Страница 95 из 134
Сия же и донынѣ от сего самого Семеона в слухи всѣм исповѣдающа сия.
Се ино чюдо скажем вашеи любви, иже быша вся нова в нынѣшняя лѣта, дѣиствуема святымъ дивна и преславна, всѣми вѣдома, еже [не][715] мощно писанию проповѣдати. Мы же нѣчто от части еже от проповѣдаемаго случишася ему слышимъ, предводящее слово скажеть. Яже изначала Богу наказающии нас за грѣхи наша и еже обратитися намъот злобъ наших, но покаяниемъ от прегрѣшениихъ обратить нас и казня овогда гладом, овогда моромъ, овогда нахождениемъ иноплеменикъ, яже чюдну повѣсть хощемъ простерети вашеи любви достоину се свидѣтельству. Случи бо ся, яко же предрекохомъ, в нынѣшняя лѣта нахожение безбожных агарянъ [на] наше христоименитое стадо, на Рускую землю, самомоу Ординьскому царю именемь Махметю приитти. Исшедшимъ же противу княземъ и воеводамъ и множьство воиньство християньское бесчисленое, и бысть сраждение страшно, и побеждени быша безбожнии прежде, и мнози от них избьени быша. Царю с воиньствомъ пристрашнымъ быша и зѣло смиряющимся, и еже токмо жиѣвы оставити их. Нѣции же от християньскаго воиньства ѣ[716] смиритися не въсхотѣшя и от них того ради погибошя, и с ними множество бесчисленое.
Еже случися грѣх ради наших, еже безбожнѣмь малом воиньством попусти Господь Богъ на свое христоименитое стадо множество воиньства агарян, смирениа ради ихъ, не знающих Его, ни призывающим Его, тѣм побѣду подасть, [наказуя нас] непокорных[717], поне же вторым[718] сражьдением[719] все воиньство христианьское побѣжьдено бысть от поганых и от них многа телеса падошя, а инии руками яшя. В них же воинъ нѣкто, о нем же намъ слово, от полаты великаго князя дръжавнаго любимаго, Иванна именем, сына Михаилова, саном великаго[720] велможи. Сего отлучишя гонящии его от воиньства, яша его, напрасно достигше, и убити претящим. Сему же юну сущю и живота своего отчаявшюся, и вдасть ему Богъ благыи помыслъ, еже призывати скораго на помощь святого Сергиа ко избавлению его. И толико въ мысли своеи помянувъ святого и абье конь его скоро на бѣжание[721] простираашеся, яко крила вдасть ему, и еже невидиму быти ему от поганых. И достиже воеводы своего в радости мнозѣи, исповѣдуя всѣм великаа чюдеса, како избави его Господь от горкиа смерти молитвами святого Сергиа. И тако грядущю ему в путь с воиньствующими ему, веселяхуся и обѣщеваяся приити въ обитель святого и поклонитися мощем его, и благодареѣние въздати, и братью учредити.
И по малѣ врѣмени премѣнися мысль его на лукавое, еже сам потом исповѣда, глаголя: «Что сътворю, мало имѣниа дръжю, аще въ обители святого учрежю и велику братьямъ милостыню подам, яко же обѣщахся, бояся убожества, пол имѣниа моего не станет ми на потребу». И сиа ему помышляющу, и внезаапу потчеся конь его под ним и паде напрасно, яко изъ устъ его и браздамъ исторгнутися, и тако самому с коня спаднутися. И нападе на ня страх велии, яко вси оставишя его страха ради свѣрѣпых тотаръ, сему же въ страсѣ трепещющи, конь свои управляющи от великаго страха. И в тъи чяс безбожнии приспѣвше [от иныя страны] и сего воина яша, и снемше же с него блистаяся оружиа его и на убииство его устремишяся. Тъи же, увы, и гръко рыдааше, юности своея милуя, и[722] всяческы живота своего отчаався, ничто же надежно имѣяи в себѣ къ избавлению. И укааряше свое лукавство о раскаании обѣта, еже къ святому, и срамляашеся прочее призвати святого Сергиа на помощь, сице глаголя: «Въ правду азъ умираю, оканныи, не съхраних обѣта еже к тебѣ, святыи Сергие. Аще не[723] прогнѣваешися на мя вконець, умилосердися, чая мое недостоиньство, сугубо и преславно показааше своа чюдеса, и пакы не могу сългати, уже бо безотвѣтенъ есмь, язык мои пресыхает ми, уста моя глаголюща[724] неправдупреже к тебѣ,[725] заградишяся, и что потом — се бо есмь студа исполнихся и злѣ умираю».
И тако ему цвѣтущиа своеа юности внутрь рыдающи, и се они звѣровиднии въ овчюю кротость преложишяся, яко изумлени, оставивше его, отъидошя, ничто же зла сътворишя ему, ни ризъ многоцѣнных съвлекше с него. Сиа же он видѣв себе съхранена благодатью Божиею и заступльниемъ и молитвою святого, отчаянному живот даровавше ему, и абье на бѣжание себе вдасть. И се аще и нѣкто от[726] поганых срѣтааше его, но молитвами святого покрываем бѣ и къ своему дому доправлен здравъ. И тако притече въ обитель святого, побояся да не пакы тягчаиши нѣчто постражеть. И припаде к рацѣ святого, облобызаа съ слезами, изповѣдуя всѣм великаа Божия чюдеса и скорое заступление, и милость славнаго в чюдесѣх святого Сергиа, бывше сугубое на нем милосердие. И в радости мнозѣ благоподобныя пѣсни отпѣвъ и братью учредивъ и милостыню многу вдавъ, отъиде в дом свои, радуяся зѣло и поминаа наказание, еже бысть преславно к нему, и милость яко же присному чаду его.
Посем же и се скажем, еже къ убогым святого щедрость и исцѣлениа подаа им.[727] Нѣкии бо нищь страненъ, слѣпотою одръжим 7 лѣт, ничто же отинудь[728] увидѣ, водим бѣяше, милостыни прося. Слышав же о святемъ бываемаа чюдеса у гроба его, и приведенъ бысть въ обитель милостыня ради. Празднику приспѣвшюСвятого Духа Сшествию, и множеству[729] народу бывшю, оному же нищему стоящю внѣ церкви, и водящему же его отшедшю на нѣкую потребу. Он же слышав пѣниа, бываемаа въ церкви, и плакашеся о лишении своем, хотяще еже внити въ церковь и поклонитися святому гробу. Милуяи же нищаа, явися ему блаженныи Сергие въ образѣ нѣкоего странна и емь за руку слѣпаго, приведе и въ церковь и постави у гроба своего. Слѣпыи же сътворивъ поклонение велико и осязав раку, съ слезами прикоснуся очима своима и прозрѣ, видѣ и възвах предстоящих, и знаемых по образу позна. И тако вельим гласом възопи[730], благодарение въздая Богу и Его угоднику, творящему непрестанно дивнаа чюдеса. И видѣвше вси, прославиша Бога, въ вся страны проповѣдающи чюдо святого Сергиа. Прозрѣвыи же не отступаше, и пребысть въ обители святого, работаа всему братьству благочестьнѣ и въ мнозѣ.
О отроковици слѣпои
Отроковица нѣкаа мала слѣпотою одръжима, в нищетѣ ходяще водима, милостынею кормящися. От далних странъ [преведена бысть] ко[731] обители святого, и пребывающе ту съ убогими, питающися от трапезы обители святого. Нѣкогда приведена бысть к рацѣ мощеи его, и только приближениемъ[732] коснувшися и прозрѣ, и пребысть сдравы очи имущи, яко николи же пострада.
О бѣснующемся
Уношя нѣкыи от духа неѣчистаго злѣ мучим, и пребывааше [со служащими][733] въ обители святого на многа времяна, стражаи вяжем бывааше[734] многими путы желѣзными. Он же растръзаа их и бѣгаа в пустыню и по стремлинам,[735] убиваашеся, и пакы обрѣтше его мнозѣми привлачим бываеть. И привязаша его крѣпко къ гробу святого, и бѣяше злѣ мучиму, яко от гласа его и свистаниа бесчисленаго всѣм ужасающися, не [могущимъ] тръпѣти. Падающи ему и убивающися въ цръкви о камение, и тѣлу его черну всему являтися, ранами уязвляему от зѣлнаго мучениа находящаго бѣса. И тако на много время сему бывшю и мнозѣм братьям зрящим и умилившимся, слезящим и о немъ молящимся преподобному, да помилует злѣ стражющаго. И тако по малѣ времени отогнану бѣсу нечистому духу молитвами святого Сергиа, юношѣ исцѣлѣвшю и смышлену бывшю, яко николи же болѣвшю, въ благочиньи[736] служащим братьям потребнаа въ обители, в послушьство всѣм зрящим и донинѣ. Бѣ же художество его[737] швенье[738] ризъ добрѣ и мудрѣ.
И не токмо окрестъ обители имуща кацѣм недугом одръжимымъ исцѣление получяющи, но и от далних странъ прибѣгше мучими въ пристанище святого, исцѣлениа получишя, но не отступно работающе въ обители его. Мнозѣи от земледѣлець и донынѣв радости не [стужающе си смыслени][739], никако же отлучяющеся паствы преподобнаго. И аще от таковых лучиться кому отлучитися предним своим обычяем, и пакы от нечистаго духа гоними бывааху къ обители святого [в] наказание всѣм волею Божиею святого в чюдесѣх Сергиа.
О имущем суху руку
Ни же и се да покрыется млъчяньем, се же чюдо сътворися святымъ в наше видѣние. Прииде нѣкыи отрок именем Леонтии, имѣя жилище Вышеграду на рѣцѣ Поротвѣ,[740] сынъ от старѣишинъ благородных града того, имѣя суху руку за 8 лѣт прикорчена к ребромъ[741] его, и того ради страньствуя по многым мѣстом и странам Христа ради, тружаася тѣлом своимъ. Пришедшу же ему преже в весь нѣкую Сергиева монастыря, и тамо явися ему чюдныи и славныи преподобныи Сергии, глаголя: «Чядо, аще хощеши исцѣление получити, иди въ обитель, еже слышал еси Сергиеву и видѣлъ еси нѣкогда, желаемое получиши [и даи же славу Богу]». Идыи же слышавъ, радостенъ бѣ зѣло, и прииде въ обитель святого в память святого апостола Лукы, въ врѣмя святыя литургиа. Скоро вниде въ церковь и ста у ракы чюдоноснаго отца, метание с плачем творя на едину руку, молбу простираа къ святому. Всѣм же братьямъ [предстоящим] и мнѣ, недостоиному Пахомью, писавшему в то время житие святого, ужасно исповѣдавше чюдо великаго. Яко третьее метаѣние сътвори отрок и припаде къ гробу, възопи[742] гласом великым, глаголя: «Слава тебѣ, Боже, творящему чюдеса великая[743] Своим угодником святымъ Сергиемъ, се здрава рука моя и сухая». [И се] рекъ, въздвиже ю горѣ, глаголя: «Се зрю святого, стоящя у гроба своего и повелѣвающу[744] маньем простерти руку мою сухую, яко же [обѣщася][745] мнѣ, убогому и недостоиному, и се нынѣ исполни[746].