Страница 11 из 36
А если, в конце концов, многие из них почувствуют нужду в чем-либо необходимом для тела, прибегают не к людям, но, обратясь к Богу с просьбою, как к Отцу, получают просимое, потому что такова у них вера, что могут и горы переставлять. Поэтому некоторые из них молитвою останавливали стремительность рек, угрожающую затопить соседние селения, переходили по воде как по суху, укрощали лютых зверей и совершали многие и бесчисленные чудеса, напоминающие чудотворения пророков и апостолов, так что нельзя сомневаться в том, что их добродетелями стоит мир.
И что всего изумительнее: хотя обыкновенно все превосходное редко и трудно, - их и по числу много, и по добродетелям они несравненны. Одни из них живут вблизи городов, другие в селениях, многие рассеяны по пустыне как бы некое небесное воинство, опоясанное на брань, стоящее в лагере, всегда готовое к исполнению повелений царя; сражаясь оружием молитв и защищаясь от ударов врага щитом веры, стараются стяжать себе небесное царство. Они украшены добрыми нравами, миром, тихи, покойны и связаны союзом любви, как бы близкие родные. Они состязаются друг с другом только в стремлении к совершенству. Каждый стремиться быть более снисходительным, кротким, любвеобильным, смиренным и терпеливым. Если из них кто-нибудь мудрее, то он так прост со всеми, что, по заповеди Господа, кажется меньшим всех и слугою всех.
Так как по благости Божией я сподобился видеть их и беседовать с ними, попытаюсь рассказать о каждом в отдельности, что приведет мне на память Господь, дабы те, которые не видели их, узнали об их подвигах и, составляя из чтения понятие о совершенной жизни, побуждались к подражанию святым подвигам и стяжали пальму совершенной мудрости и терпения.
Глава 1. О святом Иоанне
В самом начале нашего повествования поставим как крепкое основание образец всех добродетелей - Иоанна [74]. Воистину он и один с избытком силен возвести благочестивые и посвятившие себя Богу души на вершину добродетели и возбуждать их к совершенству.
Мы видели его в Фиваидской области [75], в пустыне, близ города Ликоса [76]. Он жил на скале высокой горы. Подниматься к нему очень трудно. Вход в обитель загорожен наглухо, и с сорокалетнего возраста до девяностолетнего, какой он имел во время нашего посещения, никто не проникал в его уединение. Посетителям можно было видеть его через оконце[77], и он изнутри давал ответы, изрекая слово Божие в назидание души или, по мере надобности, подавая утешение. Из женщин никто не был там, даже и для одного лицезрения, да и мужчины-то допускались редко, и то в известное время. Впрочем, он дозволил устроить вне места своего уединения келью для посетителей, приходившие из дальних стран могли там немного отдохнуть. Сам же он пребывал лишь в Боге, ни днем ни ночью не удаляясь от молитвенной беседы с Ним. Такой Божественный и непостижимый дар стяжал он всецелой чистотою души! И чем более он удалялся мирской суеты и мирских бесед, тем больше приближался к Богу. И достиг он, наконец, такой душевной ясности, что знал не только о том, что происходит в свете, но удостоился предвидения и будущего. Господь явно ниспослал ему дар пророчества.
Не только своим согражданам и землякам, при вопросах с их стороны, предрекал будущее, но часто предсказывал и самому императору Феодосию [78] - то предстоявшие ему войны, то каким образом ему одержать победы над тиранами, то вражеские нашествия, какие ему придется выдержать.
Кирена [79] была крайним городом Фиваиды со стороны Эфиопии. Однажды близ этого города племя эфиопов [80] напало на отряд римского войска и нанесло жестокое поражение нашим, награбив при этом большую добычу. Римский вождь пришел к Иоанну. Он не решался сразиться с варварами по малочисленности своего отряда, между тем как варваров была несметная толпа. Иоанн назначил военачальнику определенный день.
- Ступай спокойно, в указанный мною день ты поразишь неприятеля, отнимешь трофеи и вернешь награбленное.
Все это исполнилось. Военачальник донес обо всем императору, который, вследствие этого, и стал благоволить к Иоанну и почитать его. Сам же он не своим заслугам приписывал дар пророчества, но более вере вопрошавших.
- Не ради меня, - говаривал, - но ради тех, кто слушает меня, Господь открывает будущее.
Вот еще другое досточудное знамение, явленное Господом через него. Отправляясь в поход, один трибун [81] пришел к нему и начал просить о дозволении его жене придти к Иоанну.
- Скольким опасностям, - говорил трибун, - она подвергалась только из-за того, чтобы видеть лице твое!
Святой отказал.
- У меня и раньше никогда не было в обычае смотреть на женщину, а теперь - с тех пор, как я заключился в уединении на этой скале - и тем более... [82]
Трибун, однако, сильно настаивал на сей просьбе.
- Если моя жена не увидит тебя, - уверял он, - она, наверное, умрет от сильной тоски.
И снова несколько раз принимался просить святого мужа, говоря ему, что он будет причиною смерти его жены, которая найдет гибель там, где искала спасения.
Старец видел, что столь сильная вера являлась уже как бы несчастием.
- Ступай, - ответил он, - твоя жена увидит меня в эту ночь. Только пусть она не приходит сюда, а останется дома на своем ложе.
Выслушав это, посетитель удалился, размышляя в душе о загадочном ответе. Однако жена его нисколько не смутилась. И вот во время сна человек Божий предстал ей в видении...
- О жено, велия вера твоя! - сказал он, - и вот я пришел исполнить твое желание. Однако советую тебе - не стремись видеть плотское лице рабов Божиих, но старайся в духе созерцать их деяния и подвиги. Дух есть, иже оживляет, плоть не пользует ничтоже (Ин.7,63). Я же - ни праведник, ни пророк, как ты думаешь, но по вере вашей предстательствовал за вас пред Господом, и Он даровал тебе исцеление от всех твоих телесных недугов. Отселе здравы будете - ты и муж твой, и благословится весь дом ваш. А вы, со свой стороны, помните о явленном вам Божием благодеянии. Пребывая постоянно в страхе Божием, довольствуйтесь своим жалованием и не ищите большего... [83] Достаточно для тебя, что увидала меня во сне, и о большем не хлопочи...
Пробудившись, жена поведала мужу о всем виденном и слышанном во сне, причем описала стан, лицо и все признаки старца. Изумленный муж, придя еще раз к человеку Божию, воздал хвалу Богу и, получив благословение, удалился с миром.
В другое время пришел к нему один военачальник. Дома у него осталась беременная жена. В самый день посещения блаженного Иоанна жена военачальника, разрешившись от бремени, опасно занемогла. Человек Божий сказал ему:
- О, если бы ты знал дар Божий, ты вознес бы благодарность Богу - сегодня у тебя родился сын. Однако знай, что твоя жена опасно занемогла, но Господь не оставит ее, и ты найдешь ее уже здоровою. Поспеши же возвращением домой - ты найдешь младенца семи дней от рождения и назовешь его Иоанном. В течении семи лет воспитывай его дома, охраняя от всякого влияния язычества [84], а затем поручи его инокам для обучения святым и божественным познаниям.
Сверх того, кто бы ни приходил к нему - земляки ли или из других провинций - он, смотря по нуждам, открывал им сердечные их тайны. Если у кого-нибудь был на совести в тайне совершенный грех, он наедине обличал и побуждал к исправлению и раскаянию.
Угрожало ли чрезмерное разлитие Нила или предстоял недостаток в воде - он предварял об этом [85]. Точно так же предостерегал, если грозила за грехи людские кара и казнь от Бога, причем ясно указывал и на причину небесного наказания. Здравие и исцеление больным он возвращал так, что при этом избегал всякого тщеславия, не допуская иногда приносить недужных к себе: благословив елей, он посылал его больным, и, помазываясь им, они исцелялись от всякого недуга.
Однажды у какого-то сенатора жена потеряла зрение. Она стала просить мужа, чтобы он отвез ее к человеку Божию. Муж отвечал, что он не принимает женщин. Тогда жена просила, чтобы муж по крайней мере объяснил ему то, чем она больна, и испросил бы его молитв за нее. Муж отправил посольство к Иоанну. Помолившись и благословив елей, человек Божий послал его к больной. Та в течение трех дней мазала елеем глаза свои и, снова получив зрение, воздала хвалу Богу. Но слишком много времени понадобилось бы на то, чтобы рассказать деяния Иоанна. Поэтому, отпустив то, о чем мы узнали от других, перейдем к тому, чему сами были очевидцами.