Страница 32 из 44
Доставляя великую душевную пользу своими богомудрыми беседами всем притекающим к нему, отец Иларион поучал и заочно через письма, которые диктовал писцу своему, и потом заставлял его прочитывать, чтобы проверить, так ли выражены его мысли. К сожалению, этих писем уцелело очень мало - только десять, но и из них легко можно видеть, какой духовный разум стяжал угодник Божий своей высокой жизнью. Все письма его проникнуты глубоким смирением и чистой любовью к ближним, которых он всегда старался направлять на путь истинный, обещая им помощь Божию и свое молитвенное содействие. Более всего заповедует он во всех обстоятельствах жизни, как бы они ни были трудны, иметь полную преданность воле Божией и всегда просить заступления Царицы Небесной - всех скорбящих Радости. Почти во всех письмах обещает молиться и сам у всех просит молитв за себя.
За неимением в Троекурове постоялого двора посетители иногда останавливались у отца Саввы.
^
В Приложении II помещено одно письмо к нему старца Илариона - 10-е.
^
Восприемный отец (восприемник) - тот, кто принимает ребенка на руки из купели во время Таинства Крещения; крестный отец.-
Ред.
^
В Приложении II помещено к ней 5 писем отца Илариона - 5, 6, 7, 8 и 9-е.
^
Ксендз - католический священник.-
Ред.
^
Пс. 67, 36.-
Ред.
^
Глава XIII
Прозорливость старца Илариона.- А.Н. Макаренков.- А.П. Кожухова.- Купцы Морозовы.- Две странницы.- Родственница помещика Лукина.- Иеромонах Филарет.- Крестьянка.- Купец Терехов.- Рассказ игумена Зосимы.- Л.И. Свечина.- Сын троекуровского священника Саввы.- Жена ливенского священника.- В.П. Меньщикова.- Отец Никандр Андреев.- Лютеранка.- Мальчик, живший при старце.- Рассказ Капитона, келейника отца Илариона, как старец отправил его в Иерусалим с тремя рублями.
Излию от Духа Моего, и прорекут.
Иоил. 2, 28
В настоящей главе предлагаются вниманию читателей остальные пришедшие в известность факты из жизни угодника Божия Илариона, в которых можно видеть проявление разнообразных его дарований духовных, и в особенности дара прозорливости. И прежде всего, по ближайшей связи с предыдущей главой, в которой преимущественно говорилось о мудрых советах великого старца с их благими последствиями для людей, смиренно принимавших и в точности их исполнявших, ознакомимся теперь с некоторыми случаями, когда прозорливый старец, видя грядущий гнев Божий на людей нечестивых, по любви своей ко всем старался их предостеречь от сего, но они, более полагавшиеся на свой разум, нежели на советы угодника Божия, сами подвергали себя наказанию от Господа.
Ефремовский помещик А.Н. Макаренков имел обычай не начинать никакого важного дела без благословения отца Илариона. Однажды, побывавши у старца, вечером он собирался ехать домой. Время было зимнее. Отец Иларион советовал ему остаться до утра. Но Макаренков говорил, что ему необходимо по делам спешить в город, и потому, простившись со старцем, он поехал. Но лишь только лошади тронулись, келейник закричал кучеру: «Стой!» - и, подбежав к Макаренкову, подал ему кусок икры и булку и сказал: «Батюшка приказал отдать вам это - годится сегодня на ужин». Макаренков взял все это с улыбкой, велел благодарить старца и поехал. Такая заботливость отца Илариона о нем показалась ему странной. «Далеко ли тут,- рассуждал Макаренков,- дорога и все постоялые дворы известны мне как свои пять пальцев». Но вскоре, когда совсем стемнело, поднялась сильная вьюга; кучер сбился с дороги. Лошади, утомленные ездой целиком по сугробам, стали. Путники были в безвыходном положении; тогда Макаренкову пришло на память предостережение отца Илариона, и он мысленно обратился всем сердцем к угоднику Божию и начал просить его святых молитв, в которые крепко веровал. Вдруг вдали показался огонек. Путники ободрились, поехали на огонек и добрались кое-как до дворов. То были выселки[
1], двора два или три, не более. В первой же избе, откуда виделся свет, и остановился Макаренков. Изба оказалась курная[
2] и очень бедная, продрогшие путники едва могли согреться. От всей души благодарил Макаренков Господа, сохранившего их по молитвам старца от смерти, а старца за благословенный ужин, который был теперь очень кстати.
Так за непослушание старцу был наказан Макаренков, но за искреннее раскаяние был помилован. А случалось и такое, что люди и вовсе подпадали неожиданным наказаниям, не имея даже времени сознать вину свою и призвать на помощь молитвы старца.
Елецкая помещица Анастасия П. Кожухова приезжала к отцу Илариону за советом по своему имению. Старец, указывая на свое кресло, сказал ей: «Видишь, как у меня на креслах изветшала подушка-то! Поедешь в свою деревню, привези мне оттуда новую. А покойнее бы для тебя было продать это имение и деньги отдать в задонский собор за упокой души твоей».- «По приезде домой я исполню совет ваш, батюшка»,- отвечала Кожухова. «Не езди,- продолжал старец,- и продай здесь - я купца найду, а деньги употребим на устройство собора».- «Нельзя же мне, батюшка, не быть в деревне,- возразила Кожухова,- и для распоряжения, и в последний раз посмотреть на имение»,- и с тем она уехала. Но вскоре, по прибытии в деревню, она была найдена мертвой, задушенной в постели подушками.
Весьма богатые купцы Морозовы (Рязанской губернии, города Ряжска) - муж с женой, оба не совсем здоровые, решились по совету докторов ехать на Кавказ лечиться, но прежде вздумали съездить в Троекурово испросить благословения на непривычный и дальний путь. Отец Иларион не одобрил намерения их ехать на Кавказ, а советовал им возвратиться домой и, положившись на волю Божию, не беспокоиться о своем здоровье. «Бог даст,- сказал старец,- и дома поправитесь». Но Морозовы не послушались его совета и отправились на Кавказ. Приехавши в Ставрополь, где в то время была холера, Морозов заболел, а потом и жена его, и оба вскоре там умерли.
Две странницы, зашедшие по дороге к отцу Илариону, после трапезы и отдыха просили его благословения на дальнейший путь. «Ночуйте у нас, а завтра пойдете»,- сказал им старец. «Нет, нам скоро нужно»,- отвечали они и пошли. «Остаться бы лучше»,- повторил он. Одна из них и согласилась на предложение отца Илариона, но другая заупрямилась и уговорила товарку идти, грозя ей в противном случае оставить ее одну. Только что они вышли в путь, как нашла черная грозовая туча, и настойчивая странница в полуверсте от села убита была громом.
Если и не всегда непослушные советам старца подвергались наказаниям, то, по крайней мере, успеха в делах не имели.
Помещик Лебедянского уезда Александр Ильич Лукин приехал однажды к отцу Илариону со своей родственницей, которая желала просить у старца благословения вести спорное дело с родной своей сестрой. Иск ее был неправильный. Приняв их обоих к себе в келью, отец Иларион после обычных поклонов подошел прямо к родственнице господина Лукина и спросил: «Как твое имя?» - «Любовь»,- отвечала она. «А! - воскликнул как бы удивленный старец.- Любовь! Да ведь
любовь покрывает множество грехов[
3]». И повторил это несколько раз. После этого она не решилась просить благословения старца вести спорное дело с сестрой. После смерти отца Илариона она начала это дело в суде, но проиграла его, истратив много денег.
Следующие за сим случаи из жизни отца Илариона доказывают, как очищенный его духовный взор мог видеть и совершавшееся вдали от него. Многим намекал он о скорбях, которые должны были их постигнуть в будущем. Так, однажды послал он со своим келейником казначею Лебедянского Троицкого монастыря отцу Филарету просфору и черное полотенце. Вскоре после этого настали для отца Филарета черные дни. По наветам вражиим его оклеветали перед начальством, лишили должности и долго переводили из одного монастыря в другой.
Одной крестьянке отец Иларион выслал с келейником нижнюю часть просфоры, а ей самой велел принести ему воску или свечей восковых. Та отвечала, что не может исполнить его приказания, потому что за домашними делами и теперь едва выбрала время побывать у него, но обещала прислать свечи с кем случится. Вместо того через три дня она по необходимости опять пришла к старцу, чтобы поведать ему свое великое горе и просить его совета, как ей поминать сына, утонувшего в тот самый день и час, когда получила от старца часть просфоры.