произведение искусства; или как мы могли бы

слушать музыку, воспринимая ее всем своим

class="postLine">существом, не для того только, чтобы услышать

какие-то ласкающие ухо звуки, а для того, чтобы за

этими звуками уловить опыт того, кто писал эту

музыку, уловить, может быть, душу композитора и

понять нечто, чего мы раньше никак не могли

понять.Эта тема о встрече счеловеком очень важна. Наша жизнь разбивается натом, что мы не умеем друг друга встречать;поверхностное закрывает нам глубины, и нам надонаучиться через туман видеть самую глубинную,светящуюся и всегда прекрасную реальность.Мы уже говорили о том, чтово многом можно упрекать верующих именно наосновании их веры: они претендуют на то, чтоони— ученики Христа, а вместе с этим, еслисравнить жизнь верующего и даже его чувства, егопереживания и его слова с тем, как поступил бы СамСпаситель Христос, то с ужасом видишь, какие мывсе недостойные Его ученики.Но то же самое можносказать о любом человеке, считающем себяучеником какого-нибудь значительного учителя,верующего или неверующего, который предлагаетчеловеку идеал жизни и который, если бы он судилэтого своего последователя, пришел бы в ужас оттого, что из его учения сделали.И вот мне хочетсяпоставить сейчас другой вопрос, смежный, но иной:есть ли между нами, верующими и неверующимилюдьми, точка соприкосновения? Можно, конечно,говорить о вере; я помню нерелигиозного человека,который мне сказал: “Но ведь без веры житьнельзя!..” Разумеется, он не подразумевал веру вБога; он подразумевал полную убежденность всвоем идеале, уверенность всей душой, всем умом,всей жизнью своей в том, что стоит жить для этогои умирать для этого.Но я сейчас говорю не обэтом, я говорю о другом: нет ли какой-то точкисоприкосновения, какого-то предмета, которыйявляется и для верующего, и для неверующего равнозначительным, абсолютом? Мне кажется, что такимпредметом является человек— отдельный,единственный в своем роде человек или коллектив,общество.Мне вспоминаются дваизречения. Одно принадлежит безбожному писателю,который говорил, что пролетариату не нужен Бог,потому что человек является его богом,— конечно,понимая это слово не в том смысле, в какомверующие его понимают, а как предмет служения,предмет, ради которого стоит жить и жизнь своюположить.А на другом краючеловеческого мышления мы видим святого ИоаннаЗлатоустого [11], который говорит: “Если ты хочешь узнать,что представляет собой человек,— не смотривокруг себя, на окружающих тебя людей, неподнимай глаза даже к палатам вельмож, а возвысьсвой взор до Престола Божия, и ты узришь ЧеловекаИисуса Христа, сидящего одесную [12] Бога и Отца ввечной славе…”Значит, и тот безбожник, окотором я говорил, и святой Иоанн Златоуст моглибы встретиться на вопросе о человеке.И мне вспоминается из