Жития

Тогда старец, благословив его, впервые преподал ему Пречистые Тайны, и он изгладил из своего сердца всякое двоедушие.

24. Василина, услышав это, возымела еще большее желание видеть святого старца собственными очами и помышляла, переодевшись в мужское платье, придти к нему Лавру и сказать ему о себе. И когда это было открыто ему ангельским видением, он ей дал знать, говоря: «Знай, что если ты и придешь, то не увидишь меня; не тревожься, но оставайся, и где бы ты ни была, я предстану тебе во сне и возвещу, что вложит мне Бог». Она, услышав это и уверовав, в яве получает видение: се является ей во сне святый старец, говоря: «Се Господь послал меня к тебе, скажи мне, что ты хочешь?» Она же, рассказав ему о себе, получила полезный ответ и удалилась, благодаря Бога, и описала пришедшему ученику старца его одежду и вид. Это я слышал от самóй оной диакониссы Василины.

25. Место, где заключился сей святой старец, к Западу имеет весьма высокий утес, занимающий место стены и к нему прикреплена кровля келлии. Камень же утеса весьма сух и безводен, так что не доставляет никакой влаги келлии. Однажды, сей святой старец, взяв семя одной смоквы, сказал своим ученикам Феодору и Иоанну: «Слушайте меня, чада, если человеколюбие Божие дарует семени сему и камню сему силу для плодоношения, то знайте, что Бог дарует мне Царство Небесное». И сказав это, он прилепил к оному твердому камню семя смоквы. Бог же, соблаговоливший, чтобы прозяб сухой жезл Ааронов, Сам повелел, чтобы этот твердый и сухой камень произрастил на показание последующим родам, какую благодать получил Его раб. И святой старец, увидев росток, благодарил Бога со слезами; росток этот понемногу поднимаясь вверх, дошел до крыши, которую и открыли; коротко сказать, через три года, он принес три смоквы. Старец взяв их и облобызав со слезами, вкусил, благодаря утвердившего его Бога, и по не многу дал ученикам. И се древо вопит, свидетельствуя о добродетели старца. С тех пор, как богоносный сей старец вкусил смокв, он стал готовиться к исходу.

26. Когда же святой достиг глубокой старости, ученик его отворил жилище его для служения ему. И я, войдя к нему и увидев страшное чудо растения, тщательно соображал, как оно вкоренилось и камень получил трещину, но не мог найти и в изумлении сказал: «О глубина богатства и премудрости и разума Божия! Яко не испытаны судове Его и неизследовани путие Его» (Римл. XI, 34)! И те, которые в течении долгого времени ознакомились по опыту с Лаврою блаженного Саввы, знают, что ни открыто, ни в саду не родится смоква, ни другое дерево, по причине большого зноя и сухости воздуха Лавры. Если же кто упоминает про деревья малого лаврского общежития, растущие при пути, тот да ведает, что это дело молитвы блаженного Саввы, который обрел глубокую землю и обилие дождевых вод потока, а также и дело отцов этого малого общежития, которые и доныне напаяют деревья в течении всей зимы водою потока. Даже, когда многие пытались сажать возле потока, где земля глубока и напаяли в течении всей зимы, они с трудом могли сохранить посаженное в течении только года, из–за большой, как сказано, сухости воздуха и силы зноя.

27. Это немногое выбрав, я предал письму, опустив повествование об его подвигах за веру, которые он оказал в борьбе с учениями и поборниками Оригена и Феодора Мопсуестийского, и гонения, которые он претерпел, по Евангелию, за Апостольские заповеди. Но подвизания его я предоставляю рассказать другим писателям, ибо хорошо знаю, что многие, как и подобает, после его кончины потщатся описать его подвиги и гонения, и опасности, которые он вынес за правую веру, и победы и славное его житие, во всей, так сказать, с нами жизни, когда он сделался славным и знаменитым по жизни и блистанию своих добродетелей.

28. Как я слышал из собственных святых его уст, он был рукоположен во епископа на двадцать восьмом году жизни, как сказано выше, и исполнил в епископстве девять лет, и оставался в Лавре первый раз двенадцать лет, из коих был в послушании шесть и безмолвствовал шесть, и оставался в Руве шесть лет, и, заключенный в келлию, в которой безмолвствует и до днесь, исполнил с Богом сорок семь лет. И вот, он достиг сто четвертого года жизни и весьма стар, светел лицом и душою весел и исполнен божественной благодати. Помолимся же мы, убогие, да укрепит его Господь паче и паче и завершит его течение в мире, а молитвами его помилует и нас убогих и грешников, написавших сие, во веки веков, аминь.

Святой сей старец Иоанн епископ скончался в седьмой день месяца декабря, в Царство Господа нашего Иисуса Христа, Емуже слава и сила во веки веков. Аминь.

Житие иже во святых отца нашего Евфимия Великого

Предисловие

Честнейшему и поистине добродетельному духовному отцу авве Георгию, пресвитеру и игумену, богонравно безмолвствующему в местности около Скифополя, называемой Веелла, Кирилл о Господе радоватися.

Вера пусть предшествует повествованию об именитом Евфимие, вера основание чаемого, которой мы оправдались, в которой стоим и которой хвалимся в надежде славы Божией; без веры невозможно угодить Богу, ибо, как говорит Писание, веровати подобает приходящему к Богу, яко есть и взыскающим Его мздовоздатель бывает (Евр. XI, 6). Пытающийся говорить или слушать без веры трудится всуе, не будучи в силах доставить себе какую–либо помощь, но тот, кто приобрел веру, все могущую, в силах сделать, что хочет, в особенности если он сохраняет ее твердою, не подпадая неверию; но сохраняя силы и будучи всегда укрепляем верою, не колеблется и не сомневается, ибо: сумняйся уподобится волнению морскому, ветри возметаему, и прочее (Иак. I, 6).

Я же началом, и корнем, и основанием повествования о преподобном Евфимии полагаю твердую веру, которую должны приобрести читатели, и верить во все, и, при посредстве веры, побуждать свои помыслы к одобрению.

Если же я не достигну чего либо достойного хвалимого честного отца, однако я счел благословным, движимый осторожностью, скорее не достигнуть сего, нежели опустить все по неопытности и ослушаться вашей кротости. Вместе с тем я имел в виду и оное страшное осуждение лукавого и ленивого раба, закопавшего талант в землю (Матф. XXV), и решился, употребив неискусную и неопытную во внешнем образовали речь, начать предлежащее сочинение при помощи и руководстве Божием в изложении, ради молитв преподобного Евфимия, давшего содержание повествованию.

ЖИТИЕ

1.

Отсюда в обоих естествах является единый и тот же Христос, Сын Бога живого, познаваемый нераздельно и неслиянно.

2. Итак, будучи Богом бесстрастным, Он не возгнушался быть страстным человеком, и, будучи бессмертным, потерпел подчиниться законам смерти, для того, чтобы таковым милосердым к нам снисхождением и вольным истощанием даровать нам восхождение к Себе. Почему и посылая Своих учеников на спасение рода нашего, сказал:шедше убо научите вся языки, престяще их во имя Отца и Сына и Святого Духа (Матф. XX VIII, 19); они же, приемши сию заповедь и пройдя всю вселенную, словом и делом проповедовали благочестие — словом уча, делом же и жизнью утверждая слово — шествуя через все трудности, гонимые, скорбящие, обнажаемые, нуждаясь в самом необходимому напоследок презрели и смерть, добре во всем подражая Господу. Отсюда воссияло миру богоразумие, отсюда просветилось естество человечества и освободилось от работы диавольской, отсюда явилась отчаянным спасительная благодать различно и многообразно всем благодеющая: отсюда из всех народов выросли сонмы святых мучеников, соревнуя подвигам которых, многие после гонения, подобно светильникам, просияли в иноческой жизни; они сделали свое житие отобразом апостольской добродетели, и к ним применимы следующие слова Писания: проидоша в милотех, и в козиях кожах, лишены, скорбяще, озлоблени, в пустынях скитающеся и в горах и в вертепах и в пропастех земных (Евр. XI, 36).

3. Причаствшись сего непорочного жития, и великий отец наш Евфимий, посвященный с младенчества Богу и поревновавший житию святых, явился приятным Богу и известным людям. Получив повеление написать житие во плоти сего святого отца, без всякого промедления повинуюсь повелевшему, тебе, честный отче Георгий. Ты повелеваешь сладкое и душеполезное, и достойное твоей святыни, потому что справедливо, поистине, мимошедшее временем и известное немногим начертать словом и не допустить, чтобы оно омрачилось в пропасти забвения, но предложить в виде общей пользы, и образа, и примера тем, кто в последствии пожелает помыслить о своем спасении. И так, призвав теперь Сына Божия и Слово, поставленного во главе настоящего писания, я начну повествование об Евфимие.