произведение искусства; или как мы могли бы

слушать музыку, воспринимая ее всем своим

существом, не для того только, чтобы услышать

какие-то ласкающие ухо звуки, а для того, чтобы за

этими звуками уловить опыт того, кто писал эту

музыку, уловить, может быть, душу композитора и

понять нечто, чего мы раньше никак не могли

понять.

Эта тема о встрече с

человеком очень важна. Наша жизнь разбивается на

том, что мы не умеем друг друга встречать;

поверхностное закрывает нам глубины, и нам надо

научиться через туман видеть самую глубинную,

светящуюся и всегда прекрасную реальность.

Мы уже говорили о том, что

во многом можно упрекать верующих именно на

основании их веры: они претендуют на то, что

они— ученики Христа, а вместе с этим, если

сравнить жизнь верующего и даже его чувства, его

переживания и его слова с тем, как поступил бы Сам

Спаситель Христос, то с ужасом видишь, какие мы

все недостойные Его ученики.

Но то же самое можно

сказать о любом человеке, считающем себя

учеником какого-нибудь значительного учителя,

верующего или неверующего, который предлагает

человеку идеал жизни и который, если бы он судил

этого своего последователя, пришел бы в ужас от

того, что из его учения сделали.

И вот мне хочется

поставить сейчас другой вопрос, смежный, но иной:

есть ли между нами, верующими и неверующими

людьми, точка соприкосновения? Можно, конечно,

говорить о вере; я помню нерелигиозного человека,

который мне сказал: “Но ведь без веры жить

нельзя!..” Разумеется, он не подразумевал веру в

Бога; он подразумевал полную убежденность в

своем идеале, уверенность всей душой, всем умом,

всей жизнью своей в том, что стоит жить для этого

и умирать для этого.

Но я сейчас говорю не об

этом, я говорю о другом: нет ли какой-то точки