Страница 26 из 57
Дух общины, её духовность воплощаются в частных традициях. Важно уважать эти традиции и объяснять новым членам их смысл и их происхождение, чтобы они не стали привычками, но постоянно обновлялись и оставались живыми.
Есть традиции в том, каким образом принимаются великие события: смерть, брак, крещение, каким образом празднуют день рождения и принимают новых членов, выбирают специальные песни и т. д.
Сами по себе эти действия и жесты не очень–то важны, но они воплощают то обстоятельство, что мы на самом деле братья и сёстры, члены одной и той же семьи, у которых одно сердце, один дух, и одна душа. Эти жесты переданы нам предками нашей общины, которые теперь, видимо, пребывают с Отцом. Эти традиции напоминают нам, что община не была основана «так себе», но была рождена в определённый момент, прошла через трудные времена и что то, чем мы сегодня живём — это плод труда тех, кто предшествовал нам.
Для человека, для общины или для наций всегда хорошо вспоминать, что нынешняя реальность рождена многими тысячами проявлений любви или ненависти, которые предшествовали нам. Это обязывает вспоминать, что община завтрашнего дня рождается сегодня в нашей верности. Все мы маленькие звенья в нескончаемой цепи поколений, составляющих человечество. Мы существа, которые будут жить только недолгое время по сравнению с историей человечества, с прошлым и будущим. Это помогает нам увидеть в правильной перспективе нашу общину по отношению к другим, в отношении к истории и место каждого в общине. Тогда мы обнаруживаем, что мы одновременно и что–то очень маленькое и что–то очень великое, потому что каждый из наших жестов по–своему подготовляет человечество завтрашнего дня: это маленький камешек в создании обширного и славного окончательного человечества.
21. Распространять жизнь
Община не должна оставаться неподвижной. Она не самоцель. Она подобна огню, который обязательно должен распространяться, даже с риском потухнуть. Приходит момент, когда община может расти только через разделения, жертву и дар. Чем большее единство община обретает, тем более в некотором смысле она должна терять его для того, чтобы дать жизнь другим, которые ещё не живут общинной жизнью, посылая некоторых из своих членов, свободных от семейных уз, создавать другие узы любви, другие общины мира.
Это смысл жизни. Жизнь распространяется. Любой рост жизни включает в себя появление чего–то вовне и плодоношение. И то, что содержится в этих цветах и плодах, — это семена новой жизни.
Община, которая ревниво обращается со своими членами и не отваживается на риск в этом особенном деле рождения, рискует прийти к чему–то более плачевному, к очерствению. Если она не поворачивает на повороте, если она не направляет развитие общины к более великому дару, её члены занимают инфантильную позицию, близкую к разрушению. Они становятся стерильными, а жизнь больше не наполняет их мышцы. Как сухие ветви, они хороши только для огня.
Очень многие общины мертвы, потому что их ответственные не сумели стимулировать своих молодых членов к дару жизни ради рождения новых общин. Когда время любви миновало, они вошли в мир стерильности и неудовлетворённости. И трудно позднее встретить время любви и силы к жизни.
Это время дара жизни своё для каждой формы и типа общины, так же как своё для каждого человека. Для некоторых членов это означает именно отправляться в дальний путь для того, чтобы сеять жизнь, со всем возможным риском такого предприятия. Община, достигшая зрелости, способна дать брата или сестру для того, чтобы поддержать другую общину в трудности. Для одних это значит принять с наибольшей теплотой и истиной бедного, изгнанного, иностранца. Для иных это означает взять на себя обязанность пастыря в общине, помогая каждому видеть красоту жизни и освободиться от эгоизма. Для третьих это означает обнаружить и взять на себя собственную роль созерцания в общине; это означает нести в молитве собственных братьев и сестёр, ущемлённых и отверженных миром, производя их на свет таинственным и скрытым от глаз образом.
В любом случае это означает войти в тайну Отца. Сотрудничать с Ним. И стать Его орудием в этом великом деле рождения и освобождения.
Иногда трудно для ответственных общины узнать, какой тип отношений должны поддерживать филиалы с основной общиной и с главным Настоятелем. Важно, чтобы далёкая община могла жить глубокой, полной жизнью того региона, где находится, его общинной жизнью и его духом. Многие члены миссионерских общин живут в некотором противоречии; они происходят из особой культуры и переносят на чужую землю свои обычаи, свой образ жизни, свою культуру питания, гостеприимства и празднований. Дух, который они хотят сообщить, является выражением их собственной культуры. Они сообщают скорее свою культуру, чем дух. Окружение, соседи там больше не встречаются. Они часто соблазняются или шокируются внешними элементами той культуры, в которой живут. Они не ухватывают дух. Кроме того, те из них, которые хотят войти в жизнь общин, иногда вынуждены принять обычаи, чуждые своему мировоззрению.
Очень часто забота о единстве с общиной–матерью, и единством очень материальным, берёт верх над динамичной заботой о любви, о духе и о целях общины. Единство не происходит только из того, что все живут одинаково во всё мире; оно исходит из единства сердец, стремящихся к верности начальному духу общины с благодатью Святого Духа. Далёкие общины должны уметь умереть в некоторых элементах своей родной культуры. Они должны обладать великим доверием к Богу, пославшему их далеко для того, чтобы заключить Завет с новым народом.
Забота общины–матери должна помогать новой общине обрести импульс и стать животворящим источником там, где она находится. Если она принимает эту позицию, она очень скоро обретёт благодать обновления и открытости, исходящей из множества общин. Далёкие общины, обладающие гибкой структурой, не боящиеся идти на риск и не избегающие проблем, могут стать источником жизни и надежды для общины–матери, которая может стать необходимой уверенностью для того, чтобы позволить гибким структурам далеко обосноваться в трудных ситуациях.
22. Расширение и укоренение
Тем более община становится взрослой и способной дарить жизнь, иногда далеко посылая своих членов, тем более должна она укореняться на своей земле. Чем дольше дерево растёт, тем более сильными должны стать его корни, а если не так, то первая же буря вырвет его с корнем. Иисус говорит о доме, построенном на скале. Прочное основание для общины — это укоренение в сердце Бога. Источником общины является Бог, и чем больше воды бьёт из этого источника, чем больше она растекается, тем больше нужно членов, которые стояли бы вокруг него.
Община растёт во вне, что так или иначе всегда представляет собой расширение, и растёт вовнутрь, — это внутренний, сокрытый рост. В монастырях и домах, обитатели которых дали обет молитвы, люди иногда возрастают как раз таким невидимым образом: они более глубоко укореняются в молитве Иисусу. Но этот невидимый рост создаёт реально осязаемую атмосферу: ярче сияющую радость, более глубокое молчание, трогающий сердца покой, приводя некоторых обитателей к настоящему опыту Бога.
23. Рождённая раной
Существует таинственная связь между страданием, приношением и даром жизни, между жертвоприношением и расширением.
В одной из наших общин в Индии один тяжело умственно отсталый человек утопился в колодце. Он был с нами очень короткое время. Один старик, друг его отца, пришёл к нам и сказал: «Когда речь идёт о деле Божьем, нужно, чтобы праведник умер, чтобы дело жило».
Я глубоко убеждён, что человек решительного действия не может ничего, если не опирается на людей, предлагающих свои страдания, свою неподвижность и свою молитву, чтобы он мог отдать жизнь. Старик или больной, предложивший себя Богу, может стать в общине самым драгоценным человеком, «громоотводом» благодати. Есть тайна в таинственной полезности этих людей с разбитым телом; кажется, что они проводят свои дни, ничего не делая, но они пребывают в присутствии Божием. Неподвижность обязывает их держать сердца и глаза устремлёнными на самое главное, на сам источник жизни. Их страдания и агония плодотворны; они становятся источником жизни.