Беседы с профессором МДА Алексеем Ильичом Осиповым в эфире телеканала «Союз»
Ученик Сократа, великий Платон, древнегреческий философ, говорил: простые вещи не имеют определения. Что значит простые? То есть не сложные. Приходится всегда приводить пример: попробуйте вы слепому или просто человеку, который никогда не видел зеленого цвета, сказать, что такое зеленый цвет. Он не знает. Что такое сладкое, если он никогда его не пробовал? Он не знает. То есть пока человек не соприкоснулся с первичной реальностью, ее невозможно объяснить ему с помощью слов и понятий.
Я помню, как-то давным-давно приехал из-за границы и что-то ребятам говорю, и нарочно их потом спрашиваю: «Знаете ли вы такой фрукт: у него кожица такая коричневатая, если его разрезать – мякоть зеленая, с небольшими черными зернышками, вкус его сладко-кислый и называется он киви. Поняли, о чем я говорю?». Они говорят: «Поняли». А что они поняли? Да ничего не поняли. Ничего не поняли до тех пор, пока его не попробовали.
Бог всегда называется существом простым, то есть абсолютно простым, абсолютной первичной реальностью, которую невозможно определить с помощью слов и понятий. Нужно яблочко попробовать, чтобы понять: вкусное оно, сладкое, горькое или кислое. Попробовать надо. Так и Бог постигается не по понятийным описаниям Его, а только при непосредственном опыте соприкосновения с Ним, и вся суть религии – независимо от того, если хотите, какова она; ну, кроме, может быть, самых примитивных и грубых – вся суть религии заключается в том, чтобы «попробовать Бога». То есть соприкоснуться с Ним, пережить Его. Давид, который жил за тысячу лет до нашей эры, говорил: «Вкусите и увидите, как благ Бог».
Видите, в чем дело. И христианство именно утверждает, что Бог постигается. Но в этой жизни, чтобы что-то узнать, увидеть, необходимо выполнить некоторые условия. И тогда мы только увидим следы элементарных частиц, когда, во-первых, приобретем определенные познания в физике этих частиц, во-вторых, окажемся способными соприкоснуться с приборами, найти приборы, через которые увидим следы этих частиц и скажем: мы видели какой-то там нейтрон – да его и увидеть невозможно! Следы! Так и Бог постигается, с одной стороны, по Своим следам, когда мы говорим: «видите красоту этого мира – это потрясающая целесообразность. Видите все это? Посмотрите только, что за создание сам человек, посмотрите устройство одной клетки – мы только поражаемся этой премудрости и целесообразности». Это видимые Его следы. Следы. А чтобы пережить Бога и познать Его, оказывается, есть свой закон, который всем известен, и журналистам тоже: подобное познается подобным.
До тех пор, пока я хотя бы несколько не уподоблюсь Богу в тех качествах, свойствах, которые нам открыты, я никогда не смогу ничего о Нем узнать. Что проку, если мне о яблоке будут говорить, что оно такой-то формы, такого-то веса, такого-то цвета, такого-то вкуса – что это мне дает? Я могу все о нем узнать, его строение, происхождение – все узнаю. А яблока-то я и не узнал.
Так и Бог. Все догматическое, нравственное учение, богословское о Нем учение – это только описание Его следов, Его проявлений. А бытие Бога и познание, Кто есть Бог – не Что, а Кто, – возможно только на религиозном пути жизни. Подвергнуть сомнению возможность такого пути мы не можем. Атеистическая наука, в частности, советского времени, прямо свидетельствует: не нашли ни одного племени без религиозности. Историческая наука проводила такие исследования, проходили всяческие экспедиции, я помню, как на прилавке увидел книжку – «Человек без Бога», что-то такое, в этом роде. Я схватил ее и посмотрел, и оказалось – ничего подобного. Ни одного племени не нашли, в котором бы не было религии.
Вы скажете: это сейчас. Нет. Об этом пишет Плутарх великолепно: обойдите весь мир, вы найдете какие угодно племена, без городов, без монет, без государственного устройства, но вы не найдете ни одного народа, в котором бы не возносилась хвала богам. Вот в чем дело! Сказать, что весь род человеческий до этого сходил с ума и до сих пор сходит? Я боюсь, не метнем ли мы здесь камень в самих себя: «чем кумушек считать трудиться, не лучше ли, кума, к себе оборотиться?». От того, что у меня слух никуда не годится, а мне говорят: «Да вот же великолепная сюита Шопена», я говорю: «Да это чушь». – «Постойте, а что если мы сейчас проверим ваши музыкальные данные?».
Так вот, Бог есть Кто, а не Что. Бог, если хотите, и есть та Красота, о которой спрашивал Сократ. И эта Красота непередаваема никакими словами – она постигается, познается человеком только на том пути, который именуется уподоблением Богу в Его свойствах.Каких? И вот об этом стоило бы задуматься каждому человеку, который сомневается в бытии Бога. Каких качествах? Любовь. Достаточно и это сказать. Вот что, оказывается, есть Бог. Бог есть любовь, Бог есть милосердие, есть кротость, Бог есть смирение. Смирение потрясающее. Потрясающее, когда мы просто посмотрим на христианский крест. Тот, который мог сделать все что угодно только ради спасения человека, добровольно претерпевает такие жуткие страдания – какое смирение и какая любовь! Вот оказывается, Кто есть Бог. А простые понятия (повторяю еще раз формулу, если хотите, Платона) не поддаются определению. Никто мне не скажет, что такое то или другое и третье, пока я сам, на своем опыте не переживу и не постигну эту реальность.– Алексей Ильич, Вы в одной из лекций говорили как-то, если воспроизвести сейчас цитату, «как вкусить Бога», то есть как произвести этот личный опыт, личный эксперимент богопознания. И называли условия, необходимые для проведения этого эксперимента. Ведь нас всегда учили, что критерием истины является опыт и что каждый человек может этот опыт постижения Бога поставить и проверить. Но телеканал «Союз» почти в ежедневном режиме включает новые кабельные сети, новые города, и у нас каждый день появляются новые зрители. Вот для них давайте буквально тезисно напомним условия этого эксперимента богопознания...– Первое, без чего эксперимент уже в самой своей сущности не может быть проведен, – человеку требуется решить, по крайней мере, две, а может быть, немножко больше задач. Первая задача – он должен на уровне чисто рациональном, чисто исследовательском, чисто, если хотите, научном прийти к выводу: есть Бог или нет, есть вечность или нет; должен решить именно этот вопрос – чему он может отдать предпочтение? Ведь, в конце концов, до полного выяснения этого вопроса он ни в чем не может двинуться дальше: как я могу проводить этот эксперимент, если я буду двигаться в пустоту?Так вот, это первое. Но сразу скажу, что первое не решается раз и навсегда и окончательно на том этапе, когда у человека нет ничего другого, кроме рацио. Здесь вопрос решается так: где большая вероятность, где меньшая, что более вероятно предположить – существование Высшего Разума, будем называть так Бога, перед лицом той реальности, с которой мы в своем научном видении мира соприкасаемся? Что больше вероятно: существование Высшего Разума – или случайность, закономерности – или неизвестность, откуда они произошли? И это по всем направлениям вполне научно, особенно в области биологии. Ведь изучая появление человека, возникновение клетки, наука не знает закона – нет закона о возникновении жизни из безжизненной массы, из хаотичной материи. Нет такого закона. И поэтому самый первый вопрос возникает: а почему вы верите, что жизнь возникла так? И, наверное, очень замечательно, как верят, наверное, все люди, ловкие, я бы сказал, в своем лукавстве: «Ну, если здесь невозможно, то откуда-нибудь из космоса». – «Простите, а в космосе как? Где вы нашли закон, по которому неживая материя может стать живой?». Нет его. И уже один этот вопрос должен заставить человека задуматься, откуда же жизнь.Если мы представим, что клетка появилась, развивалась и дошла до высших форм своего развития – есть еще один этап, пропасть между высшими животными и человеком, белое пятно; связи никакой не находим.Итак, я просто хотел сказать: первый вопрос, перед которым стоит человек, это, в конечном счете, убедиться, где больше вероятности: в отсутствии бытия Бога или в Его присутствии, есть Бог или нет Его. Вот это первый шаг.