Страница 3 из 33
Одни из монахов принимали пищу через день, другие два раза в неделю, а третьи лишь в воскресные дни.
Вообще монахи, дабы не "терять много времени на служение плоти", мало заботились о пище, а по большей мере "чистым умом трезво служили Богу, не обременяя мысли насыщением тела и не угождая сластолюбию чрева".
Таким было на Синае и жительство преп. Нила, который, оставив "родину, друзей и имение" и став пустынником, проводил жизнь, исполненную мучительных трудов и подвигов.
"Долгое время, говорит он, эта пустыня давала мне возможность приятно проводить жизнь, наслаждаясь великим безмолвием и при благоприятном ветре направляться к цели".
Однако этой мирной жизни суждено было прерваться: преп. Нила постигло весьма тяжкое искушение.
Однажды в воскресное утро все монахи, а вместе с ними и преп. Нил со своим сыном Феодулом, по обычаю собрались в церковь на богослужение. Но как только совершили они богослужение, вдруг, подобно вихрю, напали на них варвары. Ворвались они, "как бешеные псы", и сначала бросились расхищать сухие фрукты, приготовленные монахами на зиму, а затем вывели монахов из церкви и начали рубить их саблями. Первым пронзили они саблями "иерея святого места", потом "бывшего с ним старца" и наконец прислуживавшего им отрока.
После этого одну часть монахов варвары пленили, а других заставили бежать, "подавая знак руками". Среди последних был и преп. Нил, тогда как его сын Феодул оказался среди пленников.
Трогательно описывает преп. Нил свое расставание с сыном. Привязанный к сыну нежной любовью, он и не помышлял о собственном спасении и не имел сил удалиться, но "молча" оставался на месте. Побуждаемый же сыном, подававшим ему знаки глазами, он после всех двинулся с места и пошел вслед за оставшимися монахами, направлявшимися в гору. "Ноги мои, говорит преп. Нил, двигались вперед за ними, не знаю, как следовало за ними тело, но сердце не хотело идти и принуждало меня часто оборачиваться к сыну. Так, следуя за идущими впереди, пришел я на гору и с высоты смотрел, как уводят моего несчастного сына и как он украдкой? бросает на меня свой взор". После того как варвары удалились, преп. Нил вместе с оставшимися монахами сходит ночью с горы и предает земле тела святых мучеников, а затем в поисках сына уходит в Фаран. Здесь он получает первые известия об участи своего сына: один юноша, бежавший из варварского плена, пришел в Фаран и рассказал преп. Нилу, что варвары решили его и Феодула принести на следующий день утром в жертву утренней заре. С этим намерением они уже сделали жертвенник и наложили дров, ничего не сказав осужденным. Бежавший же, узнав от одного из пленников, понимавшего варварский язык, об их намерении, немедленно сообщил об этом Феодулу, убеждая его бежать вместе.
Однако Феодул отклонил предложение юноши, сказав, "что от воли Божией, какой бы они ни была, убежать невозможно, хотя бы и удалился ты в самую неприступную крепость". Таким образом, обреченный на смерть Феодул остался, тогда как поведавший обо всем этом юноша, воспользовавшись ночным мраком, убежал. Весть о страшной опасности, грозящей Феодулу, усугубила скорбь преп. Нила, и он, потеряв самообладание, готов был впасть в полное отчаяние. Однако его ободрило поведение одной женщины, удрученной не меньше преп. Нила, ибо она получила известие о смерти сына, убитого теми же варварами. И все-таки это горе не лишило ее мужества. Напротив, узнав о том, что ее сын убит и что он отважно сражался с кровожадными злодеями, она облеклась в белую одежду и с веселым выражением лица принесла Богу молитвы благодарения за то, что удостоил Он принять в Свои руки чистую душу ее сына Женщина эта проявила великую силу духа, утвержденную на живой вере в Бога и на безграничной преданности Божию Промыслу.
Настроение благочестивой женщины передалось и преп. Нилу, так что "почувствовал он стыд за толикое малодушие, которому поддался, печалясь о своем сыне".
И с того момента он уже мужественно переносит это искушение, весь предавшись воле Божией; он как бы забывает о своем нечастье и вместе с другими монахами уходит предать земле братию, убиенную теми же варварами в окрестностях Фарана. Между тем насельники Фарана после этого нападения направили к варварскому царю двух посланников с жалобой. Когда же преп. Нил, воздав последний долг умершим братьям, пришел в Фаран, посланники уже возвратились от варварского царя, неся с собой письменные обещания о мире и приглашение, чтобы пришли к царю все потерпевшие и те, чьи родственники были уведены в рабство. При этом царь обещал, что виновных он накажет, а награбленное имение возвратит. Услышав от гонцов такие благоприятные вести, фаранцы направили новое посольство, снабдив его богатыми дарами для царя. Среди посланных был и преп. Нил.
До того места, где жил царь Аммон, нужно было 12 дней идти по безводной пустыне. Когда все запасы взятой с собой воды истощились, члены посольства, измученные сильной жаждой, на восьмой день своего путешествия разошлись в разных направлениях в поисках источника воды. Преп. Нил, отделившись от остальных, поднялся на один холмик и заметил невдалеке ручей, вокруг которого расположился станом большой отряд варваров.
Те, как только заметили приближавшегося к ним преп. Нила, набросились на него, схватили, "связали и увлекли с собой. Нил спокойно предал себя варварам". "Я, говорит он, которого вязали, рвали, тащили, не обращал на это внимания и, будучи мучим, не знал, что со мной делают; весь мой разум был занят мыслью о поисках сына? Либо найду я его у них и тогда охотно останусь с ним в рабстве, дабы насладиться мне его лицезрением, либо буду убит, и это послужит концом моих бедствий". Между тем пока внимание варваров было поглощено преп. Нилом, на холме появилось вооруженное посольство; его неожиданное появление так поразило варваров, что они, объятые страхом, убежали, оставив на месте своей стоянки преп. Нила и большое количество награбленной добычи. Отдохнув у источника и утолив жажду, посланники на следующий день продолжили свой путь и через четыре дня благополучно прибыли к варварскому царю.
Здесь преп. Нила "клятвенно" уверили, что его сын не погиб и что он продан кому-то в Элузе.
Преп. Нил немедленно с двумя проводниками отправляется в Элузу. Еще на пути встречает он одного юношу, сообщающего ему радостную весть, что его сын Феодул действительно жив и что все у него очень хорошо, потому что его купил один священник. Прибыв в Элузу, преп. Нил идет сперва в храм Божий, чтобы вознести Богу благодарственную молитву, а затем направляется к епископу, где и происходит его трогательная встреча с любимым сыном. После немых объятий и слез радости Феодул поведал историю своего спасения. Из нее мы узнаем, что варвары не принесли жертву утренней заре только потому, что проспали назначенное для того время; потом продали его одному крестьянину в Субаите, а тот Элузскому епископу. Выслушав рассказ сына, преп. Нил признался ему, что во время своей скорби дал обет Богу: если его сын останется в живых, то он будет проводить еще более воздержную и строгую жизнь. В ответ на это Феодул воскликнул, что и он весьма охотно будет участвовать в исполнении этого обета и подвизаться вкупе с ним, ибо считает себя преизобильно исполненным милостью Божией. Элузский епископ не препятствовал им в исполнении их намерения и великодушно их отпустил, предварительно рукоположив их в священники в качестве награды за их труды и подвиги.
Приняв благословение от епископа, отец и сын возвращаются на Синай, где проводят время в трудах и подвигах до конца своей жизни. О годе кончины преп. Нила мы не располагаем точными данными, но можем предположить, что преп. Нил умер около 430 года [52], то есть в эпоху, предшествовавшую III Вселенскому Собору, потому что в своих произведениях он недвусмысленно осуждает уже появившиеся к тому времени несторианские заблуждения [53]. Память преп. Нила в Православной Церкви прославляется 12 ноября, а в Римско-Католической 12 января.
В Цареградском синаксаре, в месяцесловах, а также у Никифора Каллиста мы находим свидетельство о том, что в правление императора Юстина II (565578) мощи преп. Нила и других синайских аскетов перенесены в Царьград и положены под жертвенником храма святых апостолов Петра и Павла.