Страница 14 из 44
При жизни князя Михаила Александровича отец Иларион спокойно пребывал в своей уединенной келлийке, но по смерти благодетеля своего старцу пришлось потерпеть много скорбей от управлявших его имением и от дворни, которые клеветали на него вступившему в наследство молодому князю, жившему постоянно в Москве, представляя баснословные отчеты о тратах на продовольствие и содержание блаженного. Так, например, за один год было выведено на расход его стола одной покупной провизии на 800 рублей (по-тогдашнему ассигнациями). В донесениях о нем писали одну ложь. Поверив ложным доносам, молодой князь негодовал на отца Илариона, приехал в Карповку с намерением отказать ему в помещении, но, узнав истину, посетил отца Илариона, а прощаясь с ним, просил его святых молитв и благословения. Людям же своим строжайше приказал всеми мерами покоить и оберегать отца Илариона от всяких неприятностей. Несмотря на такое приказание молодого князя, после отъезда барина ненавистники старца еще более стали досаждать ему, всячески стараясь выжить его из имения. В зимнее время прислужники по нескольку дней сряду не топили его келлии или натапливали чрезмерно жарко, трубу закрывали рано с угаром, не приносили ему пищи. Один из соседних помещиков, узнав об этом, прислал отцу Илариону для услужения своего человека, от которого ему решительно не было покоя: он подражал княжеским людям.
Однажды, натопив жарко печь, трубу закрыл, а сам ушел, оставив отца Илариона одного в келлии; от сильного жара загорелось на чердаке, и болезненный отец Иларион сам должен был потушить начавшийся пожар.
Желая все неприятности препобедить терпением и молитвой за врагов своих, но видя со дня на день усиливавшуюся против него злобу, отец Иларион решился, по заповеди апостольской,
дать место гневу Божию (ср.: Рим. 12, 19) и удалиться от своих притеснителей, которые по злобе готовы были лишить его жизни. Он просил расположенных к нему господ Сухановых прислать за ним и на следующий день рано утром выехал из Карповки и переместился на жительство в село Колычево. Это было в 1819 году.
Устар. «сундук, ларец, шкатулка».-
Ред.
^
Священник помогал им разными предметами, а жена его каждый праздник присылала к столу пирог.
^
См.:
Преподобный Иоанн, игумен Синайской Горы. Лествица, Слово 4, о блаженном и приснопамятном послушании. Глава 27.
^
Глава VI
Отец Иларион продолжает свои переходы с места на место.- Немощь бесов и сила креста Господня.- Истинное послушание творит чудеса.- Вразумление нечестивого богача П. и постигшее его Божие наказание за непослушание отцу Илариону.- Пребывание отца Илариона в келлии, поставленной ему В.Н. Меньщиковым.- Духовное завещание отца Илариона.- Местность села Троекурова Лебедянского уезда всегда нравилась отцу Илариону.- Владелец Троекурова И.И. Раевский просит отца Илариона переместиться в Троекурово.- Последнее путешествие отца Илариона в Киев.- Переход его в Троекурово.
Не имамы зде пребывающаго града…
Евр. 13, 14
Конца скитальческой жизни, назначенной до времени отцу Илариону Промыслом Божиим, пока еще не было видно. Переместившись в село Колычево, в период своего пятилетнего там пребывания он даже и в самом селе не имел постоянного местожительства. Сначала поместился блаженный во флигеле помещика Александра Дмитриевича Кошелева, потом поселился у господина Писарева, затем перешел к Колосовниным, далее к Петру Николаевичу Кузьмину и наконец к Владимиру Николаевичу Меньщикову.
Причина, по которой отец Иларион не остался долго жить во флигеле Кошелева, состояла во множестве разного рода посетителей, со всех сторон стекавшихся к нему, от которых он, как ни старался, не имел возможности укрыться, по непреложному слову Господа:
не может град укрытися верху горы стоя; ниже вжигают светильника и поставляют его под спудом, но на свещнице, и светит всем, иже в храмине (суть) (Мф. 5, 14-15).
Когда отец Иларион жил у П.Н. Кузьмина, то, вероятно, преследуя свою всегдашнюю цель - жить по возможности в уединении,- проводил летнее время в омшанике[
1]. Однажды в хорошую погоду он ходил со своим келейником по барскому саду, чтобы освежиться приятным летним воздухом. Проходя мимо забора, которым защищен был сад, отец Иларион, не говоря ни слова, вдруг по направлению к забору сделал рукой знак указания, заставивший келейника обратить на то место внимание, и что же? Ему представилось, как бесы, в разных видах, сидели на заборе, с оскаленными зубами глядели на них, смеялись и выделывали разные проказы. Келейник от страха спрятался за отца Илариона, который, ободряя его, взял за левую его руку, а правой велел перекрестить то место, на котором видны были бесы. Едва келейник успел исполнить приказание отца Илариона, как бесы с криком и визгом рассыпались в разные стороны. «Видишь, как они немощны и как велика сила креста Господня!» - сказал келейнику старец.
В другой раз тот же келейник, неизвестно с каким поручением, послан был в Головинщину; у келейника теплой одежды не было. Отпуская его в путь, отец Иларион сказал: «Если дорогой тебя спросят - кто тебя послал, отвечай - князь». Идет посланный, и никто не встречается с ним, он уже почти добрался до назначенного места, и ему не только не было холодно, но даже очень тепло, как будто он шел в теплой шубе.
Вдруг он почувствовал холод, который с минуты на минуту все более стал усиливаться, так что уже на коротком расстоянии чуть не окоченел и едва мог добраться до дома, куда был послан. Вечером, улегшись на печи, прозябший келейник хотел скорее заснуть, но не спалось ему; он встал на молитву, сознал свой грех. И в самом деле: он шел всю дорогу в простоте сердца, без всякого рассуждения, исполняя послушание угодника Божия, и ему было так же тепло, как в теплой келлии, а когда начал роптать и злословить старца, то и на полуверсте чуть было не замерз.
На другой день, вставши раньше всех домохозяев, посланный побежал обратно и бежал всю дорогу, впрочем, не из страха озябнуть, но чтобы иметь возможность скорее пасть к ногам старца, во всем раскаяться и испросить у него прощение. Исполнив свое желание, он был утешен словами блаженного: «Истинное послушание никогда не вводит ни в какие беды». После этого раскаявшийся келейник совершенно успокоился духом.
Во время пребывания отца Илариона в Колычеве известен еще весьма интересный и назидательный случай. Один богатый помещик П. три раза присылал муку в Колычево, предлагая ее в дар отцу Илариону; в первый раз прислал один воз, потом два и, наконец, три воза, причем заочно просил старца позволить переговорить с ним лично о каком-то деле. Но каждый раз отец Иларион отказывался от предложений помещика, отсылая муку обратно с посланными. На желание же его лично видеть отца Илариона господин П. не получал удовлетворительного ответа. Однако он приехал в Колычево, сумел уговорить келейника допустить его до личного свидания со старцем, который на усиленную просьбу своего келейника сказал: «Если я его и приму, пользы для него не будет», велев, впрочем, позвать настойчивого посетителя. Господин П.
Затем нравоучительный посетитель предлагал отцу Илариону переехать к нему в имение, отдавая свой дом в полное его распоряжение и обещая ему все блага в жизни сей.
«Вы кончили?» - кротко спросил отец Иларион. «Да,- отвечал П.,- что же вы мне на это скажете?» - «Вы сами от себя все это говорили или кто прислал вас ко мне?» - «Да, я послан». Тогда отец Иларион взял животворящий крест и палицу[
2], присланные ему в дар преосвященным Антонием, архиепископом Воронежским, осенил крестом изумившегося посетителя, а палицу набросил ему на шею. Помещик побледнел, затрясся, упал без чувств, испуская изо рта пену. Отец Иларион приказал своему келейнику снять с лежавшего на полу посетителя правый сапог, и из него выпал крестик, который нечестивец попирал своей пятой. Придя в чувство, он встал в совершенном изнеможении. Отец Иларион дал ему выпить богоявленской воды, и он успокоился. Затем старец много поучал его, советуя ему подумать о душе своей, оставить нечестие, переменить жизнь. «Покайтесь и молитесь Богу,- говорил отец Иларион,- и милосердый Господь простит грехи и беззакония ваши».- «Я принадлежу к тайному обществу, к секте, и связан страшной клятвой, поэтому перемениться не могу».- «Ваша клятва,- возразил отец Иларион,- страшна только для вас. Я вам ручаюсь, что если вы с чистым раскаянием обратитесь к Богу, непостижимо и неизреченно благому и милосердому ко всем, в особенности к искренно кающимся грешникам,- будете помилованы Господом, Который за наши грехи благоволил принести Себя в жертву умилостивления правде Божией. Поезжайте домой, в Москву не ездите; читайте книгу, которую я дам вам; подавайте бедным милостыню без разбора всем, во имя Христа, Спасителя нашего, и навещайте меня».