Страница 3 из 6
Глава VII
Каким образом можно внутренне собрать сердце
Душа, предавшись таким образом, может взойти и к Богу, то есть перейти совсем во внутреннее; ибо кто входит сам в себя и внутренне себя проницает, тот возвышается сам над собой и поистине восходит к Богу. Отвлечем же сердца наши совершенно во внутреннее, чтобы, наконец, прилепиться совершенно ко свету созерцания Божественного. Это есть жизнь и покой сердца нашего! Когда мы с чистыми желаниями и с любовью глубоко утверждаемся в любви Божией, тогда весьма скоро бываем сладостно восхищаемы утешением Его.
Причина того, что мы в таковом сладостном вкусе и насыщении благодати часто находим препятствия к совершенному их достижению, заключается в том, что мы душу нашу обременяем попечениями, память затмеваем образами, а ум приманиваем вожделенностью, так что душа не может совершенно почувствовать голод и насыщаться духовной сладостью.
Невозможно нам достаточно полно погрузиться умом во внутреннее и, следовательно, перейти в подобие Божие, если к настоящим вещам прилепимся. Ибо для этого нужно, чтобы душа возвысилась над собой и над всеми сотворенными вещами с великим смирением, глубоким почитанием и упованием. Воистину должна она отвергнуть все вещи так, чтобы, занимаясь внутренне единым Божественным, могла сказать себе: "Кого ищу я, люблю, желаю и вожделеваю из всех, пред всеми и выше всех, Тот не понятен чувствам, но превосходит всякие чувства. Только со всем желанием сердца можно искать Его. Невозможно увидеть Его, но только внутреннейшим желанием любви можно ощутить; невозможно оценить Его, возможно только любить восхищенной любовью Его, Который есть Весь Любовь, воистину бесконечная благость и высочайшее совершенство".
Так восходит человек в исполненную света глубину веры и продвигается час от часу все выше и глубже в начало, происхождение свое. Сей образ восхождения до глубочайшего созерцания Всесвятейшей Троицы в единстве и единства в Троице во Иисусе Христе будет тем совершеннее, чем горячее будет восходящая сила желания. И она будет тем плодоноснее, чем больше тайной любви в душе позволит возбудить.
Духовный опыт возрастает по мере того, как становятся внутреннее и выше духовные предметы.
Возьми себе в пример восходящих на обыкновенную гору.
Когда дух наш углубится в зрение и желание земных и преходящих благ, тогда вследствие бесконечных замешательств он отторгается и рассеивается, и, так сказать, разделяется на столько частей, сколько вещей он в ослеплении с вожделением желает. Подобное летучее движение духа бывает по причине отсутствия внутреннего пребывания и твердого стояния в истинном Благе. Оно есть бег и работа без достижения цели спокойствия.
Когда же душа из любви к непреходящему отстанет от бесконечно многих развлечений и обратит свое желание к единому непременяющемуся Благу, чтобы всем сердцем прилепиться Ему, тогда поистине все более и более соединяется с Ним и утверждается. Чем более возвысится душа через познание и желание, и, следовательно, через растущее наслаждение высочайшим Благом, тем более и более удобной соделывается она к непременяющемуся обладанию Им и даже к приобретению самой жизни Божией.
И так может она непрестанно и неизменно, без различия времен, почить во внутреннем, покойном и тайном жилище Божества, которое совершенно пребывает при душах во Христе, как Посреднике этой цели, пришедшем к нам, чтобы как Путь, Истина и Жизнь (Ин. 14, 6) вновь привести нас к потерянному сему наследию.
Глава VIII
Каким образом духовный человек при все внешних происшествиях должен быть предан Богу И уповать на Него
Я думаю, что из предыдущих представлений ты познал уже, каким образом, отчуждясь всех тварей, образов и желаний, возможно достигнуть состояния невинности. Что же лучше, блаженнее и любезнее этого? Посему весьма нужно тебе освободить душу от всех ослеплений и развлечений, не заботиться о мире, друзьях и счастье, ни о прошедших и будущих вещах, ни о себе, ни о других, даже ни о грехах* и проступках (недостатках), но помышлять только в чистой простоте, как бы находился ты у Бога вне мира, будто бы душа твоя разлучилась с телом и пребывает в вечности. Ибо нет сомнения, что там не возымеет она нападения ни от единой вещи мирской, но будет помышлять единственно о Боге, служить Ему, любить, хвалить и прилепляться к Нему.
На основании этого оставь и само тело твое, все настоящие и будущие твари, столь тебе еще близкие; устремляй зрение духа твоего по всей возможности единственно и искренне на Свет несотворенный. Таким образом может и должен дух твой освободиться от всех внешних внушений, ослеплений и рассеяний, и быть Ангелом, только в тело облеченным, но ни действием плоти не ограниченным, ни тщетными попечениями, мыслями и желаниями не связуемым. Таким же образом должно утвердить дух свой против всех от вне приходящих искушений, против ругательства и вреда, чтобы тот беспрепятственно и неизменно, и в счастьи, и в несчастьи постоянно был прилеплен к Богу.
Когда случаются некоторые рассеяния, духовная леность, развлечение духа, не будь к сему нетерпелив и малодушен, прибегай также ко внешней молитве устной или к другому чувственному утешению и упражнению, спеши ко внутреннему, да прилепишься всей душой к Богу и укрепишься в Нем, хотя было бы то угодно нашей чувственности или нет. Ибо душа, однажды уже обратившаяся к Богу, должна так соединиться с началом, происхождением своим и так соединить волю свою с волей Божественной, чтобы уже при всех приходящих внутренних и внешних переменах и искушениях никакой тварью не увлекалась и не прилеплялась бы к ней, но даже так пребывала бы в рассуждении об этом, будто бы не была еще сотворенною, и ничего, кроме Бога и души, в мире не было.
Таким-то образом должна она принимать все вещи от руки Божия Провидения с упованием, беспристрастно и несомненно и, сообразуясь с Богом, переносить их со спокойствием и безмолвием.
Следовательно, освобождение духа от всех мечтаний весьма выгодно для жизни духовной, ибо только в духе воли твоей ты пребудешь соединен с Богом. Впрочем, между тобою и Богом не будет более никакого посредства, ибо вследствие самопроизвольной бедности отвлекутся от тебя все творения, через воздержание и умеренность отнимется плоть твоя, а через повиновение - воля твоя.
Так отвергнется от тебя душа твоя, что уже никакого посредства между тобою и Богом не останется. Ничто внешнее не может доказать внутреннего, какой бы то духовный образ ни был. Заметь же, как грубо преступаешь ты и грешишь против Бога Господа твоего, когда поступаешь иначе, прилепляясь любовью твоей более к твари, нежели ко Творцу, и даже предпочитая тварь Ему.
Примечания:
* Здесь, вероятно, имеется в виду покаявшийся человек, который верою во Христа получил прощение грехов. Следовательно, он будет заботиться уже о прощеных грехах, а сие есть недостаток в вере, как говорит св. апостол Павел: Нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе живут не по плоти, но по духу, потому что закон духа жизни во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти (Рим. 8, 1, 2); оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом (Рим. 5, 1); верен Призывающий вас, Который и сотворит (1 Сол. 5, 24)
Глава IX
О том, что созерцание Богу должно предпочитаться всем почим упражнениям
Все вещи суть дела и произведения Божии. Существо их и могущество имеют определенную Творцом цель, они сотворены из ничего и прейдут в ничто, ничтожность их окружает. Сего ради каждое мгновение они получают от Бога существо свое, действие и все, что только в них находится; сами по себе, без Бога, они бессильны, и в рассуждении всех действий они как ничто против чего-нибудь. Рассматривая сим образом все окружающее, мы должны все наши созерцания, жизнь и действия устремлять единственно в Него, для Него и на Него - Творца нашего и Господа, ибо единым мановением воли Своей Он может произвести множество тварей совершенных.
Итак, не последуем ни разуму, ни воле, ибо нет предмета более полезного для созерцания, более совершенного и блаженного, чем Бог - высочайшее Благо, от Которого, к Которому и из Которого проистекают все и вновь в Него возвращаются, Который Себе и всем вещам достаточен; Который понимает совершенность всех вещей, от вечности проистекшую; в Котором ничего нет, что бы было не Сам Он.
Он есть происхождение всех вещей непостоянных, всех изменяющихся вещей неизменяемое начало; Он есть Тот, Который все наполняет, Который дал жизнь всем вещам и все существенно одарил Самим Собою. Каждой вещи Он ближе по существу и присущнее, нежели вещь эта сама себе. Все вещи соединены в Нем; они живут в Нем и пребывают вечно.