В. Иванов
«Ни философия наша, ни сами мы не верим в Бога, менее всего в Того, местоимение которого требует прописной буквы» (стр. 23).
Такое суждение для всякого правоверного теософа является истиной, не требующей никаких доказательств. Достаточно обратиться к приведенным выше словам председательницы Теософического Общества Анни Безант, которая поучала: «Атеист один из самых славных титулов человечества, знак отличия мировых героев, мучеников, спасителей мира. Никакая философия, никакое богословие не несли миру ничего достойного в сравнении с благой вестью атеизма».
«Наша доктрина, — говорится в книге «Чаша Востока», — не знает компромиссов. Не утверждает, не отрицает, ибо дает лишь то, что знает как истину. Потому мы отрицаем Бога, как философы и как буддисты. Мы знаем планетные и другие духовные существования, и мы знаем, что в нашей системе нет такого существа, как Бог, личный или безличный. Слово Бог было изобретено для определения неизвестной причины тех следствий, которыми, не понимая их, восхищался или устрашался человек. А так как мы утверждаем, и в состоянии доказать то, что мы утверждаем, т.е. знание этой причины и причин, то мы можем настаивать, что нет Бога или Богов за ними» (стр. 24—25).
«Бог теологов просто воображаемая мощь — мощь, которая никогда еще не манифестировала себя. Наша главная задача освободить человечество от этого кошмара, учить человека добродетели ради ее самой, учить проходить жизнь, полагаясь на самого себя, вместо того, чтобы опираться на богословский костыль, который бесчисленные века был непосредственной причиной почти всех человеческих бедствий» (стр. 25).
«...Тот, кто читает наши Буддийские писания, написанные для суеверных масс, не найдет в них демона, такого мстительного, несправедливого, жестокого и тупого, как тот небесный тиран, на которого христиане так щедро расточают свое раболепное обожание и богословы нагромождают все те совершенства, которые опровергаются на каждой странице их Библии» (стр. 28).
Стараниями и при ближайшем участии Рериха выше цитируемая «Чаша Востока» увидела свет, дабы дурманом теософского мудрствования туманить, и без того затуманенные, мозг и душу современного человечества. Но иначе и быть не могло: Рерих, как истый теософ, не может не относиться отрицательно ко всякой религии, так как по учению теософов положительные религии с точно установленными догматами — пройденный путь и «нет религии выше истины». А так как «теософия есть истина», то, следовательно, «нет религии выше теософии».
В письме-инструкции, посланном из Индии, гор. Дарджиллинг, в 1924 году на имя своего брата Владимира Константиновича и предназначенном для Харбинской ложи розенкрейцеров, Н. К. Рерих наставляет, как нужно действовать, чтобы «принести пользу человечеству».
«У Вас есть Знак и Книга, значит есть полная связь с невидимым еще Вами Источником и братьями по духу, раскинутыми по разным частям света. Главное же попробуйте освободиться от предрассудков, понимая их широко, понимая, что иногда темный инородец и штатный богослов — оба стоят в отношении предрассудков одинаково низко. И как радостно чуять, что внутреннее существо освобождается от предрассудков. И как много становится доступным и возможным. Поэтому работайте упорно, ищите новых людей достойных, смотрите пристально на молодых... » («Харбинское время» №314, 20 ноября 1934 г.) Православие, как его исповедуем мы, для Рериха безразлично, скорее даже враждебно. Масоны называют Бога Великим Архитектором Вселенной, в представлении Рериха — Бог есть Великий Художник Вселенной, синоним красоты. «Красота есть Бог... и придет новый путь Красоты и Мудрости. Новый мир идет. Идет среди изумленных и потрясенных взоров. И в новом мире, в его новых красках, сложится новая жизнь». «Среди чудовищных умственных нагромождений неизжитой ветоши видны уже признаки синтеза». (Н. К. Рерих. Пути Благословения, стр. 7—8.) Во всех трудах Рериха, несмотря на их мистический тон, отсутствует самое главное для христианина — исповедание Иисуса Христа так, как этому учит Святая Церковь. Рерих находит возможным и непредосудительным говорить о безвестном отсутствии Христа и о грядущем Мессии, т.е. повторять прописные истины теософской премудрости.