь? “Через святые Таинства и святую жизнь в святых добродетелях, - пишет преподобный Иустин, - мы становимся членами единого Тела Христова, и между нами нет никакой границы, никакого промежутка, все мы сжились между собой и связаны одной жизнью подобно тому, как члены человеческого тела связаны между собой” (1,18). Главная особенность Церкви - это ее соборность, означающая то, что “молитвенно-благодатным образом каждый присутствует во всех, и все - в каждом”.(1.39) Соборность предполагает главное - “чувство личной за все ответственности. Христианин знает: когда он падает, он с собой и других низвергает и увлекает, когда поднимается - и других поднимает” (1,39). Эта ответственность может быть выражена и таким понятием, как соучастие.”Соучастие, - пишет преподобный Иустин, - самый главный, а возможно, и единственный закон всего человечества”, “Христолюбивая молитва, - пишет он далее, - открывает в душе таинственный источник слез, и человек проливает слезы над болью всей твари, которая воздыхает и страдает в страшном рабстве греха и смерти... Христоносная личность смиряет себя перед всякой тварью и чувствует себя виновной в печали и трагедии вселенной” (2,197).